Читать онлайн «1941. Пропущенный удар. Почему Красную Армию застали врасплох?». Страница 71

223-й гаубичный артиллерийский полк, размещавшийся в лесопарке Румлево, в 4.15 попал под бомбежку и понес первые потери. Заняв оборону западнее Гродно у реки Лoсосянка, он поддержал своим огнем части дивизии, ведущие бои. Во второй половине дня полк подвергся мощному налету авиации и понес большие потери в личном составе, материальной части и лошадях. Вечером был получен приказ командира дивизии — отойти на рубеж реки Свислочь и занять там оборону. Сдав позиции частям подошедшей ночью 204-й моторизованной дивизии, гаубичный артполк обошел Гродно с юга и двинулся к Свислочи.

Таким образом, части 85-й стрелковой дивизии в течение первой половины дня вели бой на рубеже 8-12 км от госграницы, но сдержать натиск превосходящего по силам противника не смогли и были вынуждены начать отход на юго-восток. Положение дивизии усугубило и то обстоятельство, что некоторые ее стрелковые батальоны находились на строительстве укреплений в районе Сопоцкина, саперный батальон — в районе Белостока.

Запаздывала занять оборону и 204-я моторизованная дивизия (командир — полковник А.М. Пиров). Ее части, поднятые в 5 часов утра по тревоге в Волковыске (на удалении 100 км от района боевых действий), начали выдвижение в район Гродно, подвергаясь воздействию авиации противника. Первый эшелон мотострелковых полков перебрасывался автомашинами, остальные подразделения следовали комбинированным маршем. Около 2000 человек, не имевших вооружения, были оставлены на месте постоянной дислокации.

К 14 часам в район сосредоточения прибыл один мотострелковый батальон и штаб дивизии. Остальные части подошли только к исходу дня, заняв оборону юго-западнее Гродно на рубеже Солы, Новики, река Лососна: 700-й мотострелковый полк с батареей орудий и приданными 20 танками 126-го танкового полка развернулся фронтом на северо-запад; 706-й мотострелковый окопался западнее железной дороги Гродно-Белосток.

Не смогли оказать действенной поддержки войскам 3-й армии и корпусные артиллерийские полки. 444-й кап (командир — подполковник Кривицкий), занимавший огневые позиции юго-восточнее Сопоцкина, вступил в бой с первых минут войны. Имея небольшой запас боеприпасов, полк не смог оказать действенную поддержку своим войскам и вскоре снялся с боевых позиций и отошел под Гродно, но уже вечером по приказу штаба армии оказался за рекой Лососна.

152-й корпусной артиллерийский полк (командир — подполковник Цыганков), поддерживавший огнем наши части у местечка Сониче, быстро израсходовал имевшийся у него небольшой запас боеприпасов и в 10 часов начал отход по лидскому шоссе на Скидель[328].

7-я противотанковая артиллерийская бригада, поставленная по приказу командарма на огневые позиции в районе Липска еще накануне наступления немцев, сразу приняла бой, оказывая помощь стрелковым частям в удержании населенного пункта. Но уже к полудню закончились снаряды, а организовать их подвоз из-за отсутствия связи с вышестоящими штабами не удалось. 23 июня бригада начала трудный отход на Волковыск, неся большие потери в личном составе и материальной части от непрерывного воздействия авиации противника и недостатка автотранспорта и тягачей.

124-й гаубичный артиллерийский полк РГК в июне 1941 года находился в летнем лагере недалеко от границы, где участвовал в оборудовании огневых позиций. Его дивизионы имели с собой незначительное количество боеприпасов. После начала боевых действий часть понесла значительные потери от артиллерийского и авиационного воздействия противника. Не получая указаний из армии, полк начал отход к Гродно.

Да, управление ведущими бой соединениями и частями ожидало желать лучшего со стороны корпусных и армейских Штабов. Из-за сильных бомбардировок Гродно штаб 3-й армии был вынужден перейти в местечко Лунна, а в 19 часов — в Мосты (50 км от границы), еще более оторвавшись от своих войск и ухудшив возможность управления ими. Не имея устойчивой связи с соединениями, ведущими бои, генерал Кузнецов не смог полностью разобраться в сложившейся обстановке и принять грамотное решение на ведение боевых действий. А ведь силы для обороны еще были. По приказу генерала Павлова в состав армии был включен 21-й стрелковый корпус, передовые части которого уже прибыли в район Лиды[329]. Но установить с ними связь армейскому штабу так и не удалось.

К исходу дня возникла угроза полного охвата правого фланга 3-й армии и прорыва немецких войск к переправам через Неман у Лунна и Мостов. Две пехотные дивизии VIII армейского корпуса форсировали Неман в районе деревень Шабаны, Градичи, Гожа и вели наступление на Озерки и Гродно с севера. В центре обороны 3-й армии германские части на августовском направлении продвинулись до 30 км.

