Читать онлайн «Всемирная история. Том 2. Бронзовый век». Страница 83

Появление любой новой формы костюма, особенно женского, имеет глубокие корни. История крито-микенской культуры до настоящего времени вся построена на предположениях, настолько много таинственного и непонятного в ее резких контрастах. Давайте же пристальнее вглядимся в силуэты жриц, изображенных на знаменитой росписи саркофага из Агии-Триады.

На первой из жриц одежда состоит из лифа и юбки. На двух других — платье с узким лифом, заметно расширенное книзу. Отличия костюма первой женщины указывают на то, что ее ритуальные функции иные, чем у тех, кто сопровождает ее. Костюм этот ритуальный, в нем сохранилась древнейшая и очень важная деталь — юбка из шкур животных. Рисунок поверхности юбки, закругления на боках указывают на то, что она сшита мехом наружу. Меховая юбка укреплена на талии поясом. Лиф ее имеет другую фактуру и отделан по вырезу, как и рукава по низу цветной полоской.

Платья прислужниц сделаны из ткани и отделаны бейками разных цветов. На голове второй женщины жесткая, расширенная книзу повязка.

Довольно интересным для современного человека является также изображение принца в короне с перьями — раскрашенный рельеф из Кносского дворца. На юноше набедренная повязка из светлой ткани, спереди темный клапан, возможно, из кожи, прикрепленный к широкому массивному поясу. Левая нога обнажена. Сзади спускается некоторое подобие хвоста из светлого и темного материала. Головной убор окружен золотым венцом, составленным из обруча и стилизованных цветов или бантов. На верхушке такой же, но большего размера бант декорирует основание пучка перьев — главного и отличительного украшения головного убора, условно называемого короной.

Фаянсовая статуэтка богини со змеями из того же Кносского дворца чем-то неуловимо напоминает модели современных парижских кутюрье. Узкий, плотно облегающий фигуру лиф с короткими рукавами зашнурован спереди под обнаженной грудью. Колоколообразная юбка покрыта семью оборками. Они составлены из чередующихся кусков то гладкой ткани, то заложенной в складку. Поверх юбки надет небольшой передник, спереди и сзади одинаковой овальной формы, слегка покрывающий бедра. По краям он обшит двумя рядами выпуклого жгута. Его передняя часть украшена ромбовидной сеткой. Этот передник является частью древнейшего ритуального костюма, поэтому он и перенесен на статуэтку богини. Закрытый головной убор богини спереди украшен розетками, а сверху увенчан статуэтками какого-то животного.

На Крите на пять столетий раньше, чем в других областях Эгеиды, возникло общественное расслоение и государство. Во II тысячелетии материальная и духовная культура Крита оказывала влияние на жизнь племен материковой Греции, содействовала более быстрому их развитию. Далее достижения критской культуры были переняты и развиты ахейцами.

В период с XXX по XII вв. до н. э. на Балканах наблюдается значительный подъем экономики, сопровождавшийся сдвигами в общественном строе. Это явилось следствием создания ряда самобытных земледельческих культур, характеризующихся широким и разносторонним употреблением бронзовых орудий. Наиболее интенсивные процессы происходили в социальной жизни племен Эллады, где имела место смена установлений первобытнообщинного строя институтами раннеклассового общества. Многоотраслевое хозяйство жителей греческих земель развивалось в сложных естественных условиях.

Суровый климат высокогорных областей резко контрастировал с мягкими природными условиями долин средней и южной Греции и многих островов. Гористый рельеф всей страны допускал обработку лишь ограниченного массива земель.

Около трехтысячного года в производственной жизни страны произошло важное качественное изменение — металлургия, обработка камня и, несколько позднее, гончарное дело вышли из рамок домашних занятий и превратились в отрасли специализированного ремесла, что означало усиление производственного обособления среди членов каждой общины.

Естественно, что прогресс технологии металлургии, обусловленный изобретением бронзы, оказал важное воздействие на все хозяйство страны. В XXX–XXVII вв. бронзовые орудия вошли во всеобщее употребление, что определило повышение производительности труда в земледелии, ремеслах и промыслах. Теперь более ясно сказалась разница в материальных ресурсах материковых земель и островов, отсюда усилилась неравномерность их исторического развития.

