Читать онлайн «1941. Пропущенный удар. Почему Красную Армию застали врасплох?». Страница 109

— сводный полк майора Анохина (1000 чел.);

— 21-й дорожно-эксплуатационный полк майора Плешкевича (400 чел.);

— автотракторное училище во главе с полковником И.М. Чупрыгиным (500 чел.);

— 246-й отдельный саперный батальон (365 чел.);

— 273-й отдельный батальон связи (345 чел.);

— 420-й гаубичный артиллерийский полк (8 152-мм орудий);

— 462-й артиллерийский полк (8 152-мм пушек-гаубиц);

— 318-й артиллерийский дивизион РГК (4 203-мм орудий);

— корпусное управление;

— госпиталь.

Воины отрядов заняли оборону по восточному берегу реки, выставив на западной окраине города боевое охранение. В 22 часа, при появлении у Бобруйска танков противника, по распоряжению генерала Коробкова были взорваны три моста через реку. В течение вечера и ночи на 28 июня противник мелкими группами предпринимал попытки переправиться через Березину в разных местах, но все они были отбиты.

На исходе 27 июня генерал Коробков получил распоряжение командующего фронтом: «Обороной на р. Березине как можно дольше задержать противника. Выдвигаемые к Днепру свежие войска еще не полностью сосредоточились и не подготовили оборону. Остатки механизированного корпуса вывести за Днепр в район Довска и оттуда направить в Смоленск на переформирование. Части 28-го стрелкового корпуса и 55-ю стрелковую дивизию отвести восточнее Довска и немедленно приступить к доукомплектованию. Части и тылы 121-й и 143-й стрелковых дивизий, оставшиеся в Бобруйске и Гомеле, сосредоточить в районе Гомеля. В кратчайший срок развернуть за этими номерами новые дивизии. Личный состав, боевую технику и имущество получить по нарядам штаба фронта»[510].

Под конец разговора генералу Коробкову было приказано прибыть на следующий день в штаб фронта для личного доклада о положении частей армии.

А обстановка в полосе ее обороны продолжала оставаться очень тяжелой. В центре боевого порядка бронетанковые и моторизованные части противника, сбив с занимаемых рубежей отряды 28-го стрелкового и 14-го механизированного корпусов, 55-ю стрелковую дивизию, начали движение своих колонн от Слуцка в направлении Бобруйска и к реке Березина, куда уже прорвались их передовые отряды. Остатки наших частей и соединений отходили проселочными дорогами на восток за Березину.

На правом фланге 121, 143 и 155-я стрелковые дивизии и части 17-го механизированного корпуса, оставив Барановичи, под натиском противника отходили в направлении Несвиж, Столбцы, Копыль. В трудное положение попала 121-я стрелковая дивизия, расчлененная противником на две части: одна из них под командованием начальника штаба дивизии полковника Н.П. Ложкина отходила на Своятычи, другая — в северо-восточном направлении.

На левом фланге остатки 6-й стрелковой дивизии под командованием полковника Попсуй-Шапко отходили к Пинску, сдерживая натиск кавалерийской дивизии и некоторых частей XII армейского корпуса вермахта. В этом направлении отходила и вырвавшаяся из окружения 75-я стрелковая дивизия, собирая по пути свои разрозненные группы и комплектуя из них боевые подразделения.

С каждым днем все более критическим становилось положение отходивших войск 3-й и 10-й армий. Враг захватил Белосток, Рось, Желудок, Порозово, Лиду, Ивенец, Столбцы, Негорелое, ожесточенные бои шли за Изабелин, Волковыск, Зельву, Несвиж, Деречин, Дзержинск, Фаниполь. Сильными ударами с флангов противник дробил отступавшую группировку войск Западного фронта на отдельные группы, окружал их и уничтожал.

Советские войска, растянувшись на многие десятки километров, отходили, непрерывно атакуемые со всех сторон подвижными отрядами гитлеровцев. Бои шли за каждую дорогу, перекресток, мосты и переправы. Управление со стороны штабов армий, корпусов, дивизий было уже потеряно, разобщенные части и подразделения отходили и вели боевые действия без единого плана и руководства. Но они сражались, стремясь быстрее выйти к линии фронта.

Генерал Гот вспоминал: «…активность противника, отходившего от Белостока на Барановичи, с каждым днем повышалась. Это обстоятельство вынуждало выделять новые силы для прикрытия флангов. Выделенные для этого части вынуждены были повернуть свой фронт на север, в то время как первые эшелоны танков продолжали продвигаться на Бобруйск и Минск»[511].

