Читать онлайн «Отечественная история (до 1917 г.)». Страница 68

Сильнейшее влияние на ситуацию в Европе и на внешнюю политику России оказала Французская революция 1789 г., почву для которой во многом подготовили идеи философии Просвещения, так пленившие в свое время Екатерину II. Поначалу, правда, императрица не придавала особого значения событиям во Франции, хотя и именовала революционный Париж «адовым пеклом» и «притоном разбойников». Крушение династии Бурбонов, казнь короля — все это потрясло монархические круги Европы. Екатерину II пугала перспектива проникновения революционных идей в Россию, тем более что русское общество с живым интересом следило за происходившим во Франции. Впрочем, ужасы кровавой якобинской диктатуры наглядно демонстрировали русским поклонникам философии Просвещения разительное несоответствие революционной действительности исповедуемым ими идеалам.

В 1792 г. Австрия и Пруссия попытались вооруженным путем восстановить во Франции «старый порядок». Их войска, однако, терпели поражение за поражением. Россия не принимала участия в войне, хотя и разорвала в 1793 г., после казни короля Людовика XVI, дипломатические и торговые отношения с Францией. Только в конце 1795 г., освободившись от «польских дел», Екатерина II заключила соглашение с Австрией и Англией об организации интервенции против Франции. На театр военных действий предполагалось отправить 60-тысячный русский экспедиционный корпус под командованием А. В. Суворова. Смерть Екатерины II в ноябре 1796 г. помешала реализации этого плана.

Русская культура, получившая благодаря петровским преобразованиям мощный импульс к дальнейшему развитию, становится в XVIII в. частью европейской культуры Нового времени. Восприятие достижений последней в процессе резко интенсифицировавшихся контактов с Западом сообщило отечественной культурной традиции большой динамизм и в конечном счете способствовало тому, что творческий потенциал русского народа в скором времени открылся миру во всем его богатстве и многообразии. Страна быстро прошла период «ученичества».

В культурной жизни России XVIII в., отмечает позднейший исследователь, конечно, «было и простое подражание, но было и страстное увлечение, вид творческого энтузиазма, — было вместе с тем и пробуждение собственных творческих сил».

Русская наука в XVIII в. переживала свою эпоху Возрождения. Основы отечественной научной школы заложила многогранная, кипучая деятельность гениального русского ученого-энциклопедиста М. В. Ломоносова, который, по меткому выражению А. С. Пушкина, «сам был первым нашим университетом». Именно по инициативе Ломоносова был открыт Московский университет.

В области естественных и гуманитарных наук успешно трудились М. Е. Головин, И. И. Лепехин, С. П. Крашенинников, В. Н. Татищев, М. М. Щербатов, И. И. Болтин и др. Примеры выдающихся достижений русской технической мысли явила деятельность А. К. Нартова, И. И. Ползунова, создателя «огнедей-ствующей машины», И. П. Кулибина и др.

Развитие русской литературы, господствующим направлением в которой тогда был классицизм, неразрывно связано с именами В. К. Тредиаковского, М. В. Ломоносова, А. И. Сумарокова, Г. Р. Державина, Д. И. Фонвизина и др. Высокий гражданский пафос, патриотизм сочетались в их творчестве с ярко выраженными просветительскими тенденциями. В 1756 г. в Петербурге был открыт государственный публичный профессиональный театр, на сцене которого с большим успехом демонстрировали свои блестящие актерские дарования Ф. Г. Волков (руководитель труппы), И. А. Дмитревский, Т. М. Троепольская и др.

В 1757 г. в Петербурге была основана Академия художеств. Во второй половине XVIII в. творили выдающиеся русские живописцы (И. П. Аргунов, В. Л. Боровиковский, Д. Г. Левицкий, Ф. С. Рокотов и др.) и скульпторы (Ф. И. Шубин, М. И. Козловский, Ф. Г. Гордеев и др.). Работавший в России французский скульптор Э. М. Фальконе создал один из наиболее замечательных памятников эпохи — памятник Петру I в Петербурге («Медный всадник»), символизирующий великое историческое призвание России.

