Читать онлайн «Всемирная история: в 6 томах. Том 5: Мир в XIX веке». Страница 188

Потребности мирового рынка были стимулирующим фактором для развития сельскохозяйственного производства. В аграрной сфере османской экономики чаще стал применяться наемный труд, использоваться различные новшества, ориентированные на товарное производство аграрной продукции. Этому должен был способствовать новый земельный закон, принятый в 1858 г. Однако он распространялся лишь на государственные земли. В отношении земель с иной формой собственности продолжали действовать шариатские правила. Эти земли нельзя было продавать, отдавать под залог, менять без разрешения чиновников характер использования земли. Поэтому закон не создавал у сельского населения уверенности в завтрашнем дне, в прочности их владельческих прав.

Наиболее заметны были перемены в сфере административного управления, вызывавшие острую реакцию в обществе. Так, борьба реформаторов и их противников развернулась вокруг принятия нового гражданского кодекса, который в итоге сохранил многие нормы мусульманского права. Соответственно и закон о вилайетах пришлось вводить постепенно. Испытательным полем для него послужил Дунайский вилайет, в который входила большая часть болгарских земель. Управлял им известный впоследствии реформатор Мидхат-паша. Он был одним из разработчиков этого закона, по которому во всех административных единицах должны были действовать совещательные советы. В них, кроме чиновников, входили выборные представители как мусульманского, так и немусульманского населения. Местной администрации предписывалось не вмешиваться в работу судебных органов. Подобная перестройка административных порядков, по замыслу Мидхат-паши, должна была предотвратить распространение идей национального освобождения в среде болгарского населения.

Тот же замысел лежал в основе усилий танзиматских реформаторов по регулированию межнациональных и межрелигиозных отношений. Был разработан новый статус немусульманских миллетов. Руководство всеми светскими делами в миллете возлагалось на гражданские советы. Допускалось выделение из среды трех старых миллетов новых образований, в которые могли объединяться представители иных религиозных течений (католиков, лютеран, протестантов).

Наиболее заметное влияние танзиматские реформы оказали на сферу просвещения и культуры. В 1869 г. был принят «Органический закон о всеобщем образовании», который подвел итоги успехам правительства в деле народного просвещения и вводил новую структуру образовательных учреждений в империи. Создавались начальные и средние школы, где обучались бесплатно не только мальчики, но и девочки. С 1867 г. в них стали принимать и немусульман. Увеличивалось число специальных учебных заведений: школ гражданских чиновников, канцеляристов, переводчиков, женских и мужских педагогических и ремесленных училищ. В 1868 г. по инициативе нового султана Абдул-Азиза (1861–1876) был учрежден Галатасарайский лицей, созданный по французскому образцу. В него принимались люди разных вероисповеданий, что должно было способствовать «слиянию мусульман и немусульман в единый народ, верноподданный султану». В столице начали функционировать различные научные и литературные сообщества. С особым интересом в обществе было встречено появление газеты «Терджуман-и ахваль» (Толкователь событий), свидетельствовавшее о рождении частной периодической печати. Росло число изданий художественной литературы, а также туркоязычных и переводных книг по османской и всеобщей истории, шло становление профессионального театра.

Во второй половине XIX в. увеличилась европейски образованная прослойка османского общества. Возросло число врачей, юристов, служащих разных компаний, писателей и переводчиков, чиновников и офицеров. Многие офицеры, чиновники и лица свободных профессий были выходцами из бюрократической среды и, получив образование во вновь созданных военных и специальных гражданских учебных заведениях, глубоко прониклись просветительскими и западными идеями.

В 1865 г. авторитетный писатель Намык Кемаль, публицисты Зия-бей, Али Суави и некоторые другие выступили инициаторами создания тайного союза, получившего название «Общество новых османов». Оно быстро обрело многих сторонников среди молодых офицеров, чиновников, журналистов. В своих статьях в газете «Тасфир-и эфкяр» (Выразитель идей) они пропагандировали идею «османизма» — единства всех подданных, имеющих общую родину — Османскую империю. Введенное ими понятие ватан (родина) фактически ставило верность ей выше прежнего представления о безоговорочной преданности султану-халифу. Тем самым оправдывалась и цель их деятельности — борьба за введение в Османской империи конституционного строя. «Новые османы» признавали, что танзиматские реформы способствовали ограничению произвола властей и сохранению целостности Османской империи. Однако деспотический режим, который стремился вновь утвердить Абдул-Азиз, по их мнению, не позволял обществу в полной мере усвоить плоды просвещения и устоять перед западным закабалением. По султанскому приказу Кемаль и его соратники были отправлены в ссылку, но конституционные идеи продолжали волновать османское общество.

