Читать онлайн «Победа вопреки Сталину. Фронтовик против сталинистов». Страница 80

В ответ на эти замечания священник заявляет: «Как следует относиться к врагу после войны? Что такое церковное миротворчество? Я считаю, что война, — говорит Харинов, — самая непримиримая форма греховной нетерпимости к человеку. Эту нетерпимость легко спровоцировать на уровне взаимоотношений двух государств или народов: «убей немца», «цыгане — недочеловеки». В Церковном миротворчестве — внешняя сторона не столь важна, как в светском.

В каждом человеке враждуют страсти, его ломают грехи — и в этом главная причина всех войн. Важно выявить не только недопустимую сторону войны, но и ее безнравственную, греховную природу.

Моя позиция в отношении павших немцев есть не более, но и не менее чем позиция христианина. Тело усопшего надо предать земле, кем бы он ни был. Можно, конечно, останки врага «высечь», расстрелять, поджечь напалмом, распылить, уничтожить даже на мельчайшие атомы. Но все равно Господь созовет всех в Судный день, поставит перед Собой, и каждый будет держать перед Ним ответ. Зачем нам пытаться заменить собой Господа Бога? Недопустимо языческое отношение к телу любого человека: и душа, и тело каждого живущего созданы Богом с равной любовью.

У человека есть определенный этический запас прочности, и если его нарушить, то наступают необратимые последствия. Человеку, который видел зверства, никогда эмоционально не примириться с врагом. И тогда остается только уповать на свои волю и разум, на мистическое ощущение необходимости достижения мира в своем сердце.

Прощать трудно. Но прощение — не значит примирение со злом. Надо уметь быть мужественным и смелым, говорить и о бессмысленных зверствах немцев, и о неоправданной жестокости наших солдат.

Немцы приезжают в Сологубовку и плачут на могилах своих соотечественников. Я вместе с нашими ветеранами войны объехал русские воинские кладбища в Германии. Мы убедились, что могилы наших солдат находятся в очень хорошем состоянии. То есть немцев самим кладбищем не удивишь. Их больше трогает то, что мы можем простить, что есть место, где они могут помянуть своих родственников. Приезжают совершенно разные люди. Приезжал один монах, замечательный человек, просто старец, сразу видно, что человек честной светлой жизни. Он приехал, чтобы найти брата. И выяснилась потрясающая история. Оказывается, его брат был глубоко религиозным человеком и мечтал о монашестве, но его погнали, как пушечное мясо, на Восточный фронт. А у моего собеседника были совершенно другие жизненные планы. Смерть брата изменила всю его жизнь, он понял, что должен что-то сделать за него. Стал ближе к Церкви. И в конце концов принял монашеский постриг. «Я монах, потому что мой брат не сумел это сделать», — говорил он. Он плакал, когда нашел могилу брата.

Немецкое кладбище и парк Мира в Сологубовке — это миротворческий проект между Россией и Германией, осуществленный на деньги обычных людей. И это самое важное!

Трагедия войны и этические проблемы, связанные с ней, открылись для меня по-настоящему, когда я начал заниматься сологубовским храмом. Немцы собирались взорвать церковь, чтобы проложить дорогу напрямую к кладбищу. Мне пришлось отстаивать храм (в то время это были фактически руины), но вместе с тем убеждать в необходимости устройства немецкого кладбища. Я говорил немцам, что через 50 лет кладбище будет заброшено, если не отметить это место, восстановив храм как памятник примирения двух народов. Поводом к совместному восстановлению храма послужило еще и то, что немцы были причастны к разрушению его во время войны.

Нельзя никак обойти историю рождения немецкого кладбища во Ржеве. Прошли годы, прежде чем удалось его создать. Против организации кладбища выступали бывшие партийные функционеры. Они устраивали митинги, обращались к властям, писали гнусные листовки, вовлекали в антинемецкие настроения часть ветеранов. Однако добиться своей цели не смогли.

