Читать онлайн «Советские танковые армии в бою». Страница 168

С окончанием Маньчжурской стратегической наступательной операции завершился боевой путь 6-й гвардейской танковой армии. Она наряду с другими танковыми армиями внесла весомый вклад в разгром вермахта, а затем и в ликвидацию японской Квантунской армии.

Итак, завершается наш рассказ о танковых армиях. По справедливости говоря, каждая из армий заслуживает отдельного внимания, но этого невозможно сделать в рамках одной книги. Надеемся, что она окажет помощь исследователям данной темы, которая, безусловно, нуждается в дальнейшей разработке, ибо это наша история.

На основе изложенного материала можно сделать некоторые выводы по вопросам создания и применения танковых армий в годы Великой Отечественной войны. В первую очередь познакомимся с квалификацией командующих армиями.

Квалификация командующих танковыми армиями

Танковыми армиями в различное время командовали 19 человек (см. таблицу № 46). Среди них:

– 12 профессиональных танкистов: В.М. Баданов, С.И. Богданов, В.Т. Вольский, М.Е. Катуков, А.Г. Кравченко, Д.Д. Лелюшенко, А.И. Лизюков, А.Г. Родин, П.Л. Романенко, П.А. Ротмистров, М.Д. Синенко, М.Д. Соломатин;

– 4 общевойсковых военачальника: П.И. Батов, В.Д. Крюченкин, М.М. Попов, И.Т. Шлемин;

– один артиллерист – К.С. Москаленко;

– два кавалериста – А.И. Радзиевский, П.С. Рыбалко.

Таблица № 46

Характеристика командующих танковыми армиями[894]

Ко времени вступления в должность командующего или исполняющего должность командующего танковой армией самым молодым был генерал А.И. Радзиевский – 33 года, а самым старшим – М.Д. Соломатин – 50 лет. Средний возраст составлял 43,8 года.

До начала Великой Отечественной войны находились в заключении:

– С.И. Богданов – в 1938–1939 гг. под следствием, осужден на 2 года заключения, освобожден по амнистии, судимость снята в 1942 г.;

– А.И. Лизюков – в 1938 г. арестован, в 1940 г. – реабилитирован;

– М.Д. Соломатин – в 1938 г. арестован, в октябре 1939 г. – реабилитирован.

Все командующие танковыми армиями, за исключением А.И. Радзиевского, до начала Великой Отечественной войны приобрели боевой опыт. При этом некоторые участвовали в нескольких войнах и военных конфликтах (см. таблицу № 47).

Таблица № 47

Участие командующих танковыми армиями в боевых действиях до начала Великой Отечественной войны

За мужество и отвагу, проявленные в боях, четыре командарма стали Героями Советского Союза в годы Великой Отечественной войны: Д.Д. Лелюшенко (1945), А.И. Лизюков (1941), К.С. Москаленко (1943), А.Г. Родин (1943). Три командарма получили это звание после войны: М.М. Попов (1965), А.И. Радзиевский (1978), П.А. Ротмистров (1965). Пять военачальников в ходе войны были удостоены звания дважды Героя Советского Союза: П.И. Батов (1943, 1945), С.И. Богданов (1944, 1945), М.Е. Катуков (1944, 1945), А.Г. Кравченко (1944, 1945), П.С. Рыбалко (1943, 1945). Д.Д. Лелюшенко получил первый раз звание Героя Советского Союза еще до начала Великой Отечественной войны (1940), а К.С. Москаленко стал дважды Героем Советского Союза после войны (1978).

Из 19 командармов в последующем воинского звания «генерал армии» были удостоены П.И. Батов, Д.Д. Лелюшенко и М.М. Попов, А.И. Радзиевский, «маршал бронетанковых войск» – С.И. Богданов, М.Е. Катуков и П.С. Рыбалко, «главный маршал бронетанковых войск» – П.А. Ротмистров, «Маршал Советского Союза» – К.С. Москаленко.

В годы войны значительные изменения претерпела организационно-штатная структура танковой армии. При этом формировались армии двух типов: смешанного и однородного состава. При создании объединений смешанного состава предусматривалось, что они будут включать три танковых корпуса, отдельную танковую бригаду, одну-две стрелковые дивизии и ряд отдельных частей. Фактически состав каждой танковой армии был различным и определялся директивой на ее формирование с учетом конкретной обстановки. Например, в августе 1942 г. 3-я танковая армия включала 3 танковых корпуса, отдельную танковую бригаду, мотострелковую и две стрелковые дивизии. В ноябре того же года 5-я танковая армия имела 2 танковых и один кавалерийский корпус, отдельную танковую бригаду и 6 стрелковых дивизий.