Тяжелое положение к этому времени сложилось и в полосе соседней 11-й армии Северо-Западного фронта. Под сильным натиском мотомеханизированных войск 3-й танковой группы ее фронт обороны был прорван, немецкие танки устремились к переправам на Немане.

В связи с отходом соединений 11-й армии на северо-восток, а частей 3-й армии — на юго-восток между смежными фронтами образовалась не прикрытая войсками брешь шириной свыше 100 км. В этот всерасширяющийся промежуток сразу вклинились мотомеханизированные колонны врага, начав быстрое продвижение в направлении Вильнюса и Лиды. Во второй половине дня танковые части LVII моторизованного корпуса овладели Меркине, Алитусом и к исходу дня вошли в Варена, Эйшишкес, Радунь, глубоко охватив правый фланг 3-й армии.

Не имея связи со штабом фронта, генерал Кузнецов принял решение в ночь на 23 июня оставить Гродно и отвести войска армии на рубеж рек Котра и Свислочь, создав устойчивую оборону восточнее и южнее города[330]. Командиру 85-й стрелковой дивизии была поставлена задача в 00 ч. 30 мин. взорвать мосты и склады горючего и боеприпасов, находящиеся в Гродно.

Это решение командарма преследовало цель сохранить свои войска, отведя их за водный рубеж и прикрыв направление на Мосты и Слоним. Вскоре было подготовлено распоряжение, которое по средствам связи и делегатами было отправлено в соединения. Ночью войска армии начали оставлять Гродно, следуя на указанные им рубежи обороны.

Тяжелая обстановка сложилась и на левом фланге округа — в полосе обороны 4-й армии. Ее соединения и части, несмотря на все имевшиеся данные о возможности нападения противника, не были своевременно подняты и приведены в боевую готовность. Эти мероприятия уже проходили под непрерывной бомбежкой и артобстрелом, части несли большие потери в живой силе и технике.

В 4.30 командир 10-й смешанной авиационной дивизии доложил генералу Коробкову: «Сейчас мне звонили из Пружан, из штаба танковой дивизии. Там на наш аэродром налетело свыше 60 немецких бомбардировщиков. Много наших самолетов уничтожено. Уцелевшие перекатываются на руках в перелески и кустарники за черту аэродрома. Я приказал поднять в воздух кобринский полк, направляю его в Пружаны»[331].

А в это время вражеские бомбардировщики атаковали и кобринский аэродром, расположение штабов армии и 14-го механизированного корпуса. С малых высот немецкие бомбардировщики буквально засыпали здания и казармы бомбами. За первой волной самолетов последовала вторая, за ней третья. Под развалинами штабов и казарм осталось много командиров и бойцов, не успевших сделать ни одного выстрела по врагу. Особенно большие потери в личном составе и технике понес отдельный батальон связи армии, оставив ее штаб без средств связи, а значит, и управления войсками.

Полковник Сандалов с разрешения командующего армией отдал приказ на переход штаба на полевой командный пункт в Буховичи (7 км северо-восточнее Кобрина), куда колонна прибыла около 6 часов утра 22 июня. По проводной связи удалось связаться с Кобрином, Пружанами и Пинском, связь со штабом округа и 10-й армией установить так и не удалось. В район Тевли перешло и управление 14-го механизированного корпуса.

По войскам 4-й армии нанесли удар 2-я танковая группа генерала Гудериана, XII и XXXV армейские корпуса. Против четырех стрелковых и одной танковой дивизий армии Коробкова в первом эшелоне у немцев наступало шестнадцать дивизий, из них четыре танковые[332].

За 5-10 минут до начала артналета немецкие передовые отряды захватили переправы через реку Буг — железнодорожные мосты в Бресте (был заминирован) и Семятичах и четыре автомобильных моста в районе Мотыкал, Коденя, Домачева и Влодавы, что существенно повлияло на дальнейший ход боевых действий.

В 5 часов утра войска вермахта приступили к форсированию реки Западный Буг, используя для этого оборудованные для движения под водой танки, захваченные мосты и другие средства: лодки, плоты, заранее разведанные броды. 17-я и 18-я танковые дивизии форсировали реку на участке Зачопки — Мокраны, 3-я и 4-я — на участке Кодень — Домачево. Встречая слабое сопротивление частей Красной Армии, находившихся на строительстве укрепрайона, гитлеровские танки обошли Брест с двух сторон и устремились по шоссе на Пружаны, тесня разрозненные войска генерала Коробкова к югу и юго-востоку.