Выжившие противники объединяются, чтобы почтить погибших 60 лет назад. Немецкий офицер Эрнст-Мартин Райн и его однополчане из Восточной Вестфалии участвовали в кровопролитных боях подо Ржевом. Жертвы с обеих сторон были колоссальные: десятки тысяч павших, раненых и пропавших без вести. Тогда однополчане посчитали Райна погибшим. Но много десятилетий спустя, случайно узнав, что их командир выжил в войне и в плену, они пригласили его присоединиться к созданному в 1977 году фронтовому товариществу. А в последних числах сентября 2002 года ветераны во главе с Эрнстом-Мартином Райном вновь посетили поля былых сражений. На этот раз для участия в открытии скромного немецкого кладбища.[127]

В мае 1992 года Эрих Форнхольт из Гютерслоэ направил в Совет ветеранов войны города Ржева письмо, в котором были следующие слова: «Мы хотим протянуть вам руку примирения. Через взаимное знакомство и обмен мнениями мы должны укреплять мир». Так завязалась переписка. Спустя год состоялась первая встреча во Ржеве. Нелегко было немцам слушать рассказы о страданиях, перенесенных гражданским русским населением, оказавшимся в оккупации. Вместе с тем им поведали и о том, как немецкие солдаты спасли ту или иную семью от неминуемой голодной смерти. Откровения о пережитом способствовали лучшему взаимопониманию.

Воодушевленные положительным результатом двух поездок в Россию, члены товарищества и ряда других обществ создали в январе 1995 года Попечительский комитет «Ржев», избрав Эрнста-Мартина Райна его главой. Со временем к работе комитета подключились представители послевоенных поколений, прежде всего педагоги и врачи. Обмен делегациями стал двусторонним. Гости из Ржева — ветераны войны, учителя немецкого языка, школьники, врачи, историки — неоднократно посещали Гютерслоэ, Дельн, Бонн, другие города. Впечатления от этих поездок изменяли мировосприятие россиян.

Молодежный обмен и межшкольное сотрудничество легли в основу партнерских связей между Ржевом и Гютерслоэ. Многие учителя немецкого языка из российских школ приняли участие в методических семинарах в Германии, а их лучшие ученики — на занятиях в немецких школах.

Попечительский комитет собрал и доставил в ржевские школы учебные пособия, книги и мебель на несколько десятков тысяч евро.[128]

Ежегодно устраивался немецко-русский молодежный лагерь подо Ржевом. Финансировал его Немецкий народный союз по уходу за воинскими захоронениями.

В рамках гуманитарной помощи Попечительский комитет доставил в ржевские больницы медицинское оборудование, перевязочные материалы, шприцы на двести с лишним тысяч евро.

В 2002 году во Ржеве появилось немецкое кладбище. На его открытии выступил Эрнст-Мартин Райн, который сказал: «Мы долго ждали этого дня, мы — немцы, выжившие в Ржевской битве. Близкие погибших, находящиеся среди нас, благодарны судьбе, что дожили до дня освящения кладбища.

От имени Попечительского комитета «Ржев» он поблагодарил всех русских друзей, которые, восприняв идею примирения и мира, до сегодняшнего дня поддерживают ее, не поддаваясь нападкам и обвинениям противников. «Большинство наших товарищей погибло здесь, — сказал Райн. — Ни крест, ни камень не напоминают сегодня о них. С сегодняшнего дня христианский крест должен хранить это воспоминание. Когда они воевали, они не знали, какие преступления в тылу совершаются по отношению к русским людям. Эти невообразимые преступления были издевательством над традициями и культурой вашей страны. Нам стыдно за это… Бывая здесь, мы вновь вспоминаем красноармейцев, атакующих наши позиции, сотнями, часто волнами за волной, падающих ранеными или убитыми под нашим автоматным и артиллерийским огнем. Именно эти сцены из прошлого укрепили в нас желание поиска путей общения и примирения с противником, с которым мы когда-то воевали. Эти воспоминания как раз и дают нам силы для нашей совместной работы…»

У перекрестка близ деревни Бардюттингсдорф, неподалеку от города Гютерслоэ, стоит указатель: «К Ржевскому памятнику!» Крестьянин Карл Нихус-Оберманн воздвиг на своей земле памятник павшим товарищам из своего 58-го полка и бойцам из семи советских стрелковых дивизий, дислоцированных напротив его полка. После совместного возложения венка русский ветеран подошел к немецкому ветерану и сказал: «Мы стреляли друг в друга. Сейчас мы стары, и нам осталось мало жить. Будем же работать вместе, чтобы такое не повторилось!»

То, о чем я собираюсь рассказать дальше, сама по себе удивительная история из жизни войны во Ржеве.

Трудно представить солдата вермахта среди развалин города Ржева в разгар боев с блокнотом и карандашом в руках. Но такой солдат был. Художник Франц-Иозеф Лангер запечатлел войну в своих картинах, письмах жене и дневниках. В мае — июне 1997 года в выставочном зале города Ржева состоялась презентация восьмидесяти шести работ Лангера. В них художник показал Ржев в период немецкой оккупации. Эта выставка вызвала огромный интерес у горожан, особенно у пожилых. Некоторые приносили живые цветы и клали их рядом с картинами.