Читать онлайн «Новая история стран Европы и Америки XVI–XIX века. Часть 2». Страница 97

В сельском хозяйстве Нидерландов также происходили значительные изменения. Во Фландрии и Брабанте на смену цензиве постепенно приходит краткосрочная феодальная аренда. Постепенно распространяется и капиталистическая арена. В среде крестьянства, по большей части свободного, происходило расслоение. Все более динамичное развитие товарно-денежных отношений привело к тому, что увеличивалась масса малоземельных и безземельных крестьян. Более того, лишенные основного средства производства – земли, крестьяне превращались в наемных работников мануфактур, батраков, поденщиков, что значительно меняло социальную структуру нидерландского общества в середине XVI в.

Постепенно менялась и роль дворянства в экономическом развитии страны. Разбогатевшие фермеры и богатые горожане все больше вытесняли представителей аристократии из хозяйственной и политической жизни. Обедневшие дворяне вынуждены были продавать свои земли. Наиболее предприимчивые из них пытались вести хозяйство по новому, по буржуазному образцу, но не все преуспели на этом поприще. Лишь немногие представители дворянства, располагая значительными средствами, заводили на своих землях крупные молочно-животноводческие хозяйства предпринимательского типа.

В целом, утверждение капиталистического уклада привело к подъему сельского хозяйства в Нидерландах. Здесь существовала передовая для своего времени агротехника, в том числе система многопольных севооборотов, происходила товаризация всего сельскохозяйственного производства. В Голландии и Зеландии проводились работы по осушению болот, а с помощью плотин и дамб у моря были отвоеваны тысячи гектаров земли, получившие название польдеры. Эти земли также использовались для нужд сельского хозяйства. В частности, на этих плодородных землях, представлявшие собой замечательные луга, откармливались тысячи быков из Дании, которые потом с выгодой продавались на европейских рынках.

Таким образом, на протяжении XVI в. в недрах феодального общества в Нидерландах сложились буржуазные отношения. Общий объем годового производства в Нидерландах в середине века оценивался суммой около 100 млн гульденов. Примерно половину из них давало сельское хозяйство, половину – торгово-промышленная деятельность. Но ускорение экономического развития вело к усилению региональных диспропорций. Центральные, северные и южные группы провинций развивались крайне неравномерно, что впоследствии и привело к выбору различных путей социально-экономического и политического развития. Мануфактуры Фландрии и Брабанта ориентировались на ввозимое из Испании сырье, и были связаны с традиционно подчиненными испанцами рынками. В этих провинциях крестьянство было все также опутано различными феодальными повинностями, а дворянство сохраняло свое привилегированное положение и политический вес. Городская и сельская верхушка, скупившая земли продолжали обрабатывать землю посредством принуждения крестьян, основываясь на феодальных методах. Кроме того, единый внутренний рынок, в отличие от севера еще не сложился, например, только на речном пути по Маасу от Намюра до устья реки существовало более трех десятков застав, которые взимали пошлину за провоз товаров. На севере даже отсталые сельскохозяйственные провинции были втянуты в товарно-денежные отношения. Дворянство владело сравнительно незначительной частью земли, крестьяне, свободные в своем подавляющем большинстве, владели собственной землей на правах собственности. Наличие мощного торгового флота и ориентация на европейский рынок и Англию в качестве поставщика сырья делали северные провинции независимыми от Испании. Таким образом, на территории Нидерландов образовались два полюса во главе с Антверпеном и Амстердамом, которые так или иначе стали соперниками и имели различную внешнеполитическую ориентацию.

Новый король Испании и Нидерландов, Филипп II, вступивший на престол в 1556 г., проявлял полное равнодушие к экономическим и политическим нуждам страны. Эта страна стала оплотом феодально-католической реакции в Европе. Новые капиталистические отношения в экономической и социальной жизни Испании были практически уничтожены, и Испания вместе с Португалией свой торговый экономический баланс обеспечивали нещадной, жесточайшей даже по тем, весьма немилосердным временам, эксплуатацией Нового света и других колониальных территорий.

Внешнюю и внутреннюю политику Филиппа II определяли его противостояние с Францией, Турцией и с немецкими протестантскими князьями. Богатые Нидерланды в основном использовались королем как источник материальных средств для ведения бесконечных войн. Подобная политика совершенно истощила казну королевства, и в 1557 г. Филипп II был вынужден объявить государственное банкротство, что было большим ударом для Нидерландов. Во-первых, это принесло огромные убытки финансистам, снабжавшим средствами испанского короля, а во-вторых, в целях «латания дыр» в государственном бюджете, Испания повысила пошлины на многие вывозимые из королевства товары, например на шерсть. Это привело к тому, что вывоз шерсти в Нидерланды сократился сразу с 40 тыс. до 25 тыс. кип в год. Это привело к закрытию многих мануфактур и к пауперизации еще вчера занятого в столь выгодном производстве населения. Более того, проводя агрессивную внешнюю политику по отношению к Англии, Филипп II нанес мощный удар по англо-нидерландским торговым связям, а в этой области также работало огромное число людей. Нидерландские купцы были отстранены от торговли с колониями, потому что этот вид деятельности Испания объявила своей монополией.

Филипп II и его сводная сестра Маргарита Пармская, поставленная им наместницей в нидерландских владениях, считали себя оплотом истинной католической веры в Европе и мире. Население Нидерландов с обилием последователей Лютера и Кальвина Филипп II попросту презирал. Для укрепления позиции церкви в Нидерландах было резко увеличено количество католических епископов, что вызвало недовольство даже местного духовенства – иноземцы стали занимать монастыри и кафедры, исстари принадлежавшие выходцам из местного монашества, а церковные доходы пошли на содержание пришлого епископата. При этом каждому епископу придавались инквизиторы для борьбы с еретиками. Они должны были неуклонно и жестко выполнять «плакаты», т. е. указы власти против еретиков, введенные еще Карлом V, но претворявшимся в жизнь с очень большой осторожностью.

В противоречие с новыми реалиями в Нидерландах вошло и государственное строительство Филиппа II. Будучи абсолютным монархом в Испании и в своих итальянских владениях, Филипп II пытался эту практику распространить и на Нидерланды. С этой целью страна была наводнена испанскими войсками, постой которых тяжело лег на население. Практически государственная власть была сосредоточена в руках узкого состава государственного совета, во главе которого был поставлен Антуан Гранвелла, уроженца Франш-Конте, что в Бургундии, который вскоре стал кардиналом. Между тем, назначение на данный пост иноземца противоречило нидерландским законам. Таким образом, и этот важный элемент политики Филипп II совершенно не желал учитывать.

Проводимая Филиппом II политика затронула интересы всех слоев населения Нидерландов, в особенности его наиболее активной части. Вызревавший в обществе общественный протест приобретал помимо социально-экономической составляющей, черты национально-освободительной борьбы.

Под влиянием событий 1550 гг. в Нидерландах начались волнения среди городского населения и крестьянства, которые порой выливались в вооруженное противостояние с властями. Широко распространились кальвинизм и лютеранство, как идейная основа отпора официальной католической церкви. В городах и местечках, а также в сельской местности, особенно на севере страны и во Фландрии и Брабанте на юге, происходили столкновения между народом и стражей. В оппозиционную борьбу постепенно стало втягиваться нидерландское дворянство. Ядро дворянской оппозиции сформировалось вокруг трех членов государственного совета. Это были принц Вильгельм Оранский, граф Горн и адмирал Эгмонт. Именно они стали выразителями интересов и дворянства и всего общества на начальном этапе освободительного движения. Требования оппозиции сводились к необходимости восстановления исконных вольностей страны, выводу испанских войск, отставки Гранвеллы, отмены политики плакатов против инаковерующих.

В ноябре 1565 г. в дворянской среде сложился союз, подписавший документ, получивший название «Компромисс». В этом документе дворяне выступили против испанского гнета и католической инквизиции. В этом же документе подтверждалась верность королю, а в специальном обращении, которое стало официальной программой оппозиции, поданной наместнице Филиппа II Маргарите Пармской, говорилось об опасности выступления недовольных положением народных низов.