Читать онлайн «Войны Московской Руси с Великим княжеством Литовским и Речью Посполитой в XIV-XVII вв». Страница 30

Василий вернулся в Москву в сопровождении татарских чиновников и большого военного отряда. Деваться ему было некуда, пришлось ввести ряд налогов специально для того, чтобы собрать деньги на уплату долга. В результате среди населения возникло сильное недовольство денежными поборами и засильем татар.

Шемяка поспешил воспользоваться сложившейся ситуацией. Он вступил в сговор с князьями Иваном Андреевичем Можайским и Борисом Александровичем Тверским, а также с некоторыми московскими боярами и крупными купцами. Когда Василий уехал в начале февраля 1446 года на богомолье в Троице-Сергиев монастырь, Шемяка и его сторонники в ночь с 11 на 12 февраля заняли Москву. В туже ночь Дмитрий послал князя Ивана Можайского захватить великого князя, что и было исполнено.

Шемяка приказал ослепить Василия II, в отместку за брата, и сослать вместе с женой и детьми в Углич. Его мать Софью Витов-товну сослали в Чухлому. Братжены Василия, князь ВасилийЯрос-лавович Серпуховской убежал в Литву вместе с князем Семеном Оболенским. Часть бояр Василия бежала в Тверь, другая часть присягнула на верность Шемяке.

Став великим князем, Дмитрий Шемяка проводил политику восстановления прежних порядков. В частности, он подтвердил независимость Новгорода. В Суздальско-Нижегородское княжество были возвращены местные князья. И все же на стороне Василия, несмотря на ослепление (за что он получил прозвище «Темный») и заточение, осталось много народа. Видя это, Шемяка дал ему в удел Вологду, взяв клятвенную запись с отказом от великого княжения. Но, как только Василий прибыл в Вологду, к нему со всех сторон опять стали стекаться сторонники — бояре и «слуги вольные» со своими дружинами. Затем Трифон, игумен Кирилло-Белозерского монастыря, освободил его от клятвы Шемяке и прямо потребовал выступления против узурпатора.

Уже через два месяца, в начале 1447 года, с немалым войском Василий отправился из Вологоды в Тверь. Там князь Борис Александрович обещал ему помощь при том условии, что Василий женит своего 7-летнего сына Ивана (будущего великого князя Ивана III) на его дочери Марии. Обручение состоялось немедленно.

Между тем, Шемяка стремительно терял поддержку среди москвичей. В этом были повинны его помощники, всячески обирав-

шие жителей города и окрестностей. А когда те обращались к князю с жалобами, они не могли добиться справедливости. Именно тогда появилось выражение «Шемякин суд», обозначавшее неправедное судебное разбирательство.

Дмитрий Шемяка и Иван Можайский вышли из Москвы к Волоку Дамскому, чтобы там дать бой объединенному войску Василия II и Бориса Тверского. Но вместо того, чтобы вести активные действия, они долго стояли на одном месте. Воспользовавшись этим, боярин Михаил Плещеев в конце лета 1447 года отправился в поход из Твери, обошел заслон и вступил в Москву, не встретив ни малейшего сопротивления. Он заставил жителей города принести присягу («целовать крест») великому князю Василию Васильевичу. Вскоре торжественно въехал в столицу и сам Василий.

После такого «облома» Шемяка вернулся в Галич. В 1448 году войско великого князя двинулось на Галич, но поход обошелся без кровопролития. Шемяка предложил мир Василию II, на что тот согласился. Дмитрий Шемяка и его союзник, князь Иван Можайский, дали клятвенные записи (так называемые «проклятые грамоты») в верности великому князю. Увы! Шемяка снова не угомонился. В следующем году он попытался взять Кострому, но безуспешно. После этого Василий 11 решил окончательно разделаться с давним врагом. Зимой 1450 года в сражении под Галичем Дмитрий Шемяка потерпел поражение. Город был взят, сам же Шемяка бежал в Новгород Великий.

Засев в Новгороде Великом, боярство которого справедливо считало Москву своим врагом, а потому поддерживало Шемяку он стал совершать набеги на отдаленные северные районы Московского княжества (Вологду, Устюг, Хлынов и другие). Тогда Василий II передал дело о престолонаследии на рассмотрение духовенства. Высшие церковные иерархи, во главе с митрополитом Ионой, направили Шемяке послание, в котором укорили его в нарушении нового порядка передачи власти и призвали образумиться. Это не помогло. Вместе с давними союзниками — «лихими» жителями Вятки и племенами вогулов (манси), он в 1452—1453 годах совершил еще несколько походов в московские земли, но каждый раз терпел поражение.

