Читать онлайн «Иосиф Сталин – беспощадный созидатель». Страница 143

А месяц спустя, 24 июня 1945 года, на приеме в честь участников Парада Победы, Сталин предложил тост «за здоровье людей, у которых чинов мало и звание незавидное. За людей, которых считают «винтиками» государственного механизма, но без которых все мы – маршалы и командующие фронтами и армиями, говоря грубо, ни черта не стоим. Какой-либо «винтик» разладился – и кончено. Я поднимаю тост за людей простых, обычных, скромных, за «винтики», которые держат в состоянии активности наш великий государственный механизм во всех отраслях науки, хозяйства и военного дела. Их очень много, имя им легион, потому что это десятки миллионов людей. Это – скромные люди. Никто о них ничего не пишет, звания у них нет, чинов мало, но это люди, которые держат нас, как основание держит вершину. Я пью за здоровье этих людей, наших уважаемых товарищей».

Нет сомнений в том, что Сталин искренне верил, что именно преобладание в обществе «людей-винтиков» обеспечило и незыблемость его власти, и победу в войне. И нельзя сказать, что в данном случае он был далек от истины. Отсутствие в России до 1917 года сколько-нибудь развитых демократических институтов и сколько-нибудь независимого от государства общества, очень ограниченная сфера развития частного предпринимательства, лишь в столицах и нескольких анклавах, привели к тому, что внутренне несвободное, преимущественно крестьянское большинство не привыкло жить самостоятельно в экономическом смысле слова и всегда полагалось на царя, бояр и помещиков (хотя их, в отличие от царя, и не любило), чиновников, полицию, наконец, на интеллигенцию и революционеров, которые должны сказать, как жить народу. Сталин взял на себя роль единственного учителя, зажал «бояр» в кулак, а конкурентов по партии свел к ногтю.

Замечу, что в Германии, где к власти пришел Гитлер, ситуация была во многом иной. Здесь существовала демократия и до 1918 года, пусть и ограниченная, особенно в Пруссии, определенными сословными барьерами. Несколько десятилетий всеобщих выборов, борьбы партий, парламентских дебатов, свободной прессы не прошли даром. А уж в эпоху Веймарской республики наблюдался настоящий расцвет (или разгул, кому как нравится) демократии, благодаря которому нацисты и смогли прийти к власти. Главное же, в Германии существовало священное право частной собственности, и экономическая жизнь могла идти помимо государства, во всяком случае, без его жесткого контроля. И Гитлер, придя к власти, не стал экспроприировать собственность, дабы не разрушать экономики страны, которая нужна была ему для осуществления внешней экспансии. Фюрер не трогал офицерский корпус до самого 20 июля 1944 года, до покушения Штауффенберга, чтобы не навредить боеспособности армии, которая была ему необходима как максимально совершенный инструмент агрессии. Среди немцев были развиты чувство индивидуализма, стремление к личному успеху. Поэтому фюрер подавал им расовую доктрину как путь к созданию «новой аристократии», писал в «Моей борьбе» об «основной идее аристократизма в природе, причем, конечно, аристократизм вовсе не обязательно должен олицетворяться современной вырождающейся общественной верхушкой». Он представлял национал-социалистическое учение как путь к созданию действительно творческих личностей. И действительно готов был опираться на все социальные слои германского общества, за исключением врагов – евреев и марксистов (социал-демократов и коммунистов, хотя для них открыт был путь к «перевоспитанию»). Об опоре на «людей-винтиков» Гитлер никогда не говорил. Он просто хотел заставить все германское общество слиться с национал-социалистическим государством и работать как безотказный, хорошо отлаженный механизм.

Два дня спустя после Парада Победы Сталин был удостоен второго ордена «Победа» и звания Героя Советского Союза, а 27 июня 1945 года ему присвоили специально для него введенное высшее воинское звание Генералиссимуса Советского Союза.

