Читать онлайн «Народная история США: с 1492 года до наших дней». Страница 175

В 1976 г. по мере приближения президентских выборов истеблишмент выразил беспокойство по поводу веры общественности в систему. Уильям Саймон, занимавший пост министра финансов в администрациях Никсона и Форда (а до этого — банкир, работавший в сфере инвестиций и получавший свыше 2 млн долл. в год), выступил осенью 1976 г. перед собранием Совета по бизнесу в городе Хот-Спрингс (Виргиния). Он заявил, что «в мире такая значительная часть [стран] склоняется в сторону социализма или тоталитаризма», что срочно необходимо сделать американскую систему бизнеса более понятной, поскольку «частное предпринимательство проигрывает из-за невыполнения своих обязательств — во многих наших школах, в значительной части средств массовой информации, в общественном сознании». Речь Саймона была весьма показательна для образа мыслей предпринимательской элиты США:

Вьетнам, «Уотергейт», студенческие волнения, меняющиеся моральные установки, худший в течение жизни поколения экономический спад, целый ряд других резких культурных шоков — все это соединилось, создав новый климат сомнений и колебаний… Все это составляет в сумме общую тревогу, кризис институционального доверия всего общества…

У. Саймон сказал, что американцев слишком часто «учили не доверять самому слову "выгода" и мотивам ее достижения, которые делают наше процветание возможным, учили чувствовать, что каким-то образом эта система, которая больше любой иной сделала для облегчения людских страданий и лишений, почему-то является циничной, эгоистичной и аморальной». Оратор заявил, что мы должны «убедительно донести до других человеческую сторону капитализма».

В то время как Соединенные Штаты в 1976 г. готовились отпраздновать 200-летие принятия Декларации независимости, группа интеллектуалов и политических деятелей из Японии, США и стран Западной Европы, входивших в состав так называемой «Трехсторонней комиссии», выпустила доклад под названием «Управляемость демократиями». Профессор политологии Гарвардского университета Сэмюэл Хантингтон, долгое время консультировавший Белый дом по вопросам, связанным с войной во Вьетнаме, написал часть доклада, относившуюся к США. Он назвал данный раздел «Демократическая смута» и так определил проблему, о которой хотел высказаться: «В 60-х годах в Америке мы стали свидетелями волнующего подъема демократического рвения». Как писал Хантингтон, в эти годы наметился огромный рост участия граждан в общественной жизни «в форме маршей, демонстраций, протестных движений, организаций, "добивавшихся отдельных целей"». Также был «отмечен существенно более высокий уровень самосознания среди части чернокожих, индейцев, чиканос, белых этнических групп, студентов и женщин — все они мобилизовывались и самоорганизовывались новыми способами…». «Значительно расширилось профсоюзное движение среди "белых воротничков"», и все это вместе давало «подтверждение стремления к равноправию как к цели в социальной, экономической и политической жизни».

С. Хантингтон отметил признаки снижения авторитета правительства: в 60-х годах требования равноправия трансформировали федеральный бюджет. В 1960 г. расходы на внешнеполитическую деятельность составляли 53,7 % бюджета, а расходы на социальную сферу — 22,3 %. К 1974 г. на внешнюю политику было выделено 33 % ассигнований, а на социальные нужды — 31 %. Похоже, это отражало изменения настройний в обществе: в 1960 г. только 18 % населения считали, что правительство слишком много тратит на оборону, а в 1969 г. эта цифра подскочила до 52 %.

Хантингтон был обеспокоен тем, что увидел:

Сутью демократического подъема в 60-х годах был всеобщий вызов существующим системам власти — как государственной, так и частной. В той или иной форме этот вызов отразился на семье, образовании, бизнесе, государственных и общественных организациях, политике, бюрократии, воинской службе. Люди уже не чувствовали, что должны подчиняться тем, кого раньше считали выше себя по возрасту, рангу, статусу, опыту, характеру или талантам.

Все это, по его словам, «привело к проблемам управляемости демократиями в 70-х годах…».

