Читать онлайн «Войны Московской Руси с Великим княжеством Литовским и Речью Посполитой в XIV-XVII вв». Страница 116

Она была самой мощной в Московской Руси: стены высотой 10–13 м, шириной в основании до 5–6 м (наверху 2–2,5 м); общая длина стен составляла 6,5 км. Ее фундамент имел ширину до 6,5 м, а глубину свыше 4 м, что сильно усложняло противнику подведение минных подкопов. В стене располагались 38 трехъярусных башен, с въездными воротами в 9 из них. Высота башен достигала 19–21 м, а Фроловской башни у Днепра — 33 м. В трех воротах были железные опускавшиеся решетки.

Снаружи крепостной стены были устроены «слухи» для своевременного обнаружения минных работ противника. Они представляли собой облицованную накатником траншею глубиной более 2 м, шириной около 1,25 м. Из накатника сооружался и потолок, засыпанный землей слоем до 70 см. «Слухи» проходили на удаление 8 метров от башен и стены.

К началу осады Смоленска на вооружении крепостной стены находилось 170 пушек, фальконетов, крепостных пищалей, установленных в амбразурах «подошвенного боя», «среднего боя», «другого среднего боя» и в «верхнем бою» (между зубцами стены). Еще около 130 стволов размещались в башнях.

В крепости были накоплены большие запасы ручного огнестрельного оружия, пороха, ядер и пуль. На государевых складах находилось и продовольствие, которого, однако, оказалось недостаточно. Но у духовенства и купцов было много своих продуктов.

Главным воеводой города с 1608 года был Михаил Борисович Шеин, отличившийся в бою под Добрыничами, вскоре после этого назначенный воеводой передового полка, а затем посланный в Смоленск. Он имел богатый боевой опыт, выделялся упорством и настойчивостью, умел оказывать моральное воздействие на гарнизон и население города.

В первой половине июля Шеин получил сведения о том, что «короля чают под Смоленск к Спасову дни». Сразу же развернулись работы по подготовке крепости к обороне. 18–20 августа Шеин приказал собирать даточных людей «с дворянских и детей боярских поместий и с вотчин и с церковных земель»… «с сохи по 6 человек, с пищальми и с топоры».

Состав гарнизона Смоленска к началу осады виден из следующих данных: посадских людей — 2500 человек; даточных людей (крестьян) — 1500; дворян и детей боярских — 900; стрельцов и пушкарей — 500 человек. Всего 5400 человек.

Весь гарнизон Шеин разделил на осадную (около 1,9 тысяч человек) и вылазную (около 3,5 тысяч человек) группы. Осадная группа состояла из 38 отрядов (по числу башен), примерно по 50 ратников в каждой группе, получивших для обороны башню и прилегающий к ней участок стены. Вылазная группа составила общий резерв, имевший большое значение для обороны столь обширной крепости. Резерв был в 1,8 раза сильнее осадной группы. В ходе обороны Смоленска гарнизон пополнили еще несколько тысяч ополченцев из числа населения города, укрывшихся в нем жителей окрестных сел и деревень.

19 сентября 1609 года к городу подошел Лев Сапега с несколькими хоругвями конницы и ротами пехоты, а через два дня под стенами Смоленска было уже все королевское войско, имевшее всего 30 орудий. Артиллерия осадного войска оказалась в десять раз слабее крепостной.

Гетман Жолкевский и другие высшие начальники осмотрели укрепления Смоленска. Затем на военном совете они обсудили вопрос о способах овладения крепостью. Никто из присутствовавших не смог предложить конкретных мероприятий, которые бы обеспечили успех в короткий срок. Распустив совет, гетман доложил королю, что войско не располагает необходимыми средствами для овладения столь мощной крепостью. Поэтому он посоветовал блокировать город, а с главными силами идти на Москву.

Однако Сигизмунд, отличавшийся упрямством и не любивший советов умных людей, все же решил брать Смоленск.

Командование королевского войска уже через три дня после подхода всех войск предприняло попытку ворваться в крепость ночью, предварительно разрушив петардами (подрывными снарядами) Копытецкие и Авраамиевские ворота. Однако Шеин своевременно предусмотрел возможность такой попытки со стороны врага. По его приказу у каждых ворот крепости с внешней их стороны поставили деревянные срубы, наполненные землей и камнями. Между срубами и крепостной стеной остался лишь небольшой проход к воротам, по которому мог пройти только один человек с лошадью. Срубы прикрыли ворота от огня осадных орудий и лишили противника возможности вести непосредственное наблюдение за обстановкой в воротах.

