Читать онлайн «Крестовые походы: в 2 т. Т. 1.». Страница 98

Салах ад-Дин ясно понимал угрозу, исходившую от Hyp ад-Дина. Он посчитал, что было бы неплохо, на случай поражения, завоевать какую-нибудь страну, чтобы обеспечить себе убежище. К тому же нужно было платить армии, которую Салах ад-Дин ни в коем случае не хотел распускать. Нубия не годилась в качестве убежища из-за своей бедности. Салах ад-Дин послал своего племянника Таки ад-Дина, и тот завоевал провинцию в Северной Африке с городом Триполи (современная Ливия) вплоть до Ифрикии (современный Тунис), которой недавно овладели Альмохады. Далее, в феврале 1174 г., Салах ад-Дин послал своего брата Тураншаха на завоевание Йемена. В течение короткого времени тот завоевал эту провинцию. Возможно, Салах ад-Дин боялся честолюбия Тураншаха, возможно, тот сам хотел создать себе собственное государство. Йемен был подходящим убежищем в случае поражения. Таким образом, господство над этими провинциями, достигнутое при Фатимидах, было восстановлено, и в пятничной молитве в них стали произносить имя аббасидского халифа.

Тем временем в Египте был раскрыт новый заговор против Салах ад-Дина. Заговорщики хотели восстановить династию Фатимидов и были связаны с франками, готовившими новый удар по Дамьетте с использованием сицилийского флота короля Вильгельма II. Известие о заговоре принесли Салах ад-Дину шпионы, посланные в королевство. Участвовавшие в заговоре Фатимиды были убиты, а заговорщики — распяты. Нападение франков на Египет не состоялось, так как флот задержался, а король в связи с новыми обстоятельствами напал на Банияс.

Новым союзником франков стали ассасины. В 1169 г. их новый глава Рашид ад-Дин Синан из Басры, которого франки звали Старец Горы, перевел свою штаб-квартиру из Аламута в Иране в горы Носайри, к северо-востоку от Тортосы. Шииты-ассасины ненавидели суннитов и не могли простить Hyp ад-Дину и Салах ад-Дину свержение Фатимидов. Hyp ад-Дин остерегался применять против ассасинов решительные меры, так как однажды нашел на своей подушке их кинжал.

В 1172 г. Синан отправил посланцев к королю Амори и предложил ему союз против Hyp ад-Дина, намекнув, что ассасины могут перейти в христианство. Взамен он потребовал, чтобы король отменил дань, которую ассасинские деревни платили тамплиерам в Тортосе. Вряд ли Амори поверил обещанию Синана перейти в христианство, но предложение союза принял с радостью и даже объявил, что из своей казны компенсирует ордену убытки. Когда посланцы возвращались к шейху с посланием короля и подарками, на них с ведома и согласия магистра Одо де Сент-Амана напал тамплиер Гарнье дю Мениль и всех их перерезал. Честь короля была замарана, король принес извинения Старцу Горы и потребовал у магистра выдачи виновного. Одо де Сент-Аман отказался и предложил отправить виновного для вынесения приговора к папе, юрисдикции которого одного подчинялся орден. Рассвирепевший Амори с войсками осадил Сидон, где находились магистр, капитул и виновный, и добился выдачи последнего, которого приказал казнить. Король пообещал магистру вообще разогнать его орден, которому, помимо нападения на послов, не мог простить неучастия в египетских походах, однако смерть помешала ему довести дело до конца. Ассасины приняли извинения короля.

Напряженные отношения тамплиеров и госпитальеров, завидовавших друг другу, закончились открытым разрывом. Однако магистры обоих орденов, Одо де Сент-Аман и Роже де Мулен, быстро поняли опасность подобного положения и пришли к соглашению, по которому разногласия между орденами прежде всего должны были быть рассмотрены рыцарями орденов, по три с каждой стороны, выбранными командорами (руководителями Домов), и если к согласию прийти не удалось — магистрами. «И если какой-нибудь брат — от чего сохрани Бог — нарушит это соглашение и этот мир, знайте, что он нарушит приказы ордена и капитула [общего собрания] и сможет принести повинную, только явившись перед магистром и капитулом в Иерусалиме». В 1179 г. папа Александр III ратифицировал этот договор.

Летом 1173 г. Hyp ад-Дин получил от багдадского халифа документ, в котором подтверждалось владение им, кроме Сирии и Египта, северной Месопотамией, Малой Арменией и южной Анатолией, что указывало на агрессивные устремления не только в отношении Малой Армении, но и против Кылыч Арслана Иконийского.

Весной 1174 г. Hyp ад-Дин с армией перешел из Алеппо в Дамаск, готовясь к нападению на Египет. Однако дни Hyp ад-Дина были сочтены. 15 мая 1174 г. он умер от нарывов в горле.

