Читать онлайн «Иосиф Сталин – беспощадный созидатель». Страница 164

Сталинский геополитический прогноз ни в коей мере не оправдался. Экономическая эмансипация Западной Европы и Японии от США произошла уже во второй половине 50-х годов. Однако это никак не сказалось на прочности их политического союза. Пока СССР существовал в качестве ракетно-ядерной сверхдержавы, американские союзники целиком полагались на американскую военную мощь и не пытались конфликтовать с США. И даже после краха коммунизма военно-политический союз США, Японии и Западной Европы в целом сохранился и даже расширился за счет стран Восточной Европы.

Трудно сказать, верил ли Сталин в неизбежность конфликта США и Западной Европы. Вполне возможно, что он более трезво оценивал ситуацию, чем в предназначенных для целей пропаганды статьях и выступлениях. И не мог не понимать, что надежды на мировое господство, лелеемые в 1939–1941 годах, оказались несбыточными. Теперь надеяться на успех в войне с США можно было только в случае достижения подавляющего превосходства в сфере ядерных вооружений. А в начале 50-х годов Советскому Союзу было неизмеримо далеко не только до этой, как показал опыт истории, принципиально недостижимой цели, но и до простого паритета с Америкой. Поэтому в действительности в последние годы жизни для Сталина главным практическим тезисом стало положение о двух лагерях и двух экономических системах в мире. Таким образом он обосновывал необходимость изоляции «социалистического лагеря» от «капиталистического окружения», ибо только в этих условиях рассчитывал надежно сохранить свою абсолютную власть. СССР и его союзники добровольно оказались в своего рода экономическом, интеллектуальном и культурном гетто, где все успехи и достижения измерялись по своей собственной шкале, без какого-либо сравнения с тем, что происходит в остальном мире. Отсюда – борьба с «космополитизмом», «низкопоклонством перед Западом», идиотический «спор о русском приоритете» во всех областях знания.

Сталин настаивал на том, что основной экономический закон капитализма – это «обеспечение максимальной капиталистической прибыли путем эксплуатации, разорения и обнищания большинства населения данной страны, путем закабаления и систематического ограбления народов других стран, особенно отсталых стран, наконец, путем войн и милитаризации народного хозяйства, используемых для обеспечения наивысших прибылей».

Этот тезис носил чисто пропагандистский характер и содержал в себе очевидное логическое противоречие. Ведь Сталин признавал капиталистическое производство товарным. Следовательно, увеличение прибыли в таком производстве неизбежно требует платежеспособного роста, а какой же платежеспособный спрос может быть у нищающего населения!

Кое-какие суждения Сталина о капитализме по своей наивности вообще лежат за гранью здравого смысла и скорее являются следствием невежества, чем пропагандистского расчета. Чего стоит, например, мысль о том, что «капиталисты выступают как реакционеры в области развития новой техники и переходят нередко на ручной труд… капитализм стоит за новую технику, когда она сулит ему наибольшие прибыли. Капитализм стоит против новой техники и за переход на ручной труд, когда новая техника не сулит больше наибольших прибылей».

На самом деле после Второй мировой войны практически все современные технологии Советский Союз покупал или крал у Запада. Кстати, из этих технологий лишь 1–2 % относились к военной сфере, что опровергает слова Сталина об ускоренной милитаризации экономики при капитализме. Как раз в СССР военные технологии развивались в первую очередь, и те высокие технологии, которые достались России в наследство от Советского Союза, – это почти исключительно технологии военного или, в лучшем случае, – двойного, военного и гражданского назначения. При Сталине основные силы были брошены на создание ядерного, термоядерного и ракетного оружия. Фактически он наделял капитализм теми пороками, которые в действительности были присущи социализму.

Основным же законом социализма Сталин считал «обеспечение максимального удовлетворения постоянно растущих материальных и культурных потребностей всего общества путем непрерывного роста и совершенствования социалистического производства на базе высшей техники». Это тоже была чистой воды пропаганда. Сталин лучше чем кто-либо другой знал, что почти все сельское население и значительная часть городского живут в нищете, что даже уровень жизни в побежденной Германии для советских граждан остается неосуществимой мечтой. И сам же требовал направлять основные средства в военно-промышленный комплекс, а отнюдь не на всестороннее удовлетворение «материальных и культурных потребностей». Если социалистическая экономика и росла, то только за счет развития тяжелой промышленности, ориентированной в основном на нужды обороны. А легкая промышленность и сельское хозяйство оставались в состоянии перманентного упадка.

23 декабря 1946 года Сталин в беседе с партийными идеологами заметил: «Марксизм – это религия класса. Хочешь иметь дело с марксизмом, имей одновременно дело с классами, с массой…» Для него марксизм уподобился новому христианству, в которое должны были непременно верить массы (отступничество каралось сурово и беспощадно). Но в марксизм, похоже, верил и сам Сталин – как в средство достижения и сохранения абсолютной власти.

