Читать онлайн «Военные мемуары. Том 3. Спасение. 1944-1946». Страница 118

Речь, произнесенная генералом де Голлем на Консультативной ассамблее 2 марта 1945

Прошло уже шесть месяцев, как Париж освобожден от врага, четыре — как освобождены районы севера, востока и центра Франции, три — с тех пор, как взят Мец, двадцать восемь дней — как наше знамя развевается снова над всем Эльзасом. На клочках земли еще остаются очаги немецкого сопротивления. Думая о крупнейших событиях, происшедших за короткое время с зари нашего освобождения, мы можем сказать с некоторым удивлением, как Гамлет Шекспира в первые утренние часы: «День так молод!» Туман только начал развеиваться, и мы понемногу начинаем видеть, каково же реальное положение вещей, какое нам оставил страшный прилив, и какие усилия нам предстоит сделать по восстановлению и обновлению французской нации после стольких лет.

Было бы напрасно подводить итог тому, что было сделано за эти несколько недель, столь наполненных и борьбой, и надеждами. Тщетно было бы и говорить о трудных условиях, в которых приходится принимать решения. В политической области система, основанная на приятии поражения, внезапно рухнула, и при этом оказалось невозможным ни восстановить прежний режим в полном объеме со всеми его органами и работающими в них людьми, ни создать законную высшую власть посредством всеобщего избирательного права. В административном плане ведется работа людьми волевыми, преданными, компетентными, но по-прежнему царят методы и приемы, отрицательно себя проявившие в прошлом, включая и их использование в псевдореформах режима Виши. Коме того, деятельности служб мешает опустошение рядов сотрудников врагом или его приспешниками, последствия проведения необходимой чистки, долгое отсутствие связи, а также противодействие определенных сил работе ответственных представителей власти. С экономической точки зрения, ущерб, нанесенный крупным центрам и жизненным артериям страны, разрушение трех четвертей транспортных средств и передача на военные нужды двух третей оставшихся, практически полное отсутствие импорта, уничтожение запасов — все это ограничивает и мешает деятельности большого числа предприятий, вызывает полную безработицу 400 000 человек и частичную для 1 200 000 трудящихся, исключительно осложняет снабжение крупных городов, задерживает восстановление сельскохозяйственного производства. Эта ситуация несет большинству французов дополнительные страдания, помимо тех, что им пришлось пережить за четыре года нашего национального несчастья, и тревожные мысли о двух с половиной миллионах наших близких, что враг удерживает в плену.

Эти препятствия, вставшие перед нацией и государственными властями, могли явиться неожиданностью только для тех, кто не привык думать. Было просто предвидеть, с какими трудностями придется сразиться Франции по мере ее освобождения. Мы же, уверенные, что наш долг перед страной заключается в том, чтобы выявить все трудности, что предстоит преодолеть, а не убаюкивать народ иллюзиями, никогда не давали понять, что изгнание врага с нашей земли сразу приведет к окончанию военных действий и мы немедленно восстановим по всей Франции в полном объеме постоянное обращение продукции, являющееся основой активной экономики и регулярного снабжения. Мы никогда не претендовали на обладание высшим секретом, который поможет стране производить и питаться как положено все то время, пока в ней остается только треть необходимого для промышленности угля, не говоря уже об отоплении, пока ее месторождения железной руды находятся на передовой военных действий, практически недоступной для других составов, кроме военных, пока нет никакого снабжения хлопком, шерстью, каучуком, медью, серой, бензином, пока в ее закромах только две трети зерна от необходимого количества, а в стойлах находится поголовье скота, общий вес которого не достигает и половины того, что требуется для обеспечения нормального питания, пока на ходу лишь ничтожно малое число локомотивов и вагонов и лишь треть грузовиков от того количества, какое использовалось раньше, а то, что осталось, достигло последней степени износа.

Мы никогда не утверждали, что наши американские и британские союзники, у которых в руках почти все запасы сырья, готовой продукции и транспортных судов, но вся совокупность производства, системы распределения, потоков снабжения ориентирована на обеспечение других целей, помимо организации ускоренной помощи Франции, через несколько недель скоординируют свои стратегические планы с реальностью упорного сопротивления немцев, поймут, что победа без нас невозможна, в соответствии с этим изменят методы ведения войны и начнут отправлять нам крупные поставки всего необходимого для нашего снабжения.

