Читать онлайн «Киевской Руси не было. О чём молчат историки». Страница 81

В рамках предложенной концепции лишь густо поросшие лесом север и запад современной Украины могли быть освоены в древности земледельцами. Однако укро-историки получили заказ – доказать, что прародина славян находилась на Украине (разумеется, роль прародителей славян заранее уготована украинцам). Если есть заказ, то древние украинцы будут отысканы!

Роль первоукраинцев была отведена трипольцам – представителям трипольской археологической культуры, датируемой VI–III тыс. до н. э. и распространенной в междуречье Днепра и Дуная. Правда, даже многие украинцы, еще не окончательно сбрендившие, стесняются объявлять трипольцев своими сородичами, но трипольская культура уже однозначно трактуется, как славянская и прочно записана в актив украинской истории. Многие недоумевают: почему укро-ученые столь активно пиарят глиняную посуду каких-то дремучих тысячелетий до нашей эры? А потому, уважаемые, что ничего собственно «украинского» археологи из земли выколупать не могут. Поэтому им ужасно хочется заиметь что-нибудь такое уникальное, чего нет ни у кого другого. Поэтому вокруг Трипольской культуры на Украине раздувается неимоверных размеров мыльный пузырь.

В фильме «Тайны славянской цивилизации» А. Г. Коровин-Пиатровский, кандидат исторических наук (Академия наук Украины) делится сенсационными подробностями: «У нас на Украине есть совершенно уникальный для Европы, и пожалуй, не только для Европы, а для всего мира в целом феномен – трипольские поселения-гиганты. Это поселение Таленги, которое занимает 4,5 квадратных километра. Благодаря археомагнитным разведкам мы определили, что на этом поселении было 2700 жилищ. Ну, раскопано из них, к сожалению, на сегодняшний день только 31».

Археомагнитная разведка заключается в том, что археолог водит над поверхностью земли магнитометром, который фиксирует магнитные аномалии, характер которых надо еще интерпретировать. Вопрос о том, как можно с помощью этого метода подсчитать количество трипольских жилищ – ей Богу, за гранью всякого здравого смысла. Раскопайте сначала хотя бы полторы тысячи жилищ, чтобы строить догадки о том, что под землей скрыто еще столько же. А так это чистейшей воды шулерство. Это все равно что палеонтолог, откопав фалангу мизинца древнего ящера, будет делать выводы о строении его черепа. Чтобы начать реконструировать образ вымершего животного, желательно собрать хотя бы 30 % его костей.

Поселение в 2700 жилищ – это по древним меркам громадный мегаполис в 15–20 тысяч человек. Откуда могли взяться города в первобытную эпоху? Так что не ждите, что укро-археологи раскопают оставшиеся 2669 теленгинских жилищ – трипольский город-гигант всего лишь миф укро-науки.

Типичным трипольским жилищем была глинобитная хижина или землянка, но в том же фильме С. В. Жарникова, кандидат исторических наук продолжает раздувать трипольский пузырь: «В Триполье были срубы, срубы двух-, и даже трехэтажные, что для современной Украины нехарактерно».

Минуточку! Каким это образом трипольцы могли строить трехэтажные срубы, если в основном использовали орудия труда из костей животных, камня и лишь в редких случаях из мягкой меди? Я бы дал Жарниковой каменный топор и попросил с его помощью построить трехэтажный сруб. После этого она, наверное, уже не будет столь уверенно нести ахинею про трипольское многоэтажное строительство без железных инструментов. Наибольшее распространение имели кремневые топоры. Слово «топор» в современном понимании к этому орудию относимо весьма условно. Оно больше похоже на зубило, привязанное к палке. Медные топоры были не многим более эффективны, но мне даже не встретились описания подобных трипольских находок, упоминаются лишь медные украшения, рыболовные крючки, иглы и в редких случаях ножи. К тому же медь добывали только в Закарпатье. Так что либо укро-историки врут про срубы, либо они принадлежат уже к эпохе железного века и к Триполью никаким боком не относятся.

