Читать онлайн «История России. От Горбачева до Путина и Медведева». Страница 91

Эти контрастные понимания новейшей истории приукрашают взаимодействия между Москвой и Вашингтоном. Они влияют на то, как обе стороны истолковывают поведение друг друга и как каждый определяет свои цели. Такие представления не могут быть просто так сброшены со счетов. Их нужно принимать во внимание при формировании и презентации новых политических стратегий, если у них есть шанс на успех. Из-за радикального раскола в восприятии очень трудно пересказать историю последних 20 лет в рамках одного повествования. Вместо этого я представляю две версии[145] – одна подробно демонстрирует то, как опыт последних лет предстает в понимании многих средних прозападных русских; другая освещает точку зрения американского сторонника, верящего в возможность взаимных уступок.

Экономическая помощь

С российской точки зрения цепочка разочарований начинается с экономической помощи. Хотя Россия утверждала обратное, западные лидеры оказались не готовы инвестировать больше, чем чисто символические суммы, в реконструкцию своего бывшего противника.

Мирный дивиденд от сокращения военных расходов Горбачёва для Запада был огромным. В 1986 году, в разгар наращивания вооружений Рейгана, расходы США на оборону достигли 7 % процентов ВВП. К 1999 году они снизились до 3,6 %. Если бы Вашингтон был вынужден продолжать тратить 7 % ВВП на оборону, дополнительные расходы к 1999 году в сумме составили бы 1,9 триллиона долларов. Стоимость плана Маршалла, который помог восстановить Западную Европу после Второй мировой войны, составила 5 % ВВП в 1948 году. В 1991 году 5 % ВВП составляло около 300 миллиардов долларов. Даже десятая часть этой суммы, если инвестировать ее в стабильный рубль, сбалансировала бы федеральный бюджет – можно бы было выплатить пенсии и пособия по безработице сразу за несколько лет, что могло в корне изменить ситуацию в России, подорвав ностальгию по коммунизму, предупредив политическую борьбу 1990-х годов и укрепив демократию и прозападную политику.

У Запада были и другие проблемы. Ельцин был готов принять комплексные реформы для создания открытой рыночной экономики. Однако Дэвид Малфорд, чиновник из казначейства США, направленный для переговоров с лидерами России, не был заинтересован в обсуждении реформы. Его задачей было заставить советские республики оплатить огромный внешний долг, который остался от последних коммунистических правительств. Если государства-преемники не произведут оплату, Малфорд пригрозил прекратить поставки[146] американского зерна. Отличие от отношения к Польше было поразительным. Запад должен был аннулировать 15 миллиардов долларов польского долга и дать полякам один миллиард долларов стабилизационного фонда для восстановления уверенности в злотых. Для России не было никакого аннулирования и стабилизационного фонда. Наоборот, Россию угрозами заставили взять на себя ответственность за весь советский долг.

Россию угрозами заставили взять на себя ответственность за весь советский долг.

Казалось, общая обстановка изменяется, когда в апреле 1992 года президент Буш сообщил, что согласно программе западной поддержки Россия получит 24 миллиарда долларов на проведение реформ. Однако цифра оказалась солидно преувеличенной. Как объяснил сам Буш, план не располагал «большим количеством новых денег». Старые кредиты были реструктурированы. Более половины от общего количества старых займов составляли краткосрочные кредиты по рыночным ставкам для закупки западной сельскохозяйственной продукции, в которой Россия не испытывала необходимости – эти экспортные поставки для западных фермеров были представлены как помощь (позже МВФ будет использовать эти кредиты как повод, чтобы не предоставлять России то финансирование, которое ей действительно было нужно). В 1992 году было предоставлено всего 2,5 миллиарда долларов, за исключением кредита на покупку западных экспортных товаров. Из этой суммы один миллиард долларов составлял кредит МВФ, выданный в августе сразу после первой неудавшейся попытки России по стабилизации рубля, и 1,5 миллиарда долларов – западные гранты правительства.

Цель Вашингтона, по крайней мере по представлениям Москвы, заключалась в том, чтобы сделать вид, оказания помощи, а на самом деле предоставлять как можно меньше денежных средств. Кое-кто в администрации не любил Ельцина и не доверял ему, другие считали его переходной фигурой, на которую Белому дому не следует возлагать слишком большие надежды. Как позже изложил это советник Буша по национальной безопасности, Брент Скоукрофт, предоставлять в тот момент деньги России было бы сродни наполнению бездонной ямы. Было бы неразумно «создавать стабилизационный фонд только ради его создания», – выразил свое мнение вице-президент Дэн Куэйл в феврале 1992 года. Даже гуманитарная продовольственная помощь, которую фактически предоставлял Вашингтон, не была полностью гуманитарной. Пилоты, осуществляющие отгрузку, одновременно добывали информацию[147] о стратегических объектах, которые США рассматривали в своем плане ядерной бомбардировки.

