Читать онлайн «История русского народа в XX веке». Страница 319

Дерусификация окраин России проходила одновременно с ослаблением русского ядра страны. В результате организованного переселения русских для освоения окраин центральные области страны лишились нескольких миллионов русских тружеников. Только в период освоения целины из Центральной России в Казахстан было направлено полтора миллиона русских людей, в то время как исторические русские земли находились в запустении.

За 1950-1958 годы число музеев в РСФСР сокращается с 542 до 479. В печати постоянно проскальзывают сообщения о кризисном состоянии в музейном деле. Газета «Правда» от 30 марта 1956 года констатирует, что «только в местных музеях РСФСР в срочной реставрации нуждаются несколько тысяч произведений живописи и десять тысяч произведений прикладного искусства». В середине 60-х годов, по официальным данным Русского музея в Ленинграде, тысячи произведений древнерусской живописи в разных городах России не имели надлежащих условий хранения, разрушались и расхищались. Государственный Русский музей выявил в Псковской области уникальные произведения живописи, которые хранились в неудовлетворительных условиях. Псковскому музею потребовалось четыре года (!), чтобы вывезти эти произведения. За это время некоторые из них погибли. Во Владимирской области вместе с действительно негодными вещами на свалку попали произведения древнерусской живописи XVI века, печатные издания XVII века.

Разрыв с патриотическим курсом Сталина ознаменовался резким оживлением космополитических, антирусских сил в общественных науках.

Снова начинаются гонения на историков-патриотов. Руководить журналом «Вопросы истории» в 1953 году назначается историк-космополит, приверженец антирусской школы М. Покровского А.М. Панкратова (получившая в этом же году звание академика АН СССР за свои абсолютно бездарные труды). Главными идеологами в области общественных наук становятся академики И.И. Минц и П.Н. Поспелов (Фогельсон).

Редактором правительственной газеты «Известия» становится молодой еврейский большевик, зять Хрущева Аджубей, «надменный временщик, и подлый, и коварный», «околорадский жук» (он был женат на дочери Хрущева Раде).

На посту президента Академии художеств русский художник А.М. Герасимов заменяется евреем Б. Иогансоном.

Зеленый свет дается детям и родственникам палачей Русского народа, подобных начальнику Особого отдела Чека М.С. Кедрову или организатору Чека М.И. Лацису. Сын Кедрова, например, становится академиком АН СССР по философии, а родственник Лациса — влиятельным журналистом. Снова на поверхности появляются имена родственников Свердлова, Антонова-Овсеенко, Окуджавы, Дзержинского и других кланов еврейских большевиков.

Снимаются все кадровые ограничения на прием в учреждения госаппарата, культуры, науки, искусства лиц еврейской национальности, и за короткий период степень еврейского засилья здесь достигает довоенного уровня.1668 Еврейский национализм, и прежде всего сионизм, приобретают воинствующий характер. На критику евреев и явлений еврейского засилья накладывается негласный запрет. Преследованию и увольнению с работы подвергаются все, кто пытается публично высказывать свое отношение к несправедливой практике приоритета еврейских кадров над русскими.

Игнорирование интересов Русского народа, вытеснение русских кадров из важнейших сфер деятельности общества лишили российский государственный корабль правильных ориентиров. Снова, как и в 20-е годы, происходит подмена интересов Русского народа некими космополитическими, интернациональными целями. Не без влияния таких партийных идеологов, как еврейские большевики Поспелов (Фогельсон) и Минц, Хрущев выдвигает утопическую идею «построения коммунизма за двадцать лет». Если для Хрущева это был прежде всего «красивый политический ход», то для еврейских большевиков и разного рода космополитов — попыткой вытеснения из общества русских национальных идей и русского патриотизма, полной дерусификации страны, превращение ее национальной идеологии в космополитическую утопию.

В 1960 году на XXI съезде партии Хрущев объявляет, что СССР вступает в новый период — период развернутого строительства коммунизма. Коммунистическое общество, заявил Первый секретарь ЦК, будет в основном построено за 1961-1980 годы.

На первом этапе (1961-1970) предполагалось создать материально-техническую базу коммунизма и превзойти по производству продукции на душу населения США. Объявлялось, что «значительно поднимется материальное благосостояние и культурно-технический уровень трудящихся, всем будет обеспечен материальный достаток; все колхозы и совхозы превратятся в высокопроизводительные и высокодоходные хозяйства; в основном будут удовлетворены потребности советских людей в благоустроенных жилищах; исчезнет тяжелый физический труд; СССР станет страной самого короткого рабочего дня».