Петр Толочко в интервью газете «Донецкий кряж» дает такое резюме трипольской истерии: «В настоящее время происходит мифологизация истории. То есть, по сути, это попытка поставить прошлое на службу сегодняшнему дню. Мол, в прошлом мы были великие, развитые и так далее. Как будто это дает нам определенные гарантии того, что и сейчас мы такие же великие и развитые. Поэтому украинца – в его современной этнокультурной ипостаси! – пытаются отыскать в глубокой древности. Взять, к примеру, ту же Трипольскую культуру. Вокруг нее просто помешательство какое-то происходит. Ею занимаются все кому не лень. Всем кажется, что это легко и просто. Вот бывший депутат Иван Заец. Он возглавил фонд «Триполье», хотя сам по образованию экономист и мало что понимает в археологии. Но он говорит: «Я прочитал тридцать работ по Триполью и определенно знаю, что это древние украинцы». Пришлось возражать: «Иван Александрович, счастливый вы человек. Люди по 30–40 работ по Триполью написали и до сих пор точно не знают, кем были трипольцы».

Мне представляется, что подобное возникает от определенного комплекса неполноценности. Нам постоянно хочется заявить о себе, и в результате мы выбираем путь мифологизации древности. Ведь во времена существования Триполья на Украине было не меньше десяти других археологических культур, но на них почему-то никто не обращает внимания.

Вот такая определилась тенденция. Не могу сказать, что она закрепилась в академических кругах, но в вузовских кругах получила определенное развитие. А в околонаучных кругах взгляд на прошлое вообще весьма избирательный. Смотрим мы в прошлые эпохи, определяем, что в них лучшее, и объявляем это украинским, а создателей его – украинцами. Это же не только Триполье, но и скифская культура. И если Трипольская хотя бы располагалась в лесостепной зоне современной Украины и ее хотя бы по географическому признаку можно связать с нашей державой, то скифы – это кочевники, которые перемещались по огромным пространствам и к Украине никакого отношения не имеют.»[104]

А имеет ли вообще Трипольская культура к Украине какое-либо отношение, кроме географического? Вообще-то нет. Даже название у нее спекулятивное. Имя ей дал первооткрыватель Викентий Хвойка, откопавший под селом Триполье недалеко от Киева керамику с характерным рисунком. Чех Хвойка не был ни археологом, ни историком, зато, как выпускник коммерческого училища, сделал археологию бизнесом. Копал много, активно и упорно. Найденные черепки продавал Императорскому музею. Как всякий коммерсант, он знал, что товар надо продвигать на рынке, а для успешного продвижения своих находок он все без разбора объявлял славянским. В эпоху господства в верхах панславистских идей славянские черепки продавались гораздо лучше, чем керамика не определенной этнической принадлежности.

Когда феерические восторги по поводу обнародования Хвойкой на XI археологическом съезде в Киеве отчета о трипольских находках поутихли, выяснилось, что предприимчивый чех открыл то, что уже давным-давно известно археологам, и относится к культуре галицкой расписной керамики. Но Галиция тогда находилась в составе Австро-Венгрии, и потому точно такие же глиняные горшки, разбросанные по громадной территории Галиции и Закарпатья никаких сенсаций не вызывали. В советские времена было принято решение считать культуру галицкой расписной керамики трипольской, пусть даже Триполье и было раскопано значительно позже. Но дальше возникли непреодолимые трудности. Оказалось, что в Молдавии, Румынии и Венгрии известна Кукутенская археологическая культура, которая имеет те же признаки, что и Трипольская. Более того, центр распространения Кукутенской культуры находился именно в Румынии, а по Днепру проходила лишь северо-восточная граница распространения этой культуры.

Что касается антропологического типа трипольцев, то принято относить его к средиземноморскому. В любом случае населяли трипольцы-земледельцы лесостепную зону, а на смену им пришли, как считается, представители Ямной культуры кочевников. Жизнь славян была связана именно с лесом и земледелием, степным кочеванием они не занимались[105]. Поэтому ни малейшей связи между представителями Кукутенской культуры и славянами, появившимися только через тысячелетия по версии официальной хронологии, нет и быть не может. А уж называть кукутенцев-трипольцев украинцами можно безнаказанно только в том случае, если психиатр выдал вам справку, что вы невменяемый.

Итак, славяне благодаря железному топору широко расселились по североевропейским равнинам, проникли на Балканы и даже, возможно, Апеннины (этруски). Почему же не сложилось единого славянского государства? Его и не могло возникнуть. В этом не было ни необходимости, ни возможности. Даже если предположить, что славянские племена произошли от одного корня, расселившись на громадных пространствах, они стали жить собственным укладом, и идеи панславизма не посещали их головы. Нас, собственно, интересует вопрос о том, когда же на исторической сцене появляется народ, который можно назвать русским, когда и где он создает государственность?