Читать онлайн «Войны Московской Руси с Великим княжеством Литовским и Речью Посполитой в XIV-XVII вв». Страница 150

Ворвались и в склепы, где хоронили мертвых, трупы выбросили собакам, а которые еще были целы, те поставили по углам, подперши палками и вложили книжки в руки. Три дня гуляли казаки и отправили на тот свет 300 душ: спаслись только те шляхтичи, которые успели скрыться в православных монастырях».

После учиненной бойни ни о каком мире не могло быть и речи. Иеремия Вишневецкий уже в середине мая с 10-тысячным шляхетским войском выступил из Галиции в карательный поход. Двигаясь в землях вдоль правого берега Днепра, он вырезал целые деревни и городки, Жители которых поддерживали казаков.

Для борьбы с неистовым князем из Чигирина отправилось войско Хмельницкого. По пути к нему подходили все новые и новые подкрепления. Затем подоспела орда хана Ислам Гирея, в которой на этот раз помимо татар было 2–3 тысячи турок. Вдобавок, пришел отряд донских казаков.

Объединенная казацко-татарская армия (по разным данным, она насчитывала от 30 до 50 тысяч человек) быстрым маршем двинулась навстречу Вишневецкому и осадила его в крепости Збараж. Но Вишневецкий имел достаточно сил и припасов для обороны каменной «фортеции». Он успешно отбивал один штурм за другим.

В июле 1649 года сам король Ян II Казимир с 25-ты-сячным войском двинулся с Волыни на помощь Вишневецкому. К началу августа он прибыл под Зборов. Узнав об этом, Хмельницкий, оставив пехоту под Збаражем, со своей и татарской конницей отправился к Зборову.

5 августа Хмельницкий и Ислам Гирей внезапно атаковали королевское войско.

Битва не дала ни одной из сторон решительного перевеса, но к ночи королевский лагерь был окружен со всех сторон. Тогда канцлер Оссолинский, видя спасение только в расколе противника, посоветовал переманить властителя Крыма на свою сторону. Ян Казимир послал хану письмо, в котором уверял хана в дружеских чувствах, напоминал о том, что его брат, покойный король Владислав IV некогда отпустил Ислам Гирея из плена без всякого выкупа, а также выражал готовность вручить хану энную сумму — в знак своего расположения. Хан воспринял все это должным образом и, в свою очередь, «повлиял» на Хмельницкого. Последний начал переговоры.

9 августа 1649 года представители сторон подписали договор, вошедший в историю под названием «Зборовского мира». По нему Ислам Гирей должен был получить 200 тысяч злотых сразу, а затем ряд лет ежегодно получать 90 тысяч. Хмельницкий же добился следующих условий:

«1) Число Войска Запорожского будет простираться до 40 000 человек, и составление списков поручается гетману; позволяется вписывать в казаки (людей) как из шляхетских, таки из королевских имений, начавши от Днепра, на правой стороне в Димере, в Горностай-поле, Корыстышове, Паволоче, Погребище, Прилуке, Виннице, Брацлавле, Ямполе, в Могилеве, до Днестра, а на левой стороне Днепра в Остре, Чернигове, Нежине, Ромнах, даже до московского рубежа.

2) Чигирин с округом должен всегда находиться во владении гетмана запорожского.

3) Прощение казакам и шляхте, которая соединилась с казаками.

4) В тех местах, где будут жить реестровые казаки, коронные войска не могут занимать квартир.

5) В тех местах, где будут находиться казацкие полки, жиды не будут терпимы.

6) Об унии, о церквах и имениях их будет сделано постановление на будущем сейме; король позволяет, чтоб киевский митрополит заседал в сенате.

7) Все должности и чины в воеводствах Киевском, Черниговском и Брацлавском король обещает раздавать только тамошней шляхте греческой веры».

На следующий день, 10 августа, Богдан Хмельницкий прибыл к королю и, встав перед ним на одно колено, произнес речь, в которой утверждал, что у него и в мыслях не было поднимать оружие против короля, что казаки восстали только против магнатов, которые угнетали их как рабов. Далее Богдан поцеловал королю руку, а литовский подканцлер прочел ему наставление, чтобы он верностью и радением загладил свое преступление. На следующий день войска начали расходиться по домам. При этом татары, используя открывшиеся возможности, грабили всех подряд и увели в Крым массу пленников.

Именно тогда по Украине стало гулять крылатое выражение, придуманное кем-то из пострадавших от татар: «где мне найти пулю на того Хмеля».

