Читать онлайн «Очерки истории цивилизации». Страница 233

В 1900 г. боксеры убили 250 европейцев и, как утверждают, около 30 тысяч христиан. Китай, не впервые в своей истории, был под властью вдовствующей императрицы. Это была женщина необразованная, но обладающая сильным характером, и она очень сочувствовала боксерам. Она оказывала им поддержку и брала под свою защиту тех, кто совершил жестокости против европейцев. Выглядело так, будто события вернулись во времена гуннов, в 500 г. до н. э.

Кризис наступил в 1900 г. Боксеры все больше и больше угрожали европейцам в Китае. Были сделаны попытки увеличить количество европейских охранников дипломатических миссий в Пекине, но это лишь обострило обстановку. На улице Пекина солдатом имперской охраны был убит германский посланник. Остальные представители европейских государств собрались вместе и забаррикадировались в тех дипломатических миссиях, которые лучше всего подходили для обороны; они выдержали двухмесячную осаду.

Затем в Пекин маршем вошел 20-тысячный объединенный союзнический контингент под командованием немецкого генерала и снял осаду дипломатических миссий, а императрица бежала в Сиань, древнюю столицу Тайцзуна в Шэньси. Некоторые подразделения европейских союзнических войск совершили зверства против китайского мирного населения, что является, скажем так, возвращением к уровню 1850 г.

Затем последовала фактическая аннексия Маньчжурии Россией, ссора между великими державами, а в 1904 г. — британское вторжение в Тибет, до этого являвшийся закрытой страной. Но был один фактор, не заметный на поверхности событий, но придававший тем не менее этим событиям фундаментальное отличие, — а именно то, что теперь в Китае было значительное количество способных людей, обладавших европейскими знаниями и европейским образованием.

Восстание боксеров пошло на убыль, а затем стало сказываться влияние этого нового фактора: в разговорах о конституции (1906 г.), в ограничении курения опиума и в образовательных реформах. Конституция японского типа, в соответствии с которой Китай стал конституционной монархией, была принята в 1909 г. Но Китай невозможно было втиснуть в японские рамки, и революционное брожение продолжалось. В процессе реорганизации Япония, в соответствии со своим темпераментом, обратила свой взор на Запад, Китай же поглядывал через Тихий океан. В 1911 г. началась всекитайская революция. В 1912 г. император отрекся от престола, и крупнейшее в мире общество стало республикой. Свержение императора стало свержением господства маньчжуров, а монгольская косичка, которую китайцы были вынуждены носить с 1644 г., стала для них необязательной.

Вполне возможно, что в настоящее время над модернизацией китайской цивилизации работает больше образованных и преданных своему делу людей, чем в любой отдельно взятой европейской стране. Вскоре у китайцев будут модернизированная и удобная письменность, пресса, энергичные современные университеты, реформированная промышленность и большое количество организаций, занимающихся научными и экономическими исследованиями. Освободившиеся от ограничений врожденные предприимчивость и изобретательность огромного населения Китая будут способствовать равноправному сотрудничеству этой страны с Западным миром.

Однако страной, задававшей тон в новом подъеме азиатских народов, был не Китай, а Япония. С нашим рассказом о Китае мы явно забежали наперед. Еще недавно Япония играла очень незначительную роль в мировой истории; ее замкнувшаяся в себе цивилизация не внесла сколько-нибудь значительного вклада в формирование судеб человечества; она много получала, но мало давала. Первыми обитателями Японских островов были представители северного народа, вероятно связанного отдаленным родством с нордическими народами, — айны.

Но собственно японцы принадлежат к монголоидной расе. По своему внешнему виду они напоминают американских индейцев, и существует значительное и неожиданное сходство между доисторическими гончарными изделиями и подобными предметами в Японии и Перу. Вполне возможно, что японцы являются ответвлением транстихоокеанского миграционного потока неолитической культуры, который мог впитать в себя также малайские и негритосские элементы.