Штаб 3-й армии отходил в направлении Дятлова, не имея связи ни с командованием фронта, ни со своими войсками, остатки которых по проселочным дорогам пробивались от Свислочи в направлении Мостов и Дятлова. Передовые части армии подошли к Щаре и, пытаясь навести переправу, вели бои с отрядами гитлеровцев, засевшими на восточном берегу реки. Прикрывая отход своих войск, наши саперы подорвали мост через Неман в районе Лунна.

Части 11-го механизированного корпуса и 36-й кавалерийской дивизии, переправившись через Зельвянку у местечка Пески, двигались к Щаре. Следовавший в авангарде 57-й танковый полк, подойдя к реке, наткнулся на немецкий заслон, выставленный у моста. Атаковав противника, отряд прорвался через переправу и двинулся в направлении Дятлова.

59-й танковый полк, потеряв связь со штабом дивизии и остальными частями, отходил самостоятельно к Щаре в длинной колонне отступавших советских войск.

Вышедшие вечером к переправе в районе Великой Воли основные силы корпуса (около 600 человек и 30 танков) с горечью обнаружили, что мост уже взорван. Отбивая атаки немцев, советские воины навели новый мост, по которому удалось переправить личный состав и колесные машины. Но вскоре немецкие самолеты разбомбили эту переправу и не дали больше возможности ее восстановить. По обнаруженному броду сумели перебраться на другой берег и два танка Т-34, а остальную боевую технику пришлось затопить из-за отсутствия горючего.

Ведя непрерывные бои с преследовавшими отрядами гитлеровцев, отходили на восток остатки 85-й стрелковой дивизии. Тяжелые бои на переправах через Россь, Щару, у Новогрудок… Только небольшой группе красноармейцев и командиров этой дивизии удалось выйти из окружения.

Отдельными частями и отрядами, оставляя на дороге Волковыск — Слоним неисправную и не имевшую горючего материальную часть, пробивался на восток 6-й механизированный корпус. Много техники было потеряно в боях под Гродно и при отходе от него. Так, в 13-м полку 7-й танковой дивизии после прорыва окружения у местечка Крынки уцелело только шесть танков.

Не сумев прорваться у Зельвы, танкисты двинулись в южном направлении, стремясь найти переправы через заболоченную Зельвянку. Дальше события, по данным нашего земляка А. Дударенка, развивались следующим образом. Переправившись через реку, колонна штаба корпуса двинулась к деревне Клепачи, которую уже занял отряд противника. Пропустив разведку, немцы открыли огонь по приблизившейся колонне из орудий и пулеметов. В головной танк через открытый башенный люк была заброшена граната…[512]

Много воинов погибло в этом бою (в том числе и начальник артиллерии корпуса генерал-майор A.C. Митрофанов), но остальные, сбив немецкий заслон, продолжали двигаться в направлении Озерниц.

27 июня командование 10-й армии получило по рации приказ генерала Павлова — войскам отходить в район Шацка, Минска, Пуховичей[513], но выполнить это распоряжение было проблематично. К этому времени штаб армии попал в окружение под Волковыском. В течение всего дня немецкие диверсионные отряды несколько раз предпринимали попытки его уничтожения, но их атаки были отбиты. Генерал Голубев решил отходить к старой советско-польской границе, и с наступлением сумерек колонна штаба двинулась по полевой дороге в направлении Деречина.

Оторвался от своих частей и попал в окружение штаб 5-го стрелкового корпуса. Атакованный гитлеровскими автоматчиками, он был разгромлен, часть личного состава оказалась в плену, а командир корпуса генерал-майор A.B. Гарнов, его заместители генералы Ф.И. Буданов и Г.П. Козлов пропали без вести…

Бригадный комиссар K.M. Яковлев сумел уйти от преследования врага и продолжал сражаться в партизанском отряде.

В это время войска армии, стремясь прорваться в направлении Слонима, вели ожесточенные бои на реке Зельвянка с преградившими пути отхода отрядами гитлеровцев. Здесь, стремясь вырваться из окружения, был почти полностью уничтожен отряд под командованием начальника разведывательного отдела 10-й армии полковника A.B. Смолякова[514].

Сумел прорваться через реку восточнее деревни Самойловичи отряд генерала Ахлюстина (13-й мк). После небольшого отдыха командиры и охрана корпусного управления двинулись в направлении Дворец — Молчадь, не имея никакой связи со своими соединениями и частями.

Но переправиться через Зельвянку удавалось не всем советским частям и соединениям.