На втором этапе (1971-1980) Хрущев обещал уже создать материально-техническую базу коммунизма, обеспечивающую изобилие материальных и культурных благ для всего населения, а также перейти к единой общенародной собственности и принципу распределения по потребностям.

В процессе «коммунистического строительства» должно произойти «сближение наций» и «достижение их полного единства», а в отдаленной перспективе — слияние наций во всемирном масштабе.1669

Утопически, а то и просто демагогически предрекая близкую победу коммунизма и всеобщее слияние наций, космополитические правители, тем не менее, стремятся использовать в своих целях духовные ценности Русского народа, эксплуатируя его высшие нравственные чувства: добротолюбие, патриотизм, коллективизм, моральную чистоту, нестяжательство.

Так называемый Моральный кодекс строителя коммунизма, принятый на XXII съезде КПСС, включал в себя многие духовные идеалы Русского народа, которые архитекторы мирового коммунизма делали средством достижения космополитических целей.

«…Моральный кодекс строителя коммунизма, — декларировалось на съезде, — включает такие нравственные принципы:

· преданность делу коммунизма, любовь к социалистической Родине, к странам социализма;

· добросовестный труд на благо общества: кто не работает, тот не ест;

· забота каждого о сохранении и умножении общественного достояния;

· высокое сознание общественного долга, нетерпимость к нарушениям общественных интересов;

· коллективизм и товарищеская взаимопомощь: каждый за всех, все за одного;

· гуманные отношения и взаимное уважение между людьми: человек человеку — друг, товарищ и брат;

· честность и правдивость, нравственная чистота, простота и скромность в общественной и личной жизни;

· взаимное уважение в семье, забота о воспитании детей;

· непримиримость к несправедливости, тунеядству, нечестности, карьеризму, стяжательству;

· дружба и братство всех народов СССР, нетерпимость к национальной и расовой неприязни;

· непримиримость к врагам коммунизма, дела мира и свободы народов;

· братская солидарность с трудящимися всех стран, со всеми народами».

Конечно, среди нравственных принципов этого Кодекса было немало близких душе Русского народа. Однако в условиях космополитического режима, враждебного Русскому народу, высокие нравственные принципы оставались просто общими фразами. Игнорирование национальных особенностей, местных традиций и обычаев, воинствующая ненависть к Православию делали этот Кодекс в лучшем случае одной из утопий «коммунистического будущего».

Как я уже отмечал, еврейские большевики с первых дней захвата власти стремились опереться на молодежь — духовно несформировавшихся личностей. Всячески заигрывая с ней, они предлагали молодым, незрелым душам и умам решать такие вопросы, которые им были явно не по плечу. Обладая значительным эмоциональным запалом, русская молодежь, лишенная Церкви, растрачивала его на решение ложных задач, по сути дела поставленных силами тьмы. Произошла страшная духовная растрата и оскудение душ значительной части целых поколений. Молодежь превращалась в материалистическое быдло, живущее только биологическими, потребительскими интересами. Начиная с 50-х годов, происходит то, о чем еще в 20-е годы предупреждал русский философ Н. Бердяев:

«Русский народ никогда не был буржуазным, он не имел буржуазных предрассудков и не поклонялся буржуазным добродетелям и нормам. Но опасность обуржуазивания очень сильна в советской России. На энтузиазм коммунистической молодежи к социалистическому строительству пошла религиозная энергия Русского народа. Если эта религиозная энергия иссякнет, то иссякнет и энтузиазм и появится шкурничество, вполне возможное и при коммунизме».

Так и произошло. Изверившись в утопиях, немалая часть безрелигиозной русской молодежи именно в 50-60-х годах заложила основу того материалистического поколения, которое созрело в 70-е годы и породило из себя «прорабов» горбачевской антирусской революции. Сразу же после смерти Сталина доверие народа к правительству резко упало. Многие люди почувствовали, что новое политическое руководство несет им непредсказуемые трудности. Прекращение борьбы против антипатриотов и космополитов было воспринято как отказ от заветов вождя и вызвало серьезное разочарование. Усиление власти Хрущева для многих русских людей стало ассоциироваться с возвращением к антирусской политике времен революции и 20-х годов. В крупных городах каждое новое решение правительства вызывало волнение, порой переходящее в панику. Например, уже в конце июня 1953 года прошел ложный слух о предстоящей денежной реформе. Очевидец событий К. Чуковский записывает в своем дневнике за 27 июня: