Читать онлайн «Греция и Рим, энциклопедия военной истории». Страница 43

Замечательно декорированный трехдисковый панцирь из гробницы в Ксур-эс-Сад, Тунис. Сейчас находится в музее Бардо. Тунис. Он, несомненно, был изготовлен южноиталийскими мастерами. Очень похожий экземпляр имеется в Неаполе.

В Неаполе находятся сейчас два более поздних экземпляра, восходящие, вероятно, ко времени самнитских войн. На первый взгляд они кажутся «анатомическими» панцирями, но на деле слишком малы для этого и требуют дополнительных наплечных и боковых пластин. До наших дней дошло много самнитских шлемов. Их легко узнать благодаря держателям для перьев. Обычно они представляют собой видоизмененный греческий халкидский шлем с прикрепленными на петлях нащечниками, но без защитной пластинки для носа. В дальнейшем этот тип будет фигурировать под названием самнитско-аттический. Его переняли у греков побережья, а затем он начал медленно проникать в глубь страны, однако большая часть находок все же приходится на прибрежные районы. На сцене появляется еще один тип шлема. В течение IV в. до н.э. по всей Италии стал постепенно входить в употребление монтефортинский тип кельтского шлема, несколько экземпляров которого обнаружили в центральном горном районе. Прекрасный экземпляр такого шлема с зубчатыми нащечниками и железным держателем для перьев с пятью трубками находится сейчас в Лувре. Нащечник, один из нескольких, что нашли в Бовиане, в самом центре Самния, по виду идентичен панцирям с тремя дисками. На кельтских шлемах монтефортинского типа нащечники того же типа, за исключением петель — на кельтских всегда имеется только одна металлическая петля на каждой стороне, которая образует соединение, а на данном экземпляре — соединение из пяти петель. Это означает,

что произошел он, вероятно, от аттических шлемов. Два выступа А —А, что выходят из сторон панциря для того, чтобы закрепить на них застежки боковых пластин, появляются и на нащечниках, но никакой практической функции не несут. Из этого следует вывод, что сначала появились панцири, а не наоборот. Вывод этот очень важен, так как всегда считалось, что такой тип нащечников — кельтского происхождения. Важно отметить, что эти выступающие фрагменты «трехдисковых» нащечников были первым элементом, от которого кельты отказались. Все поножи, которые можно разглядеть на уцелевших рисунках, относятся к классическому греческому типу и были скорее всего заимствованы у греков с побережья. Как и шлемы, они медленно просачивались в глубь страны, где факт их применения подтверждается луврской бронзовой статуэткой самнитского воина. На экземплярах, обнаруженных в Лукании и Апулии, сохранились колечки, к которым привязывались ремешки, фиксировавшие поножи на ноге. Римляне позднее пользовались этим же способом. В Лукании было обнаружено несколько полных комплектов доспехов. Один из них сейчас находится в лондонском Тауэре. Он состоит из шлема с крылышками, квадратных нагрудной и наспинной пластин, поножей и пояса. Это старая находка, и сейчас невозможно сказать о ней ничего, кроме того, что она из Лукании. Поножи, которые можно отнести к позднеархаическому типу, хотя сделали их, конечно, гораздо позже, имеют сзади завязки. Шлем — аттического типа, с крылышками из тонкой листовой бронзы, держателями для перьев в виде свернувшихся змей и поднятым основанием для гребня. Он очень похож на тот шлем, что носит всадник из Капуи, изображенный на рис. Датировать такой доспех можно первой половиной IV в. Второй доспех, состоящий из крылатого шлема, «трехдискового» панциря и пояса, нашли недавно в Пестуме. Как и на предыдущем экземпляре, у шлема есть крылышки из тонкой листовой бронзы и трубочки-держатели для перьев, размещенные за ними. Как шлем, так и панцирь несут на себе отпечаток общего упадка и, возможно, датируются временем римского завоевания, т.е. ок. 273 г. до н.э. Апулийцы находились под значительно большим влиянием греков, нежели их родичи на западном побережье Италии. Замечательный доспех, который нашли в Конверсано, близ Бари, состоит из пары позднеклассических греческих поножей, греческого анатомического панциря, украшенного крылышками шлема и, конечно, самнитского пояса. Волнообразный узор по бокам панциря, который часто встречался у самнитов, сочетался с гребенкой в виде волн на шлеме, которая служила основой для гребня. Такой шлем был промежуточным вариантом между самнитско-аттическим и фракийским типами. Как и на остальных шлемах, крылышки на нем сделаны из листовой бронзы и имеют закрепленные позади держатели для перьев. Датировать этот доспех можно концом IV — началом III в. до н.э. В Апулии были популярны и другие греческие стили. Там находят конические шлемы IV в., изображения которых часто присутствуют и в местной вазовой живописи. Похоже, что именно в этих местах появился в VI в. до. н.э. так называемый итало-коринфский шлем. В этой местности, кроме греческого и самнитского, ощущалось и сильное кельтское влияние. Когда бы ни вторгались кельты в центральную Италию, а в IV в. они проделывали это регулярно, заканчивалось вторжение обычно на пшеничных полях Апулии. Возможно, что некоторые из них даже поселились там. Известно несколько шлемов смешанного типа с этой территории, а в могиле середины III в. до н.э., раскопанной в Канозе, нашли одновременно и анатомический панцирь, и кельтский шлем. Итак, в заключение можно сказать, что южноиталийский горец IV в. до н.э. являл собой легковооруженного метателя дротиков или копейщика с легким ростовым щитом, близким скутуму. Вероятно, шлемы и широкие пояса были у всех воинов, в то время как металлические панцири и поножи имелись лишь у наиболее состоятельных классов. Бесполезно пытаться выделить какие-нибудь сведения об организации или тактике самнитов из беспорядочного нагромождения противоречивой информации, которую дают Ливии и Дионисий. Ливии называет подразделения самнитской армии легионами, в то время как Дионисий именует их боевой строй фалангой, что никак не проясняет ситуацию. Скорее всего ни тот ни другой не имели реальной информации о том, как назывались части армии самнитов, а потому воспользовались привычной терминологией. Вооружение самнитов говорит о том, что сражались они скорее всего свободным строем, а их способность обойти римлян в бою или обогнать на марше подтверждает, что они были значительно легче вооружены и менее плотно построены, чем легионы или греческая фаланга. Может показаться удивительным тот факт, что самниты, выходцы из горного края, были лучшими в Италии всадниками. Равнины Кампании взрастили мощную конницу, которая в конце III — начале II вв. до н.э. формировала костяк конных соединений римлян. Эти всадники изображены на нескольких кампанских и северолуканских росписях. Еще одно замечательное изображение существовало в Капуе, но, к сожалению, оно пострадало в ходе Второй мировой войны. Лошадь на этом рисунке снабжена наглавником, украшенным перьями. На другом рисунке, из Пестума, на коня надета какая-то разновидность нагрудника. В Неаполитанском музее есть обе разновидности защитных доспехов для лошади. Всадники на изображениях вооружены точно так же, как и пешие воины, — на некоторых даже есть поножи в виде защитных браслетов на лодыжках. Это достаточно примечательная черта, учитывая, что у нас нет никакой информации о том, чтобы всадники или пехотинцы носили какие-либо защитные браслеты на руках.