В этой связи было чрезвычайно важно снижение доверия к президенту:

В той степени, в какой кто-либо руководил Соединенными Штатами в течение десятилетий после Второй мировой войны, в стране правил президент, действующий при поддержке и сотрудничестве со стороны ключевых фигур и групп внутри исполнительной власти, федеральной бюрократии, Конгресса и наиболее крупных компаний, банков, юридических фирм, фондов и средств массовой информации, которые представляют собой «истеблишмент» частного сектора.

Возможно, это было самым откровенным заявлением, когда-либо прозвучавшим со стороны советника истеблишмента.

Далее С. Хантингтон писал, что президенту для победы на выборах необходима поддержка широкой коалиции. Однако «на следующий день после избрания численность поддерживающего его большинства становится почти, если не полностью несущественной в плане способности президента управлять страной. Что тогда имеет значение, так это его способность мобилизовать поддержку со стороны руководителей ключевых институтов общества и правительства… Эта коалиция должна включать лидеров Конгресса, исполнительной ветви власти и "истеблишмент" частного сектора». Политолог привел примеры:

Трумэн брал себе за правило привлекать к работе в администрации значительное число беспартийных военных, банкиров-республиканцев и юристов с Уолл-стрита. Он обратился к существующим в стране источникам власти, чтобы получить поддержку, необходимую ему для управления государством. Эйзенхауэр отчасти унаследовал эту коалицию, а отчасти сам являлся ее детищем… Кеннеди попытался воссоздать в чем-то похожую структуру альянсов.

Беспокоила Хантингтона и утрата президентской администрацией своего авторитета. Так, оппозиция войне во Вьетнаме привела к отмене призыва в вооруженные силы. «Однако необходимо задаться вопросам: в случае возникновения новой угрозы безопасности в будущем (а таковая когда-то неизбежно возникнет) будет ли у правительства достаточно веса, чтобы управлять соответствующими ресурсами и приносить жертвы, необходимые в качестве ответных мер на такую угрозу?»

Политолог предвидел также возможность окончания четвертьвекового периода, в течение которого «Соединенные Штаты обладали гегемонией власти в системе мирового порядка». Его вывод заключался в том, что был выработан некий «избыток демократии», и он предлагал ввести «желательные пределы распространения демократии в политике».

Все это С. Хантингтон писал в докладе организации, которая была очень важна для будущего Соединенных Штатов. Трехсторонную комиссию создали в начале 1973 г. Дэвид Рокфеллер и Збигнев Бжезинский. Первый занимал высокий пост в «Чейз Манхэттен бэнк» и был влиятельной финансовой фигурой в США и на международном уровне; профессор Колумбийского университета Бжезинский специализировался на изучении международных отношений и выступал в качестве консультанта государственного департамента. Роберт Маннинг писал в журнале «Фар Истерн экономик ревью» 25 марта 1977 г.:

Инициатива создания Комиссии полностью исходила от Рокфеллера. По словам исполнительного секретаря Комиссии Джорджа Франклина, Рокфеллер «начал беспокоиться по поводу ухудшающихся отношений между Соединенными Штатами, Европой и Японией». Франклин пояснил, что Рокфеллер начал делиться мыслями с другой группой элиты: «… на встрече представительной англо-американской "Бильдербергской группы", существовавшей в течение продолжительного периода, Майк Блюменталь сказал, что считает очень серьезным положение в мире, и не может ли какая-нибудь группа частных лиц сделать что-то большее в связи с этим?.

После чего Дэвид вновь высказал свое предложение…» Тогда близкий друг Рокфеллера Бжезинский организовал оплаченный первым бал и создал Комиссию.

Представляется возможным, что «очень серьезное положение», упомянутое как причина создания Трехсторонней комиссии, заключалось в необходимости большего единства между Японией, странами Западной Европы и США перед лицом угрозы распространенному на трех континентах капитализму гораздо более сложной, чем представлял собой монолитный коммунизм, а именно угрозы со стороны революционных движений в странах Третьего мира. Эти движения имели самостоятельные направления.

Трехсторонняя комиссия также хотела разобраться в другой ситуации. Еще в 1967 г., бывший заместитель госсекретаря по экономическим вопросам в администрации Кеннеди Джордж Болл, который занимал также пост директора крупного инвестиционного банка «Леман бразерс», сообщил членам Международной торговой палаты следующее: