Читать онлайн «Победа вопреки Сталину. Фронтовик против сталинистов». Страница 38

Советским солдатам и офицерам в те незабываемые весенние дни казалось, что наступил долгожданный час всех прошедших лет.

Американская и русская армии встретились в 75 милях (50 км) к югу от Берлина, разрезав немецкую территорию надвое и перекрыв последний зазор, существовавший между Восточным и Западным фронтами. В одной из американских газет было написано об этом событии так: «Смычка, о которой одновременно объявили Вашингтон, Москва и Лондон, произошла 25 апреля после полудня в Торгау на реке Эльбе… Русских солдат лучше всего можно описать так: точно такие же, как и американцы, всех их охватывает чувство неудержимого веселья, открывается великий новый мир…»

Волею случая лейтенант Робертсон оказался в тот день на противоположном восточном берегу напротив русской части. Его патруль проводил поиск раненых американских солдат. Александр Сильвашин, заметив американский флаг, принял его за обманный маневр противника, и русские солдаты открыли огонь. Но тревожная ситуация быстро разрядилась. В мировой печати появился знаменитый снимок «Райана и Ивана».

Американский ефрейтор Джо Половски завещал похоронить его в Торгау, что и было исполнено в 1983 году. До своей кончины он рассказал, что солдаты обеих стран дали на Эльбе клятву — не допустить новой войны. «В этот исторический момент, — вспоминал он, — все мы, простые солдаты — и американцы, и русские — были национальными героями, когда мы встретились». «Мы были просто счастливы» — так запомнил эти дни американский ветеран Роланд Хей.

В честь 50-летия встречи на Эльбе в 1995 году в здании ратуши Торгау была открыта выставка, где устроители представили и знаменитый фотоснимок, о котором мы рассказали ранее. На церемонию приехал бывший лейтенант Сильвашин. Ему тогда исполнилось 83 года. Он рассказал без прикрас о том, как произошла встреча русских и американцев 50 лет назад.

Почему не выпить за столь радостное событие? И пили вовсю! «На нашем берегу, — вспоминает полковник в отставке Степан Станков, — стояли две или три бочки с водкой. Их быстро опорожнили. Американцам понравилась наша «фронтовая», а русские отвергли виски». С той поры сохранился любопытный документ — распоряжение генерала Омара Брэдли: «Офицерам, отправляющимся на встречу с русскими и для выдерживания натиска их дружелюбия обязательно до завтрака съедать по 50 граммов сливочного масла». Помогало?

Как же советская печать отметила встречу на Эльбе? Приведем отрывок из газеты «Красная Звезда» за 28 апреля 1945 года: «Приближаясь к Эльбе, наши бойцы и офицеры знали, что здесь, в Саксонии, произойдет первая встреча с войсками наших западных союзников. Первыми вступили в соприкосновение с частями 12-й группы американской армии наши радисты. Разговор между нашими и союзными радистами происходил в момент, когда передовые части 1-го Украинского фронта находились уже менее чем в тридцати километрах от наших товарищей по оружию. «Скоро встретимся с вами!» — радировали наши связисты. В передовых рядах наших союзников оказались среди радистов люди, знающие русский язык. Они поддерживали связь с нашими радистами, передавая им привет от своих солдат и офицеров, сообщая о том, что во всех их частях с волнением ждут встречи с Красной Армией».

Где произойдет встреча? Кто первым пожмет руку союзнику?

Встреча произошла при следующих обстоятельствах. Батальон наших гвардейцев приближался к реке. На берегу ее высился средневековый замок, обнесенный высокой толстой стеной с башнями. Батальон капитана Долгих взял этот немецкий опорный пункт штурмом. В это время с запада к замку подъехало несколько бронированных машин под бело-сине-красным флагом. Из машин выскочили солдаты в пятнистой форме и круглых касках. Послышались возгласы «Москва! Чита (столица ДВР)! Победа!» Удивительное совпадение показалось счастливым предзнаменованием всем свидетелям. Командир союзного батальона оказался однофамильцем и даже родственником советского командира. Его предки, как можно понять из его рассказа, уехали когда-то из России в поисках счастья к берегам Тихого океана. Каждый из неожиданно встретившихся родичей ничего не знал о существовании другого, но теперь боевое братство против гитлеризма соединило их еще теснее, чем узы крови. Они крепко обнимаются, и этот момент навеки запечатлен на фотографии.