Если бы Ельцину не удалось снизить уровень инфляции, коммунисты, скорее всего, победили бы на президентских выборах.

Президент Клинтон, который вступил в должность в 1993 году, призвал своих помощников «думать больше» о России и высказывать смелые предложения. Но, как оказалось, он тоже не желал или был не в состоянии оказать значительную помощь. Россия вывела свои войска из Германии и стран Балтии, а разместить их могла только в палатках. Через четыре года Москва вернула домой 800 000 солдат, 400 000 гражданского персонала и 500 000 членов их семей – всего около 1,7 миллиона человек. В ответ на срочный призыв Ельцина помочь с жилищным строительством Клинтон пообещал построить в общей сложности 450 квартир и найти финансирование для строительства еще 5000 квартир. Даже это было отклонено Конгрессом, члены которого не понимали, почему Соединенные Штаты должны платить за строительство жилья для российских солдат, когда некоторые американские военнослужащие имели квартиры, не соответствующие их уровню. Свыше сотни тысяч российских солдат остались в обветшалых кварталах, получали скудную зарплату, которую часто не выплачивали и представляли собой озлобленных военнообученных патриотов, заполнявших ряды радикальных националистических движений и криминальных предприятий.

Хотя Клинтону так и не удалось найти лишних денег, обещанных его предшественником, он все-таки призвал МВФ кредитовать России 6,8 миллиарда долларов в 1995 году, что помогло властям восстановить доверие к рублю. К тому времени гиперинфляция, длящаяся на протяжении трех лет, дискредитировала рыночные реформы среди многих россиян. Тем не менее, если бы Ельцину не удалось снизить уровень инфляции в 1995 году, коммунисты, скорее всего, победили бы на президентских выборах в 1996 году и заняли бы более жесткую позицию по отношению к Западу. Так что это была разумная инвестиция.

В общей сложности МВФ предоставил России кредиты на сумму около 20 миллиардов долларов в период между 1990 и 2000 годом. К марту 2005 года Россия погасила свой долг перед МВФ в полном объеме. Всемирный банк одолжил около 12 миллиардов долларов, три четверти из которых были погашены к 2009 году. В том же году Россия также выплатила советский долг, за который она взяла на себя ответственность, – с 97 миллиардов долларов в начале до менее чем 5 миллиардов потом. Выплата процентов по этому долгу была тяжелейшим бременем для государственных финансов России. В течение восьми лет после 1991 года проценты по внешней задолженности были выше, чем сумма всей помощи и новых займов, которые страна получила. Даже в те трудные годы Россия снабжала Запад чистым капиталом[148].

Фактический объем помощи, предоставляемый России со стороны Запада, в отличие от кредитов, которые должны были быть возвращены с процентами, был крошечным. Общая сумма грантов между падением коммунизма и 2001 годом составила около 5 миллиардов долларов – примерно столько же, сколько США дает Египту и Израилю за один год. Иными словами, общий объем западных инвестиций, поддерживающих переход России к демократии, был меньше, чем стоимость трех бомбардировщиков Б-2[149].

Военная экспансия

Помощники Клинтона, возможно, не «имели масштабных замыслов», когда речь шла о предоставлении помощи. Но они заботились несколько о другом. Собравшись с силами там, где остановился Горбачёв, Россия при Ельцине сделала крупнейшее отступление и демилитаризацию в истории страны. Все российские вооруженные силы покинули Восточную Европу и страны Балтии. Советская армия распадалась на части с головокружительной скоростью. В период с 1990 года по 1996 год число действующих войск под командованием Москвы упало с 3,4 миллиона до 1,3 миллиона человек. Россия сократила свои военные расходы почти на 4/5. Она быстро уничтожала ядерное оружие, что помогло провести переговоры по разоружению Украины, Беларуси и Казахстана, отказалась от своих претензий на украинскую территорию, подписала Договор о дружбе, сотрудничестве и партнерстве с украинским правительством и отдала Киеву часть Черноморского флота.