Гениальные творения русских и иностранных зодчих (Б. Растрелли, Д. Кваренги, В. И. Баженова, М. Ф. Казакова, Ч. Камерона, И. Е. Огарева) украсили старую столицу России — Москву и придали неповторимый облик новому центру державы — Петербургу. «Петербург с кольцом своих резиденций, — писал выдающийся русский философ Г. П. Федотов, — единственный в мире город трагической красоты, где в граните воплотилась воля к сверхчеловеческому величию, и тяжесть материков плывет, как призрачная флотилия, в туманах с легкостью окрыленной мысли». Открытая Западу и вместе с тем стоявшая на прочной национальной основе русская культура XVIII в. своими блестящими достижениями существенно обогатила сокровищницу мировой цивилизации.

Важнейшей особенностью социально-экономического развития России в первой половине XIX в. (или, как принято говорить, в предреформенные годы, до 1861 г.) являлся прогрессирующий процесс разложения феодально-крепостнической системы. Начало этого процесса можно отнести ко второй половине XVIII в., более отчетливо он стал проявляться в последнее его тридцатилетие. В недрах крепостнической системы в этот период развивались новые капиталистические отношения.

Современная отечественная историография отказывается от бытовавшей ранее трактовки кризиса феодально-крепостнической системы как времени состояния полного упадка. Наряду с кризисными явлениями (регрессивными процессами, происходившими в помещичьей деревне, базировавшейся на крепостном труде) наблюдалось и заметное развитие производительных сил. Правда, происходило оно прежде всего на базе мелкотоварного и капиталистического производства.

В условиях аграрной страны эти процессы наиболее рельефно проявлялись в сельскохозяйственной сфере. Для феодализма в целом характерна феодальная собственность на землю (помещика или феодального государства) при наличии мелкого крестьянского хозяйства, имевшего свои земельный надел и другие средства производства и включенного в экономическую структуру хозяйства феодала. При этом хозяйство носило натуральный характер, а принуждение было внеэкономическим (личная зависимость крестьянина от помещика), свойственным для этого способа производства был и низкий рутинный уровень применяемой техники.

Россия с ее практически неограниченными природными и людскими ресурсами развивалась в первой половине XIX в. весьма медленно. Рост товарно-денежных отношений, вызывавший заинтересованность помещиков в повышении доходности своих хозяйств, при сокращении барщинной формы эксплуатации неминуемо вел к расширению собственной запашки помещика. Происходить это могло либо за счет распашки других угодий (лесных массивов, покосов и т. п.), либо за счет сокращения земельных наделов крестьян. В первом случае это зачастую приводило к нарушению сложившегося баланса в структуре угодий, сокращению поголовья скота (и, как следствие, снижению количества удобрения, выносимого на поля). Во втором — подрывалась экономика крестьянского хозяйства. В России в первой половине XIX в. наблюдались случаи, когда помещики вообще отбирали землю у своих крестьян, переводя их на месячный паек («месячину»). Крестьяне не были заинтересованы в результатах своего труда, что вызывало падение его производительности. В процентном отношении количество барщинных хозяйств не только не сокращалось, но даже несколько выросло.

В оброчных хозяйствах усиление эксплуатации приводило к увеличению размеров оброка, который к тому же все чаще помещики взимали в денежной форме. Резкое увеличение размеров оброка заставляло крестьян отрываться от земли и искать заработки на стороне, что также понижало уровень сельскохозяйственного производства.

Для крепостного хозяйства этого периода были характерны обеднение крестьянства, рост задолженности крестьянских хозяйств помещикам, принимавший хронические формы. В неурожайные годы, которые систематически повторялись в России, эти хозяйства оказывались совершенно беспомощными и постоянно балансировали на грани разорения.

Не лучше обстояло дело и в помещичьих хозяйствах. Средства, получаемые российским дворянством от эксплуатации своих крестьян, редко вкладывались в хозяйство, бездумно растрачивались и выбрасывались на ветер. К 1859 г., по данным С. Я. Борового, 66 % крепостных крестьян в России были заложены и перезаложены в кредитных учреждениях (по некоторым губерниям эта цифра доходила до 90 %).

Капиталистические элементы в сельском хозяйстве развивались весьма медленно. Это было обусловлено, прежде всего, тем, что огромные массивы земли, принадлежавшие помещикам и казне, фактически были исключены из товарного оборота. Земельный фонд, на котором могли развиваться капиталистические хозяйства, оказался весьма ограниченным (земля арендовалась или занимались земельные участки в колонизируемых регионах). Однако, несмотря на кризисные явления, сельское хозяйство России развивалось и в этот период. Особенно заметно поступательное движение в конце XVIII — первой трети XIX в. Современные историки объясняют это тем обстоятельством, что феодальная система хозяйствования еще полностью не исчерпала своих возможностей.