Читать онлайн «1941. Пропущенный удар. Почему Красную Армию застали врасплох?». Страница 100

Но выполнение этого плана! Ко всем причинам, приведшим к неудаче нашего контрудара, о которых уже писалось, прибавим следующие:

— соединения 10-й армии, выделенные в состав КМГ, были удалены от рубежей развертывания для наступления на 60–70 км. Несмотря на это обстоятельство, времени на подготовку корпусов к удару не было дано, они прямо с марша вступали в бой;

— полностью отсутствовали разведывательные данные о противнике, о рубежах его обороны, о противостоящих силах;

— все боевые действия наших войск проводились без тщательной наземной и авиационной разведки;

— неграмотная тактика действий наших конно-механизированных войск — удары в лоб вместо обхода флангов, ввязывание в затяжные бои — позволила четырем пехотным дивизиям вермахта противостоять достаточно большим силам Западного фронта (в том числе и двум механизированным корпусам);

— стрелковые соединения, выделенные для контрудара, действовали самостоятельно, без взаимной поддержки танками на поле боя;

— отсутствие связи, взаимодействия, четкого и непрерывного управления со стороны всех штабов, информации о действиях соседей;

— слабое обеспечение наступавших войск всем необходимым для ведения боя;

— отсутствие эвакуационных и ремонтных средств приводило к оставлению техники на поле боя;

— значительная часть боевой техники была брошена экипажами на дорогах, стоянках из-за их недостаточной технической подготовки, отсутствия ГСМ и боеприпасов.

Таким образом, неорганизованный во всех отношениях контрудар наших войск под Гродно задержал по меньшей мере на два дня с отходом из Белостокского выступа войска двух наших армий, что в сложившейся на фронте обстановке было невыгодно в связи с угрозой их полного окружения, что вскоре и последовало.

6-й и 11-й механизированные корпуса были втянуты в затяжные бои с пехотой противника и лишились в них почти всей своей материальной части. Потеря управления войсками, совершенно не отвечавшее обстановке требование Генерального штаба на ведение только наступательных действий привели к тому, что войска Западного фронта не смогли оказать организованного сопротивления врагу и понесли огромные потери (особенно в танках и авиации). Результатом проигранного сражения под Гродно явилось то, что у командования Западного фронта не осталось бронетанковых и воздушных сил, способных решающим образом повлиять на дальнейший ход боевых действий.

Противнику удалось осуществить глубокие прорывы в обороне войск фронта, обойти фланги его армий и соединений, вынуждая их вести бой в окружении или искать пути отхода на новые оборонительные позиции. Но это было сильно затруднено активными действиями вражеских войск. Уже к вечеру моторизованные части противника в нескольких местах вышли на дорогу Гродно — Волковыск — Зельва — Слоним, перерезав наиболее удобный и прямой путь отступления наших войск.

Для отхода соединений 10-й армии от Белостока на Волковыск и Новогрудок свободной оставалась только полоса шириной до 50 км (без шоссейных дорог), по обеим сторонам которой действовали части противника. Плохие дороги и нехватка горючего затрудняли использование автотранспорта и тягачей, ощущалась и нехватка лошадей. Отступавшие колонны войск подвергались непрерывному авиационному воздействию, срывавшему весь график их движения.

Сложная обстановка сложилась на левом крыле армии. Остатки 113-й стрелковой дивизии продолжали беспорядочный и никем не управляемый отход через Беловежскую пущу без тяжелого вооружения и техники. Положение усугубило то обстоятельство, что в плен попали генерал Х.Н. Алавердов, многие командиры частей и подразделений.

Разбившись на небольшие отряды и группы, руководимые инициативными командирами, отступавшие воины пробирались на восток глухими лесными и проселочными дорогами, переправлялись через множество рек и речушек. В ходе непрерывных боев с преследовавшими их отрядами гитлеровцев редели ряды воинов, но оставшиеся продолжали свой тяжелый путь к фронту, на соединение с основными силами Красной Армии. Дойти удалось немногим. А оставшиеся в окружении в лесах Белоруссии воины сформировали партизанский отряд, назвав его номером 113-й дивизии, мужественно сражавшейся с врагом в первые дни войны.

С боями отходила в направлении Свислочи непрерывно преследуемая и опережаемая врагом 49-я стрелковая дивизия. Противник стремился не допустить ее отхода за реку Нарев.