Встреча произошла в районе города Торгау, в двух пунктах. Отныне этот небольшой саксонский городок со старинной ратушей, помнящий Лютера и Семилетнюю войну, стоящий на берегу Эльбы, войдет в историю. Советские и союзные офицеры нанесли друг другу визиты. Боевые знамена советских полков и частей Приморского корпуса развеваются на весеннем ветру. Советские и иностранные фоторепортеры сделали сотни снимков, запечатлевших исторический момент. Особенным успехом у нахлынувших к месту встречи западных репортеров пользовался такой кадр: русские раздают своим союзникам на память различные значки, звездочки и т. д.

Гвардии генерал-майор Петров устроил прием союзному бригадному генералу и сопровождавшим его лицам в районе расположения своей дивизии. На приеме оба командира обменялись приветственными речами. В своей речи американский генерал заявил: «Я переживаю самые радостные дни в моей жизни. Я горд и счастлив, что моей дивизии посчастливилось первой встретиться с частями героической Красной Армии на территории Германии. Встретились две братские союзные армии. Эта встреча ускорит окончательный разгром военных сил Германии».

В ответной речи гвардии генерал-майор Петров ответил: «Наступил долгожданный и радостный день. На территории Германии встретились две великие армии. Героическая Красная Армия прошла большой путь напряженной борьбы и славных побед. Встреча двух союзных армий является большим историческим событием в борьбе с гитлеровской Германией. Пусть эта встреча послужит залогом быстрейшего и окончательного разгрома гитлеровской армии и установления прочного мира.

Встреча на Эльбе останется в памяти всех, кто в эти дни находится вдали от Родины, на территории Германии, завоевывая мир и счастье для всего человечества».

После окончания Второй мировой войны, после Потсдама и оккупации побежденной гитлеровской Германии дружеские отношения союзников в годы войны омрачила надолго «холодная война».

В 1949 году, в самый разгар «похолодания», на советских экранах появился фильм Григория Александрова «Встреча на Эльбе». Он не имел никакого отношения к реальным событиям. Зато он имел прямое отношение к «холодной войне».

Мы, трое бывших фронтовиков — я и мои друзья Исаак Сокольский и Толя Конопелкин, пошли в кинотеатр «Колизей» на Чистых прудах в Москве на встречу со своими любимыми актерами: Любовью Орловой, Фаиной Раневской, Александром Кадочниковым. «Встреча» эта оказалась грустной! Когда зажегся свет в зале, вышли на воздух и долго молчали. Наконец, Толя произнес одно слово: «Стыдоба!»

Примитивный сюжет, карикатурные персонажи. Американская шпионка, ее играет Орлова, охмуряет советского офицера, его играет Кадочников. Американцы в фильме показаны как шпионы, антисоветчики, спекулянты, лжецы… Советская же пресса дешевую агитку вознесла до небес. Очень скоро кинофильм приобрел культовый характер… А в наших солдатских сердцах сохранилось об этом фильме — «стыдоба!»…

Заканчивая рассказ о встрече на Эльбе, приведем малоизвестный факт об еще одной «стыдобе» — о служебной записке А.В.Хрулева, генерала армии, заместителя Верховного по тылу. Написал ее генерал на имя Берии, Маленкова и Вознесенского. Приведенный текст говорит сам за себя:

«Внешний вид нашего красноармейца-офицера резко отличается от внешнего вида солдат и офицеров союзных армий, у которых хлопчатобумажное обмундирование сохраняет свою первоначальную окраску длительное время. Неприглядный вид нашего выцветшего обмундирования особенно бросается в глаза в зонах соприкосновения наших войск с союзными».

Выводы последовали быстрые. Из Германии стали в срочном порядке вывозить в СССР технологические линии для производства текстильных красок. Но этим не ограничились: общение советских солдат с союзниками сократили. Правда, вылинявшие за войну гимнастерки были отнюдь не единственной тому причиной.

Приведем еще один «текстик». Как тогда называли, «спецсообщение».

«Вызванный на разговор о заключительном периоде войны и о встрече с союзными войсками, объект «Окунь» допускал восхваление зарубежной военной техники, доходя до утверждений о превосходстве некоторых ее образцов над советскими. В частности, утверждал, что нашим войскам очень не хватало имевшихся, как у немецко-фашистских захватчиков, так и в союзных — американской, британской и дальневосточной армиях, специальных бронированных машин для перевозки пехоты. На мои слова о том, что «наша пехота была «царицей полей», объект «Окунь» высказался дословно, что, «царица-то царица, только туфельки у нее уж больно в грязи. По шею!», чем допустил насмешку над известной формулой самого товарища Сталина. С удовольствием вспоминал о встрече на Эльбе со своим родственником, офицером белодальнево-сточной армии, но утверждал, что встреча эта произошла «чисто случайно», без предварительной договоренности и больше он контактов, как уверяет, не поддерживал.