Кельты расселились почти по всей Западной Европе из южной Германии. К началу V в. до н.э. они жили на территории современной Австрии, Швейцарии, Бельгии, Люксембурга, в отдельных частях Франции, Испании и Британии. В течение следующего столетия они перешли через Альпы и вторглись в северную Италию. Первым племенем, которое прибыло в долину реки По, были инсубры. Они поселились в районе Ломбардии, сделав своей столицей Милан. За ними последовали племена бойев, лингонов, кеноманов и другие, которые завоевали большую часть долины р. По и в конечном счете вытеснили этрусков обратно за Апеннины. Последним из прибывших племен были сеноны, которые спустились к Адриатике и обосновались в прибрежной зоне к северу от Анконы. Это было то самое племя, что разграбило Рим в начале N в. Название «кельты», которым мы пользуемся сегодня, пришло из греческого языка — «kel-toi», однако римляне именовали народ, пришедший из долины По и Франции, галлами (Galli). В течение IV в. кельты начали продвигаться на Балканы, а в начале III в. не преминули воспользоваться отсутствием в то время сильной власти в Македонии и Фракии. Опустошив обе страны, они вторглись в Малую Азию и наконец осели в Галатии. Эти последние племена обычно называют галатами. В течение IV в. галлы постоянно совершали опустошительные набеги на земли центральной Италии. Этрускам, латинам и самнитам обычно удавалось их оттеснить, и они стекались в Апулию, где, возможно, основали постоянные поселения. Ни с одной другой народностью не обращались римляне так, как с кельтами. Они систематически устраивали их массовые избиения в северной Италии, Испании и Франции. Отвоевывание у кельтов долины По, которое произошло после войны с Ганнибалом, сопровождалось такой жестокостью, что в середине II в. до н.э. Полибий мог сказать, что кельты остались лишь «в немногих местах за Альпами». Большая часть наших сведений о кельтах исходит, к сожалению, от их врагов — греков и римлян. Диодор, сицилийский историк, живо описывает разноцветную одежду воинов, длинные усы и волосы, которые кельты мочили в известке для того, чтобы они стояли торчком, подобно конской гриве. Поначалу римляне дико боялись кельтов, казавшихся великанами по сравнению с ними. Однако с течением времени, узнав слабые места кельтов и научившись пользоваться ими, римляне стали относиться с презрением к буйным варварам. Этот подход очень точно отражается в рассказе Ливия о кельтских войнах. Однако, сколь бы ни велико было это презрение, при наличии хорошего полководца кельты были прекрасными воинами. Именно они составляли половину армии Ганнибала, которая в течение 15 лет