Все эти новые процессы разворачивались в 60-70-е годы на фоне усиливавшегося финансового кризиса, в который втягивалась империя. За двадцать лет Порта заключила уже 15 внешних займов на общую сумму в 5 млрд франков. По подсчетам турецких ученых, лишь шестая часть займов была использована производительно — на строительство первых железных дорог, промышленных предприятий. Все остальное пошло на покрытие бюджетного дефицита и дворцовые траты. Расплачиваясь с долгами, правительство было вынуждено отдать в руки кредиторов такие статьи доходов, как ежегодная дань с Египта, поступления с сирийской, измирской и стамбульской таможен, налоговые сборы с ряда провинций. В 1873 г. сильная засуха, а потом очень суровая зима повлекли за собой страшный голод и эпидемии, вызвав запустение в ряде районов империи и падение налоговых поступлений в казну. Поэтому в 1876 г. Порта официально объявила о своем банкротстве.

С 1856 г. в Османской империи действовал первый банк — Оттоманский банк с английским и французским капиталом. В обязанности банка входило обслуживание всех операций, связанных с поступлениями в государственную казну. Хотя банк получил право осуществлять контроль за государственными и финансовыми ресурсами, он не сумел предотвратить банкротство.

Неурожай и вымогательства откупщиков государственных налогов вызвали в 1875 г. массовые восстания в Герцеговине, а затем в Боснии, Сербии и Черногории. В апреле 1876 г. восстала Болгария. Османская армия, иррегулярные части (башибузуки) и недавние переселенцы с Кавказа — черкесы, поселенные османскими властями в балканском регионе и выполнявшие там полицейские функции, устроили жестокую расправу над местным населением.

События на Балканах стали толчком для нового обострения Восточного вопроса. С начала 1876 г. западные державы предъявили Порте ряд меморандумов, требуя прекратить карательные экспедиции и провести необходимые в этих районах реформы. Эти требования были восприняты в османском обществе как попытки отторгнуть балканские провинции. По Стамбулу прошли бурные демонстрации учащихся религиозных училищ, поддержанные городской беднотой. «Новые османы» в своем воззвании обвиняли султана как в восстаниях на Балканах, так и в финансовом банкротстве державы. В этих условиях 30 мая 1876 г. произошел государственный переворот: Абдул-Азиз был низложен, а затем вскоре и отравлен.

Мидхат-паша, ставший лидером конституционалистов, рассчитывал, что на престол взойдет старший сын Абдул-Азиза Мурад V. Однако вскоре выяснилось, что новый султан из-за нервного расстройства не может выполнять свои обязанности. 31 августа он был низложен, а султаном был объявлен его младший брат — Абдул-Хамид II (1876–1909). Перед коронацией он обещал Мидхат-паше провозгласить конституцию, но, вступив на престол, не спешил с выполнением своего обещания. В конечном итоге его окружение все же решило поторопиться с введением в стране конституции, поскольку в Стамбуле должна была начаться конференция шести европейских держав (Великобритании, Австро-Венгрии, Германии, Италии, России и Франции) по урегулированию балканского конфликта. Предлагавшийся для обсуждения проект предусматривал автономию Боснии, Герцеговины и Болгарии, на что не хотело соглашаться османское правительство. В момент открытия конференции был провозглашен указ султана, вводивший в стране конституционное правление, а представители Порты заявили, что в новых «демократических» условиях вмешательство держав в дела османского государства неуместно. Однако попытка султана решить проблемы с Европой введением конституции не увенчалась успехом. Впрочем, и конференция не пришла к общему решению. Ее закрытие Абдул-Хамид ознаменовал высылкой из страны одного из авторов текста конституции Мидхат-паши.