Но в дни освобождения, как и в дни несчастья, мы никогда не сомневались во Франции. Наша работа и наша власть опирались на ее здравый смысл и ее пылкий дух. А волнующее доверие, оказанное нам всем народом, мы положили в основу, как он этого и хотел, цементирующую на время общенациональное единство. В тот же день, когда я прибыл в Париж — 25 августа 1944, — мне было передано сообщение от представителя маршала Петена, у которого были все полномочия, в соответствии с письменным приказом от 11 августа, вести со мной переговоры по поиску «решения, которое помогло бы избежать гражданской войны». Я вежливо отказал посланцу. И где же гражданская война?

На первом этапе нашей деятельности правительство уделяло внимание основным направлениям работы, при этом приоритет отдавался ведению войны, несмотря на разруху и усталость страны. Мы в значительной степени восстановили мосты, железные дороги, пути сообщения, освобожденные от врага порты, эксплуатацию угольных шахт. Имея в своем распоряжении малую толику угля, электроэнергии, сырья, транспортных средств, мы даже в суровые дни зимы смогли содействовать производству вооружения и экипировки для наших войск. Вспоминая то замечательное мужество, с каким население перенесло холод в своих домах, нехватку одежды и обуви, жесточайшие ограничения в использовании газа и света, каждый может негромко с гордостью сказать себе, что свои лишения он внес как прямой вклад в дело победы. Мы предприняли энергичные усилия, продолжая войну, для роста и реорганизации наших сухопутных, морских и воздушных сил, которые сейчас насчитывают свыше 1 200 000 человек с учетом войск по всей империи.

Кроме того, как только завершится призыв 1943, мы приступим к набору призывников 1940, 1941, 1942 годов.

Да, не все наши части находятся на передовой в связи с недостатком вооружения, но правительство не может бросить новобранцев против «тигров», «пантер» и самоходных орудий, не снабдив всеми необходимыми средствами борьбы против них. С другой стороны, наши союзники недавно согласились предоставить нам часть требуемого вооружения, первые поставки которого уже начались, а с другой стороны, мы уже сами производим винтовки, ручные пулеметы, минометы, военные грузовики, истребители, легкие бомбардировщики и транспортные самолеты. Мы сами ремонтируем наши корабли. Если мы не можем обеспечить себя сейчас артиллерией и бронетанковой техникой, то только потому, что это производство требует много времени. Однако, и я могу об этом заявить, в сентябре наши заводы начнут выпускать новые французские танки и мы скоро наладим выпуск бронеавтомобилей. Несмотря на все препятствия, мы будем продолжать набор, обучение, формирование, вооружение частей до тех пор, пока не сможем дать Франции великую армию, которая ей нужна.

Между тем мы сохранили и, я думаю, упрочили внутренний и внешний кредит государства, обеспечили справедливое доверие страны к своей валюте, над чем, я хочу это подчеркнуть, мы будем продолжать работать. Г-н министр финансов в свое время сообщит вам о новых мерах, которые он планирует предпринять в этом направлении. Мы провели активные переговоры с нашими американскими союзниками по заключению договоров о взаимной помощи, которые были подписаны позавчера и в рамках которых мы надеемся в самое ближайшее время получить сырье и продовольствие на сумму свыше двух с половиной миллиардов долларов, что позволит реально приступить к возобновлению деятельности основных отраслей промышленности. Следует отметить, что поставка грузов уже началась.

Наконец, мы восстановили работу администрации на региональном и департаментском уровне и учредили в коммунах временные муниципалитеты. Поскольку мы взяли на себя такие обязательства, мы вернули стране все свободы, которых она так долго была лишена. Вновь осуществляются на практике свобода личности, свобода мнений, свобода печати, свобода профсоюзов, свобода собраний и ассоциаций, без всяких ограничений, кроме тех, что накладывает состояние войны. Мы возвращаем возможность избирателям и избирательницам вскоре выбрать тех, кого они считают достойным, в муниципальные и генеральные советы.