Наличие в составе танковых армий соединений с различной степенью подвижности, при недостатке эффективных средств связи, серьезно затрудняло управление войсками при развитии наступления в оперативной глубине. Это неизбежно приводило к ослаблению силы и уменьшению глубины танкового удара, а следовательно, и к снижению результатов операции в целом. Опыт проведенных операций показал необходимость создания однородных, высокоподвижных, обладающих большой ударной силой и огневой мощью бронетанковых объединений.

В танковую армию однородного состава, как правило, входили: боевые соединения (части) – один-два танковых и один механизированный корпус, отдельные танковая и самоходная артиллерийская бригады, артиллерийские соединения (части); части боевого обеспечения – разведывательные, инженерные, химические и др.; части и учреждения тылового обеспечения и обслуживания. Все боевые соединения и части обладали примерно одинаковой скоростью движения и одинаковой проходимостью, что облегчало управление войсками армии и значительно увеличивало ее маневренность.

По штату в танковой армии насчитывалось около 800 танков и САУ и до 750 орудий, минометов и боевых машин реактивной артиллерии. Фактически различные танковые армии в зависимости от обстановки и задач имели от 200–400 до 1000 танков и САУ, от 500 до 850 и более орудий и минометов.

Танковые армии как оперативные объединения бронетанковых и механизированных войск являлись в годы войны средством Ставки Верховного Главнокомандования и придавались фронтам, действовавшим на важнейших стратегических направлениях. Их место определялось решением командующего войсками фронта, а иногда и Ставки ВГК, в зависимости от замысла операции, состава армий, характера обороны противника, соотношения сил сторон, условий местности и ряда других факторов.

Танковые армии смешанного состава должны были самостоятельно осуществлять прорыв обороны противника силами своих стрелковых дивизий и развивать успех наступления танковыми корпусами в оперативной глубине. В наступательных операциях (5-я танковая армия в Сталинградской и Донбасской операциях, 3-я танковая армия в Острогожско-Россошанской и Харьковской операциях) они применялись фактически так же, как и общевойсковые армии, усиленные танковыми (механизированными) корпусами.

Танковые армии однородного состава, являясь мощным средством Верховного Главнокомандования, включались в состав фронтов, действовавших на важнейших направлениях и решавших главные задачи в операциях фронта и группы фронтов. В большинстве наступательных операций фронты имели в своем составе одну-две, в некоторых – три танковые армии (например, 1-й Украинский фронт – в Проскуровско-Черновицкой и Львовско-Сандомирской операциях, 2-й Украинский фронт – в Уманско-Ботошанской операции). Новым являлось также выделение в резерв фронта танковой армии (Проскуровско-Черновицкая операция). Такое массирование танковых войск способствовало быстрейшему сокрушению противостоящего противника, лишало его способности не только остановить, но даже временно задержать стремительное продвижение Красной Армии в условиях распутицы.

Танковые армии в наступательных операциях 1943–1945 гг.,

как правило, составляли подвижные группы фронтов (эшелон развития успеха) и обычно действовали в отрыве от общевойсковых армий на удалении от 10–30 до 50–80 км и более. Они использовались на направлениях главных ударов и являлись основным средством развития тактического успеха в оперативный. Танковые армии наносили по врагу мощные удары на большую глубину, громили его оперативные резервы и тылы, создавали выгодные условия для окружения и уничтожения группировок противника, действуя зачастую в значительном отрыве от остальных сил фронтов. Их стремительные действия позволяли проводить операции на большую глубину, в высоких темпах и в некоторых случаях без оперативных пауз.

В отдельных операциях (например, 6-я гвардейская танковая армия в Корсунь-Шевченковской, Будапештской, Маньчжурской) танковые объединения находились в первом эшелоне фронта и начинали боевые действия из непосредственного соприкосновения с противником. В ряде операций танковые армии во взаимодействии с общевойсковыми армиями участвовали в завершении прорыва тактической зоны обороны противника. Такое использование танковых армий было вынужденным и вызывалось недостаточным количеством танков НПП в общевойсковых армиях.