Для ночного штурма Жолкевский выделил лучшие конные хоругви и пехотные роты. Разрушить ворота петардами взялись немец Вайер и шляхтич Новодворский. Огонь из орудий и мушкетов должен был отвлечь внимание оборонявшихся от намеченных к взрыву ворот. Об успешном выполнении задачи минеры обязаны были подать сигнал звуком труб, для чего им выделили трубачей. Вечером 24 сентября 1609 года осаждавшие построились в боевом порядке, имея главные силы перед Копытецкими и Авраамиевскими воротами. Артиллерия и мушкетеры начали обстрел крепостной стены.

Минеры с трубачами пошли к своим объектам. Но, несмотря на тщательное обеспечение их действий, только Новодворскому удалось пробраться к Авраамиевским воротам узким проходом, низко нагибаясь под дулами орудий, находившихся в подошвенной батарее. Он прикрепил петарды к воротам, и взрыв выломал их. Однако трубачей при шляхтиче не оказалось, и сигнал для штурма не был подан.

Начальники пехоты и конницы, выделенной для штурма, полагали, что петарды не разрушили ворота, так как за взрывом не последовал условленный звук трубы. Тем временем защитники ворот зажгли на башне и на стене факелы. Освещенные люди противника оказались хорошей целью для пушкарей, открывших огонь. Поэтому атакующие, понеся потери, отступили отворот.

На следующий день защитники приступили к улучшению оборонительных сооружений и к усилению охраны. Ворота, не требовавшиеся для сообщения с внешним миром, они завалили камнями и песком. На срубах возле других ворот поставили палисады, за ними расположили сильные караулы.

27 сентября к Смоленску прибыли несколько тысяч запорожских казаков. Но, несмотря на постоянное наращивание сил, осада шла неудачно. Так, среди белого дня шесть смоленских смельчаков на лодке переплыли Днепр и пробрались к королевскому лагерю, схватили королевское знамя и благополучно уплыли с ним в крепость.

12 октября 1609 года саперам удалось взорвать мину у главных крепостных ворот и разрушить их. В ворота ворвались воины, но были отбиты с большими потерями.

После этого Сигизмунд приказал готовиться к большому общему штурму, для чего потребовал развернуть минные работы и начать систематический обстрел крепости с трех позиций: со стороны Спасской горы, из-за Днепра, со стороны речки Чуриловки.

Под руководством двух немецких специалистов минеров осаждавшие вели из Чуриловского рва минные галереи в нескольких направлениях. Выявив направление подкопа, оборонявшиеся развернули контрминные работы. 16 января 1610 года смоленские минеры докопались до галереи противника, установили пищаль, встретили противника огнем, а затем взорвали подкоп. Это был первый подземный бой, но не последний.

27 января произошла под землей новая встреча с врагом. Смоленские минеры теперь установили в галерее полковую пищаль и зарядили ее ядром со «смрадным составом» (селитра, порох, сера, водка и другие вещества). Затем подкоп был взорван.

Осада Смоленска затянулась. Крепость сковала крупные силы и средства противника. В результате длительных бомбардировок большая часть орудий польско-литовского войска вышла из строя. Гетман Жолкевский доложил королю, что для овладения крепостью необходимо иметь много осадных орудий крупного калибра и много пехоты. Ни того, ни другого у Сигизмунда не было. Недоставало и денег для содержания большого войска.

Для переливки износившихся орудийных стволов король приказал выписать из Риги хорошего мастера. Но мастер вскоре погиб. Переделка орудий не состоялась. Зато в Риге оказались готовыми осадные орудия крупного калибра. Сигизмунд приказал их доставить по реке Двине. Первые орудия прибыли к Смоленску лишь 19 мая 1610 года.

После поражения московитов под Клушино (июнь 1610 г.) казалось, что уже ничто не сможет помешать взятию крепости. 11 июля осаждавши возобновили подземные работы. Была заложена параллель, и началось сближение подступами к четырехугольной башне, находившейся слева от Копытинских ворот. Однако осажденные вели контрапрошные работы и взорвали часть подступа. Все же противнику удалось дойти до подошвы башни, но пробить брешь он не сумел, так как основание было сложено из тесаного камня.

Наконец, 18 июля осадные орудия сделали брешь в этой башне, а на рассвете 19 июля наступавшие направили сюда штурмовую колонну ландскнехтов, производя на других участках демонстрации. Защитники Смоленска успешно отразили штурм превосходящих сил противника.