Так каков же был вклад Сталина в теорию философии, политэкономии, политологии, в открытие законов экономики и политики, в существование которых он, как кажется, не верил, раз даже марксизм, по большому счету, признавал религией, полезной для обращения с массами? В последнем при жизни Сталина издании «Краткого философского словаря», вышедшем в 1952 году, значение сталинских трудов и дел оценивалось следующим образом: «Чрезвычайно велик теоретический вклад И.В. Сталина в ленинское учение об империализме и о возможности победы социализма в одной стране и невозможности его одновременной победы во всех странах. И.В. Сталин дал глубокий анализ порождаемых эпохой пролетарской диктатуры новых форм классовой борьбы, показал гениальные образцы руководства внешней политикой социалистического государства в условиях капиталистического окружения, в условиях Второй мировой войны, вооружил партию знанием законов политической борьбы, строительства коммунизма. И.В. Сталин развил ленинское учение о партии, раскрыл законы внутрипартийного развития, поднял на новую ступень ленинские идеи о внутрипартийной демократии, о роли и значении партийных кадров, о руководстве массами, о связи партии с народом, о значении критики и самокритики как важнейшей движущей силы развития советского общества, о высокой идейности и принципиальности в борьбе со всеми проявлениями буржуазной идеологии. Развивая дальше положения Ленина о закономерностях переходного периода от капитализма к социализму, обобщая опыт построения социализма в СССР, успешного продвижения от социализма к коммунизму, И.В. Сталин разработал и обосновал все основные законы развития социалистической экономики, завершил начатое Лениным великое дело создания политической экономии социализма. Работы И.В. Сталина по национально-колониальному вопросу освещают путь национально-освободительного движения колониальных и зависимых стран. Замечательный труд И.В. Сталина «Марксизм и вопросы языкознания» подвел прочную марксистскую основу под науку о языке и творчески развил целый ряд вопросов диалектического и исторического материализма».

Бросается в глаза чрезвычайная неконкретность «творческого вклада» товарища Сталина. Одни общие фразы, которые можно понимать и трактовать как угодно. Сталин наверняка предварительно знакомился со статьей о самом себе, и без его одобрения она не могла появиться. Значит, если он даже и не считал что-то из сказанного там своим действительным вкладом в науку об обществе и в историю, то, несомненно, полагал, что именно так надо писать о своих заслугах для масс. Но, интересно, что же все-таки Сталин считал своим подлинным вкладом в историю? Ведь цену всей этой пропагандистской шелухи насчет «глубокого анализа новых форм классовой борьбы», «обоснования всех законов развития социалистической экономики» или «критики и самокритики как движущей силы развития общества» Сталин знал слишком хорошо, чтобы такому поверить. Та же «критика и самокритика», например, была лишь пристойной формой для прикрытия периодически повторявшихся кампаний репрессий как формы обновления аппарата управления, запугивания масс и сохранения собственной абсолютной власти.

Думаю, что по-настоящему главной своей заслугой Сталин считал «гениальные образцы руководства внешней политикой социалистического государства в условиях капиталистического окружения, в условиях Второй мировой войны» и «познание законов политической борьбы». Законы политической борьбы оказались нехитрыми: вовремя заключить союз, вовремя изолировать противника, вовремя расправиться со вчерашним союзником и никогда не открывать даже ближайшим друзьям свои карты, что именно ты собираешься делать на следующем этапе политического процесса. Постижение на практике этих, казалось бы, нехитрых премудростей помогло устранить ему всех конкурентов внутри страны, превратить ее в единый военный лагерь и подготовить народ к тому, чтобы безропотно отдавать за него жизнь. А твердое и целеустремленное руководство внешней политикой создало условия для победы Советского Союза во Второй мировой войне. Правда, тут Сталину, конечно же, помог Гитлер, без которого эта война просто не могла бы возникнуть. Драться же против всех стран Западной Европы, да еще имевших в тылу США, тогда, в конце 30-х годов, Сталин никогда бы не решился. Но, отдадим должное Сталину, сложившуюся внешнеполитическую обстановку он оценил верно, сразу осознав, что Гитлер, когда придет к власти и воссоздаст германскую армию, сначала ударит по государствам Версальской системы, и что Англия и США сочтут сталинский Советский Союз, как более слабое государство, меньшим злом по сравнению с гитлеровской Германией, и поддержат в конечном счете его, Сталина, закрыв глаза на террор и диктатуру. Правда, в идеале он рассчитывал успеть расправиться с Гитлером самостоятельно и молниеносно, без участия союзников, и тогда стать гегемоном на Европейском континенте. Но на случай неудачи этого плана Сталин знал, что поддержка Запада в затяжной войне против Германии ему обеспечена.