В III тысячелетии заметные достижения характеризовали материальную культуру населения Какладских островов. Традиционные морские промыслы и меновая торговля у этих племен получила теперь особое развитие благодаря быстрому подъему судостроения и мореходного дела. Это нашло отражение в произведениях искусства кикладян. Уже в 2800–2400 гг. обитатели островов строили многовесельные корабли с высоким носом. Их вытянутые, имевшие иногда до семнадцати рядов гребцов, суда могли развивать быстрый ход. Бесспорно, постройка и управление столь крупным судном предполагали основательные знания многих правил навигации. Для населения гористых островов, обладавших скудными полевыми угодьями, усиленное развитие морского дела было издавна жизненно необходимо. В обмен на свое минеральное сырье (например, обсидиан и мрамор) они привозили с материка и крупнейших островов недостававшее им продовольствие. Интенсивность натурального обмена возрастала по мере роста населения и развития ремесел.

Уже в XXVI–XXII вв. кикладяне создали весьма яркое специализированное художественное ремесло, изготавливая из мрамора характерные статуэтки и сосуды. Изделия кикладских ремесленников в большом количестве встречаются не только в прибрежных землях материковой Греции, но и на отдаленных островах, например, на Крите, Самосе и Лемносе. Кикладяне продолжали давние связи с чужеземными племенами совсем близкой Троады, с Малой Азией, с обитателями северо-западных областей Балканского полуострова и более далеких земель Подунавья.

Находки кикладских изделий свидетельствуют о том, что к XXII веку мореходы из Эгейского моря плавали и в Адриатическое море, а к 2000-му году их суда достигали Болеарских островов и восточной Испании.

Интенсивное развитие производительных сил, заметное к XXX–XX вв. показывает, что этому прогрессу еще не мешало традиционное племенное устройство, хотя наблюдается рост имущественной дифференциации внутриродовых сообществ. Возникавшая разница в положении отдельных групп внутри племени еще не влияла серьезно на общественный строй. Вместе с тем в обществе возникали явления, которые неизбежно должны были подорвать устои первобытнообщинного строя.

Это четко заметно на островах, жители которых в силу ограниченности аграрного фонда все более расширяли ремесла и мореходство. В 2800–2200 гг. там возникли крупные племенные центры, имевшие характер протогородских поселений. Таков на Лемносе городок Полиохни, окруженный массивными стенами.

На Лесбосе жители Ферми также возвели крепостные стены. С XXVI века обитателями Сироса и Наксона были сооружены еще более мощные укрепления. Стены и ворота имели многие массивные башни, а перед главной крепостной стеной тянулась вспомогательная стена, на которой осажденные встречали первый натиск нападавшего врага.

Характерно, что на Кикладских островах внутри укрепления находились только однотипные жилища. Это говорит о наличии племенной демократии, еще не допускавшей особого выделения домов вождя и рода владык. Правда, в погребениях членов одного и того же рода теперь у кикладян заметно растущее имущественное различие. Экономическую дифференциацию внутри родоплеменных сообществ усиливали военные столкновения.

История населения ранней Греции отличается от истории многих европейских племен тем, что в III тысячелетии значительная часть вооруженных конфликтов происходила прежде всего в приморских землях. Это придало особый оттенок социальному развитию, так как с морем была связана значительная часть населения. У этих племен развивающаяся из родового строя военная демократия приобрела специфический характер, поскольку их военный промысел был тесно связан с мореходством.

Развитие ремесел и заморского обмена, рост специализации и профессиональных различий работников неизбежно вели к подрыву имущественного равенства внутри родовых общин, накоплению личного и семейного имущества. А военно-морской промысел доставлял все новые возможности для индивидуального присвоения. В первую очередь обогащались удачливые предводители военно-морских экспедиций и их дружинники. Появление такого рода зажиточного слоя засвидетельствовало развитием ювелирного ремесла, широко распространившегося в приморских землях Эллады во второй половине III тысячелетия.