В «Краткой биографии» Сталин позволил следующим образом охарактеризовать свой скромный вклад в победу в Великой Отечественной войне: «Советский народ торжествовал победу. Все мысли, все чувства советских людей были обращены к тому, кто вел нашу страну через трудности и испытания войны, кто спас страну от гибели, чей гений указал путь к победе, чья воля привела страну к победе, – к великому Сталину!» Воля у Сталина действительно была железная, особенно в готовности жертвовать миллионами своих солдат и мирных жителей ради достижения победы любой ценой. И в той же «Краткой биографии» утверждалось: «С гениальной проницательностью разгадывал товарищ Сталин планы врага и отражал их». Не знаю, верил ли в это сам Сталин, равно как и в то, что он будто бы «развил дальше передовую советскую военную науку, разработал положение о постоянно действующих факторах, решающих судьбу войны, об активной обороне и законах контрнаступления и наступления, о взаимодействии родов войск и боевой техники в современных условиях, о роли больших масс танков и авиации в современной войне, об артиллерии, как самом могучем роде войск». Наверное, все-таки догадывался, что и советские, и немецкие генералы и маршалы пришли к этим положениям военной теории раньше его, который лишь учился у военных специалистов. Помнил Сталин и о тяжелых поражениях Красной Армии, так что тезис «Краткой биографии» о том, что «на разных этапах войны сталинский гений находил правильные решения, полностью учитывающие особенности обстановки», рассматривал только как пропагандистский. Поражения надо было свалить на генералов, а победы приписать себе. Иосиф Виссарионович понимал, что в глазах современников и потомков победа в войне спишет если не все, то многое, а главное, даст оправдание и смысл существования советского строя в глазах миллионов людей как внутри страны, так и за ее пределами. И милостиво разрешал пропагандистам славить его государственный и полководческий гений, будто бы ярче всего проявившийся в войну.

Характерно, что когда в 1931 году Емельян Ярославский обратился к Сталину с просьбой разрешить ему написать сталинскую биографию, Сталин письменно ответил: «Я против, я думаю, что не пришло еще время для биографий». А вот в 1946 году, после победы в Великой Отечественной войне, время для издания «Краткой биографии» как раз и наступило. Теперь Сталин был победителем, завоевавшим пол-Европы, а это оправдывало всю его политику в собственных глазах и в глазах значительной части народа.

Но по большому счету победа в войне и была единственным сталинским историческим свершением. Все остальное – насильственная коллективизация, ускоренное развитие тяжелой промышленности за счет лишения населения самых необходимых предметов потребления, террор, превращение людей в безропотных, жертвующих собой ради государства «винтиков» делалось для победы в будущей войне. Ибо Сталин не довольствовался абсолютной властью в своей стране, а рассчитывал распространить ее на как можно большую часть мира. Война была вершиной сталинских деяний, в том числе и по числу жертв, которые понесли в ней народы СССР. По сравнению с этими жертвами коллективизация и голод начала 30-х годов и Большой террор 1937–1938 годов выглядят легким кровопусканием. Но захватил Сталин в войну не так много, как он рассчитывал. Последние годы жизни диктатора прошли под флагом изоляции и подготовки к новой войне, были созданы атомная и водородная бомбы, но ничего от этих лет ни в памяти народной, ни в Большой истории не сохранилось.

Был ли Сталин полководцем или нет – одна из наиболее живо обсуждаемых тем из истории Великой Отечественной войны. Сталинисты убежденно говорят – да, был. Антисталинисты столь же убежденно – нет, не был. Хрущев на XX съезде партии утверждал, например, что «Сталин был очень далек от понимания той реальной обстановки, которая складывалась на фронтах». Также и покойный Дмитрий Волкогонов считал, что Сталин был не вполне полководцем, поскольку «при наличии сильной воли и негибкого ума не мог опереться на профессиональные военные знания» и «не знал военной науки, теории военного искусства». Поклонники Сталина Борис Соловьев и Владимир Суходеев в своем труде, так и названном «Полководец Сталин», главным аргументом в пользу того, что их герой действительно был полководец, выдвигают то обстоятельство, что он «осуществлял руководство всеми Вооруженными Силами страны, каждодневно направлял и координировал боевые действия всех фронтовых и армейских объединений действующей армии. Его деятельность пронизывала все важнейшие стороны величайшей из войн: охватывала, помимо собственно военных вопросов, все сферы внутренней и внешней политики Советского государства, от военной экономики и идеологии до дипломатии».

О том, что Сталину докладывали обо всех сколько-нибудь важных событиях на фронте и с ним обсуждались все планы стратегических операций, более того, он сначала ставил стратегическую цель, а потом уже Генеральный штаб и штабы фронтов разрабатывали конкретные операции, с этим никто не спорит. Так же как и с тем, что в созданной Сталиным системе руководства, в том числе военного, подлинно самостоятельные решения мог принимать только сам Иосиф Виссарионович. Следовательно, если и был полководец в Красной Армии, то им мог быть только один человек – Сталин. Несомненно, и сам Иосиф Виссарионович верил, что он – настоящий полководец. В официальной «Краткой биографии» Сталина, вышедшей в 1947 году и наверняка одобренной Кобой, утверждалось: «Товарищ Сталин развил дальше передовую советскую военную науку. Товарищ Сталин разработал положение о постоянно действующих факторах, решающих судьбу войны, об активной обороне и законах контрнаступления и наступления, о взаимодействии родов войск и боевой техники в современных условиях войны, о роли больших масс танков и авиации в современной войне, об артиллерии как самом могучем роде войск. На разных этапах войны сталинский гений находил правильные решения, полностью учитывающие особенности обстановки.