В то время как Польское королевство вело тяжелую борьбу с казаками Хмельницкого, Великое княжество Литовское сохраняло нейтралитет. Однако Хмельницкий летом 1648 года направил на юг Литвы казацкие отряды Гаркуши, Головацкого, Гладкого, Кривошапки, Голоты, Небабы, Хвесько и других «полковников». Им была поставлена задача: поднять на бунт местные «низы» («гультяев», как их презрительно называли тогдашние хроники), чтобы с их помощью присоединить эту территорию к землям Войска Запорожского.

Одновременно гетман посылал сюда универсалы, содержавшие призывы к православным литвинам браться за оружие, громить магнатов, шляхту и евреев «до Гомля и за Днепр аж до Борисова и далей, до Быхова, теж Могилева и далей».

Под влиянием гетманской пропаганды и террора прибывших казаков вскоре здесь развернулась настоящая гражданская война между православными — с одной стороны, католиками, униатами и евреями — с другой.

В течение лета — осени 1648 года казаки вместе с примкнувшими к ним повстанцами захватили Гомель, Лоев, Чечерск, Брагин, Пинск, Бобруйск, Жлобин, Мозырь, Брест, Чериков, Могилев, Туров, Речицу ряд других городов и местечек на юге и юго-западе ВКЛ.

Повсюду они грабили и насиловали, жгли и убивали. Например, в Давыд-Городокской волости Пинского повета разграбили и сожгли имение князя М. С. Четвертинского, забили до смерти схваченного там урядника К. Дзелечинского. В местечке Струги ограбили дом шляхтича Я. Мокрицкого, изнасиловали всех женщин, а самого шляхтича утопили в реке. В имении Семагощи разграбили и сожгли имение шляхтича Янковского. В Бобруйске казаки и повстанцы перебили всю шляхту, утопили в Березине городского старосту. В Пинске казаки убили не только всех шляхтичей, но также католических священников и монахов, ограбили костёлы и монастыри. Так было повсюду.

Спасаясь от грабежей, насилия и убийств, шляхта, зажиточные горожане и духовенство бежали в глубину страны. Путивльский воевода Плещеев докладывал царю:

«А которые де, государь, литовские городы по сю сторону Днепра, и ис тех де, государь, литовских городов из всех паны, и державны, и урядники, и ляхи, и жиды все выбежали з женами и з детьми за Днепр в королевские городы, а остались де в тех литовских городах одни мещане пашенные мужики».

Правда, кое-где казаки и бунтовщики все же получили достойный отпор. Так, в августе казаки и повстанцы осадили Слуцк, перешедший от князей Олельковичей к магнатскому роду Радзивиллов. Город имел мощные укрепления (периметр вала 3840 метров, более сотни пушек и гаковниц) и ополчение (4 хоругви), хорошо вооруженное огнестрельным оружием. Поэтому ничего у казаков не вышло.

Казаки, пришедшие из Рославля, безуспешно осаждали Кричев. Их разбили отряды шляхетского ополчения. В том же году «в Менску (Минске) жолнеры и мещане в осаде от черкас и гультяйства сидели». Полковник Филон Гаркуша в декабре не смог взять хорошо укрепленный и вооруженный город Старый Быхов, лишь понес большие потери при штурме.

Власти Литвы, обеспокоенные вторжением казаков и восстанием черни, созвали шляхетское ополчение, наняли иностранных солдат. Осенью 1648 года общее командование войсками (12–14 тысяч человек), сейм поручил польному гетману, князю Янушу Радзивиллу[230]

Первым городом, который освободил от бандитов посланный князем отряд, стал 9–10 октября Пинск. Засевшие в городе казаки полковника Мартына Небабы и повстанцы отвергли предложение о добровольной сдаче.

Тогда войска ВКЛ при поддержке огня восьми орудий пошли на штурм: 120 драгун Гонсевского, 200 шляхтичей-ополченцев Подлевского и две хоругви солдат Ельского одновременно ворвались в город с трех разных сторон. Бой длился сутки, приходилось драться почти за каждый дом, большая часть зданий сгорела. Часть казаков и повстанцев пыталась бежать по реке на стругах, однако перегруженные суда затонули, люди погибли. Другой отряд с боем прорывался из города, но его загнали в болото и перебили до последнего человека.

Всего было убито, казнено, умерло отран, утонуло в реке более трех тысяч казаков и мятежников.

Вслед за этим отряд шляхты под командованием князя Друцко-Горского освободил Чериков. В декабре Радзивилл освободил Брест. Захваченных в плен казаков и местных бунтовщиков беспощадно казнили, последних — нередко вместе с семьями, чтобы другим не повадно было.