Каким бы ни было происхождение японцев, вряд ли приходится сомневаться, что их цивилизация, их письменность, их литературная и художественная традиции имеют китайские корни. Они отошли от варварства во II и III вв. н. э., и одним из их самых первых деяний как народа за пределами страны было вторжение в Корею под предводительством королевы Дзинго, которая, судя по всему, сыграла большую роль в формировании их цивилизации. История японцев интересна и романтична; они создали феодальную систему и выработали традицию рыцарства; их нападения на Корею и Китай являются восточным аналогом английских войн во Франции.

Первый контакт Японии с Европой произошел в XVI в. В 1542 г. несколько португальцев добрались до нее на китайской джонке, а в 1549 г. иезуитский миссионер Франсис Хавьер начал там свою деятельность. Отчеты иезуитов дают картину страны, сильно опустошенной непрерывной феодальной войной. В течение некоторого времени японцы приветствовали контакты с европейцами, и христианские миссионеры обратили в свою веру большое количество людей. Некий Уильям Адаме, из графства Кент, стал авторитетным европейским советником японцев и научил их строить большие корабли. Построенные японцами корабли совершили путешествия в Индию и Перу.

Затем начались ссоры по многочисленным поводам между испанскими доминиканцами, португальскими иезуитами и английскими и голландскими протестантами. Все они спешили предупредить японцев о злокозненных политических замыслах своих соперников. Иезуиты в период своего господства преследовали и унижали буддистов. Эти противоречия переплетались с тогдашними феодальными конфликтами. В результате японцы пришли к выводу, что европейцы со своим христианством доставляют им одни неприятности и что католическое христианство, в особенности, было просто прикрытием для политических притязаний Римского Папы и Испанской монархии, которой к этому времени уже принадлежали Филиппины. Начались широкомасштабные и жестокие гонения на христиан. И с 1638 г. Япония, за исключением крохотной голландской фактории на маленьком острове Десима в бухте Нагасаки, стала абсолютно закрытой для европейцев страной и оставалась закрытой более 200 лет.

Голландцы на Десиме постоянно подвергались всяческим унижениям. Они были лишены общения с японцами, за исключением чиновников, специально назначенных для ведения с ними дел. В течение двух веков японцы пребывали в столь полной изоляции от остального мира, что казалось, будто они живут на другой планете. Было запрещено строить суда, превосходящие размером суда для каботажного плавания. Японцам было запрещено ездить за границу, а европейцам — въезжать в их страну.

Два столетия Япония находилась в стороне от основного потока истории. Она продолжала жить в состоянии экзотического феодализма, взбадриваемого время от времени кровавыми междоусобиями, при котором примерно пять процентов населения — самураи, или военные люди, знать и их семьи — безраздельно тиранствовали над остальным населением. Когда проезжал знатный человек, то все простые люди становились на колени; мельчайшее проявление неуважения означало риск быть зарубленным насмерть его самураями.

А тем временем огромный мир за пределами этой страны все больше познавал себя и расширял свои возможности. Случайные корабли все чаще появлялись у мысов Японии; иногда эти корабли терпели крушение, и матросов выбрасывало на берег. Через остров Десиму, единственное связующее звено с огромным внешним миром, поступали тревожные сообщения о том, что Япония все больше отстает в своем развитии от Западного мира.

В 1837 г. в бухту Эдо вошел корабль с незнакомым звездно-полосатым флагом, на борту которого находились спасенные японские моряки, дрейфовавшие далеко от берега в Тихом океане. Корабль был обстрелян из пушки и вынужден был уйти.

Вскоре появились другие корабли с таким же флагом. Один из них пришел в 1849 г., чтобы требовать освобождения восемнадцати американских моряков, спасшихся после кораблекрушения. Затем в 1853 г. появились четыре американских военных корабля под командованием командора Перри. Несмотря на попытки противодействия, они стали на якорь в запретных водах и отправили послания двум правителям, во власти которых тогда находилась Япония. В 1854 г. Перри вернулся уже с десятью кораблями, удивительными кораблями, движимыми с помощью пара и вооруженными орудиями большого калибра. Были сделаны предложения, касавшиеся торговли и взаимных контактов, от которых японцы были не в состоянии отказаться. Перри высадился на берег под охраной 500 человек, чтобы подписать соглашение. Толпы людей недоверчиво наблюдали, как эта депутация из внешнего мира шествовала по улицам.