Hyp ад-Дин был человеком высокого роста, темнокожим, с плохо растущими усами и бородой, с редкой улыбкой и печальными глазами. Он вел простую жизнь и использовал свои огромные доходы на благотворительные цели. После своей болезни в течение последних 19 лет жизни он стал менее энергичным и все более предавался религиозным занятиям. Он был заботливым и чутким администратором, много способствуя хозяйственному развитию Сирии после столетия господства сельджуков-кочевников. Его самым большим достижением было религиозно-политическое обновление ислама, пропаганда идеи джихада против франков и освобождения Иерусалима. Он велел прославлять себя в стихах и прозе как борца за мусульман в джихаде против франков. По его приказу в Алеппо был изготовлен минбар (кафедра) для установки в мечети аль-Акса в Иерусалиме.

Со смертью Hyp ад-Дина его государство распалось на куски. Наследником Hyp ад-Дина стал его 11-летний сын Малик ас-Салих Исмаил, бывший при нем в Дамаске. Эмир Ибн аль-Мукаддам при поддержке матери мальчика провозгласил себя регентом, эмиры Дамаска принесли ребенку клятву верности. Евнух Гюмюштекин, наместник Алеппо, столицы Hyp ад-Дина, объявил регентом себя. Племянник Hyp ад-Дина Саиф ад-Дин провозгласил независимость Мосула и захватил Насибин и Джазиру. Салах ад-Дин признал главенство мальчика ас-Салиха Исмаила, сообщил, что в Египте в пятничных молитвах произносят его имя, прислал в Дамаск египетские динары с его именем и объявил, что, как наместник самой богатой провинции государства, он сам должен стать регентом. Однако в этот момент у него не было сил для осуществления этой претензии.

Через год после смерти Hyp ад-Дина армянский князь-ренегат Млех был свергнут и убит своим племянником Рубеном III, немедленно заключившим союз с франками.

Развал государства Hyp ад-Дина был на руку королю Амори. В июне 1174 г. он двинулся на Банияс. Ибн аль-Мукаддам выступил с армией против него из Дамаска, однако немедленно предложил королю большой выкуп, освобождение пленных христиан и военный союз против Салах ад-Дина. Заболевший дизентерией Амори согласился. Салах ад-Дин не преминул высказать свое возмущение предательской политикой Дамаска: «Я получил известие о том, что между франками и Дамаском был заключен мир, но другие мусульманские земли не присоединяются к этому договору и выступают решительно против него. Для всех франки остаются общими врагами. Деньги из казны Дамаска, предназначенные для ведения джихада, были растрачены в результате этого преступного шага, который должен навлечь на себя кару Аллаха. Кроме этого, по особым условиям договора франкам вернули грозных рыцарей Тиверии, заключенных в темницах Дамаска» (Имад ад-Дин).

Заключив договор, Амори в конном паланкине возвратился в Иерусалим. Лечившим его греческим и сирийским врачам король дал указание пустить ему кровь и дать слабительное. Врачи отказались это делать ввиду слабости короля. Собственный врач короля — франк, не колеблясь, выполнил королевское указание, и через два дня, 11 июля 1174 г., Амори умер в возрасте 38 лет.

Это был энергичный и предприимчивый король. Он наделал ошибок, поспешив начать египетский поход 1168 г. и промедлив в походе 1169 г., он предпочитал войне получение денежных даров, что в конце концов нанесло ущерб его государству. Однако он был последним королем Иерусалима, правившим сильной рукой, и если бы он правил дольше, возможно, не случилось бы катастрофы 1187 г.

Смерть Амори спасла Египет от совместного вторжения франков и сицилийцев. Распри франкских баронов после смерти короля Амори не позволили им организовать поход на Египет. Высланный королем Вильгельмом II Сицилийским под командой его двоюродного брата графа Танкреда де Лечче флот из 284 кораблей с войсками и припасами 25 июля 1174 г. появился перед Александрией. Заранее извещенный о прибытии флота шпионами из королевства, Салах ад-Дин значительно укрепил гарнизон. Не сумев застать город врасплох, не найдя под Александрией франкской армии и узнав к тому же, что к городу приблизился Салах ад-Дин с армией, сицилийцы после нескольких дней ожесточенных боев вынуждены были вернуться на корабли, и 1 августа сицилийский флот отправился домой.

В письме к несовершеннолетнему сыну Амори Бодуэну IV, поздравляя его со вступлением на престол, Салах ад-Дин среди прочего пишет, что он «должен знать, чем являемся мы для него, чем мы были для его отца: чистая дружба, полная доверенность и расположение, сплетение которых крепко как в жизни, так и в смерти». Однако в письме к племяннику Фарукшаху, написанном аль-Кади аль-Фадилом, сообщая о смерти Амори, Салах ад-Дин призывает на умершего вечное проклятие. Подобное лицемерие, конечно, не к лицу Благочестию Веры, но вполне объяснимо: с одной стороны, нужно было попытаться сохранить франков как возможных союзников против Зенгидов, с другой — приходилось постоянно опасаться их вторжения в Египет. Можно сказать, что политика Салах ад-Дина в 1173–1174 гг. ничем не отличалась от политики визиря Шавара. Смерть Амори позволила Салах ад-Дину обратиться к сирийским делам.