Отдельными частями и подразделениями отходили от рубежа к рубежу и остатки 13-го механизированного корпуса, ведя бои с преследующим их противником. Остатки танковых дивизий отходили в направлении Беловежской пущи, а моторизованной — от Нарева к Свислочи, не имея связи ни с армией, ни с корпусом. Фланги были открыты, части неоднократно попадали в окружение, прорвавшись из которого попадали в следующее. Тяжелый бой произошел у местечка Мстибово, после которого заметно поредели ряды бойцов, на вооружении которых осталось только стрелковое оружие и несколько противотанковых пушек.

В ночь на 26 июня небольшой отряд под командованием генерала Ахлюстина вышел к реке Зельвянка, восточнее Волковыска. На этом рубеже и закончилось горючее у оставшихся танков. Не имея связи с армией, комкор принял решение двигаться на север вдоль реки, в поисках удобного места для переправы. Передохнув, остатки корпусного управления вместе с примкнувшими к нему красноармейцами и командирами разных частей двинулись по намеченному маршруту.

25 июня правый фланг и центр обороны 10-й армии не испытывали сильного давления со стороны противника. Все так же стойко продолжали обороняться в Осовецком укрепрайоне части 1-го стрелкового корпуса. 2-я стрелковая дивизия вела бой северо-восточнее крепости, не имея связи с вышестоящим командованием и соседями. Целый день сдерживал противника на граевском направлении ее 200-й стрелковый полк, только с наступлением темноты он отошел на левый берег Бобра, заняв оборону в районе Довнар (3 км восточнее крепости).

13-я стрелковая дивизия в этот день боевых действий не вела, вечером получив приказ из штаба корпуса на отход в район Супросельской пущи. 86-я стрелковая дивизия, теснимая превосходящими силами противника, под прикрытием арьергардов в полуокружении отходила к Свислочи.

Боевые действия 86-й стрелковой дивизии 22–27.06.41 г.

Особенно досаждала отходящим войскам вражеская авиация. В течение всего дня самолеты противника, обеспечивая наступление своих наземных войск, проводили разведывательные полеты и наносили бомбовые удары по аэродромам, мостам, железнодорожным станциям, железным и шоссейным дорогам, препятствуя передвижению и сосредоточению войск Западного фронта. Налетам подверглись и города Минск, Бобруйск, Борисов, Гомель, Витебск.

Советские летчики самоотверженно сражались с врагом в воздухе, прикрывая города Белоруссии, но все меньше и меньше советских истребителей поднималось в воздух. Большие потери, понесенные авиацией Западного фронта в первые дни войны, давали о себе знать. В дни тяжелых июньских боев летчики фронта действовали с огромным напряжением всех сил, выполняя в день по 5–6 боевых вылетов. Только 25 июня, отражая налеты врага на Минск, зенитная артиллерия и истребительная авиация сбили шесть самолетов противника.

Бомбардировочная авиация фронта наносила удары по колоннам моторизованных войск противника в районах Молодечно, Ошмян, Радошковичей, Барановичей, Гродно. Наземные тараны по колоннам вражеских войск в этот день совершили экипажи капитанов А.Н. Авдеева (на дороге Ольшаны — Воложин) и Г.А. Храпая (у деревни Броды Гродненской области).

В середине дня два звена самолетов 207-го дальнебомбардировочного полка совершили налет на Вильнюсский аэродром. Немцы не ожидали этого удара, в результате на земле, по советским данным, было уничтожено около 40 немецких истребителей[462].

Ночью летчики 313-го отдельного разведывательного полка во главе с командиром первой эскадрильи майором Титовым нанесли бомбовый удар по военным объектам Гамбурга. Выполняя полеты без прикрытия, бомбардировщики продолжали нести большие потери от атак истребителей противника. И хотя авиация фронта была усилена 25 июня двумя авиационными дивизиями, это не повлияло существенно на ход боевых действий.

Огромные потери понесли в эти дни и наземные войска Западного фронта, лишившись только за три дня боев 90 000 единиц стрелкового оружия, 1572 орудий и минометов, свыше 800 танков. Потери пленными составили около 50 000 человек[463].

Почти полностью лишились своей материальной части артиллерийские полки 3-й и 10-й армий. Как вспоминал генерал П.И. Ляпин, «первый удар противника наши дивизии, вступившие в бой с ходу, приняли на себя, вооруженные только пехотным оружием и полковой артиллерией, а значительная часть дивизионной и корпусной артиллерии и в дальнейшем совершенно не принимала участия в боевых действиях… пока не была разгромлена авиацией противника (и брошена в окружении. — Р. И.)»[464].