Наконец, 17 июля 1453 года в Новгороде его отравил собственный повар, дав ему яд «в курятине». Повара подкупил агент Василия И, дьяк с весьма характерным прозвищем «Беда».*

* Спустя 150 лет (в 1603 г.) новгородский митрополит Исидор объявил Шемяку святым. Он принял во внимание тот факт, что Москва в конце концов погубила Новгород, дважды (в 1477 и 1570 гг.) подвергнув его полному разграблению. Отсюда канонизация Шемяки как «заступника» Новгорода от московитов. Его мощи почитаются до сих пор.

Летом следующего 1454 года Василий Васильевич «Тёмный» пошел с войском на Можайск, «за неисправление» князя Ивана Андреевича, союзника Шемяки. Тот, не оказав сопротивления, убежал с семьей в Литву. Великий князь Казимир IV дал ему в удел города Гомель, Любеч, Стародуб и Чернигов.

Так завершилась эта усобица, длившаяся более 30 лет, с 1432 по 1454 годы.

В этой книге, посвященной войнам и усобицам феодальной эпохи, постоянно возникает религиозный мотив. Пресловутые национал-патриоты обычно трактуют его таким образом, будто бы «латиняне» (т.е. католики) с давних пор всеми правдами и неправдами стремились подчинить себе «православных», более того — вообще уничтожить православную церковь! Поскольку вопрос намеренно запутан, ограничусь тем, что приведу выписки из исследования А.М. Буровского.

«В XV веке православный мир стал особенно нуждаться в поддержке католиков: православная Византия под ударами мусульман сокращалась, как шагреневая кожа. Западные страны, страны католического мира давно научились успешно воевать с миром ислама. Пусть в конечном счете оказались потеряны все завоевания, сделанные во время крестовых походов. Сами эти походы принципиально изменили расклад сил...

Перед лицом все более реальной опасности завоевания турками остатков когда-то славной и могучей Византии православные патриархи Константинополя, Антиохии и Александрии обратились к Папе Римскому с предложением о церковной унии. Расчетбыл на то, что тогда весь христианский мир поможет Византии против турок. Особенно, если Папа провозгласит еще один крестовый поход...

Папа Римский благосклонно отнесся к предложению православных патриархов. Вселенский собор, посвященный проблеме объединения церквей, должен был произойти во Флоренции, в 1439 году..

И вот тут-то... Нет, даже не русская православная церковь, а скорее Московское государство во всей красе заявило о своем неприятии унии.

Великий князь московский Василий II Темный самым настоятельным образом «не советовал» митрополиту Исидору (греку по происхождению) ехать на Собор и даже прямо предупреждал: Московия не примет унии! Мятежный Исидор поехал. 5 июля 1439 года папская курия и константинопольская патриархия подписали акт о принятии православной церковью католических догматов и о верхоглавенстве Папы Римского во всем христианс-

ком мире. При этом православные обрядв1 и богослужение полноствю сохранял и св.

Исидор вернулся в Московию в 1441 году с твердым намерением проводитв в жизнь решения флорентийского Вселенского собора. Как видно, он-то действовал вполне б духе византийской традиции и считал себя совершенно вправе решатв церковные проблемы без аппеляциик светской власти. Возможно, бедняге Исидору и б голову не приходило, что светская властв может сама начатв решатв. какие догматы верв1 устраивают ее болвше, какие обряды правилвнее и допустимо ли объединение церквей.

Василий II «Темный», (нарисунке — еше зрячий)

Василий же Темный действовал в традициях вовсе не византийского, а своего, московитекого общества. Митрополит Исидор был по его приказу арестован, как «латинский злой прелестник», и заключен в Чудов монастырь. Только после многих злокл ючений И сидору удалось бежать в Рим...

А 15 декабря I44S года Собор русского православного духовенства по прямому предложению Всилия II Темного избрал митрополитом епископа рязанского и муромского Иону: разумеется, без санкции константинопольского патриарха...

После кончины митрополита Ионы и поставлении преемника митрополита Феодосия, но еще при жизни Василия II (примерно в 1461 14(>2 г.)

неизвестный автор написал «Слово избрано от святых писаний еже пала-тыню и сказание о составление осмаго сбора латыньского»... I! этом... сочинении греческое православие объявлялось покрытым «мраком тьмы», и ему противопоставлялось «правильное православие», русское. Василий II же объявлялся новым Владимиром и вместе с тем и новым Константином.