Читать онлайн «История военного искусства». Страница 86

ИСЧИСЛЕНИЕ СИЛ И ПОТЕРЬ

 2. Силы римского войска при Каннах обычно исчисляются цифрою в 86 000 чел., включая 6 000 конницы. Из этого числа в лагере осталось 10 000, так что 70 000 римлян были побеждены 50 000 карфагенских наемников, при коннице в 10 000 чел. Полибий, Ливий и Аппиан в общем сходятся на этих цифрах. 80 000 чел. пехоты были разбиты на 8 легионов римских по 5 000 чел. в каждом и столько же легионов союзных.

 Лишь недавно выступил против этих исчислений П. Канталупи (P. Kantalupi) в труде "Le Legioni Romane nella Guerra d'Annibale", изданном Белохом в "Studi di Storia Antica", т. I.

 Канталупи обращает наше внимание на то, что у Ливия цифры иные, а именно римляне мобилизовали в 216 г. не 4 новых легиона, а лишь 10 000 запасных. При вычислениях меньшие числа всегда являются наиболее правдоподобными. По мнению Канталупи, римское войско числом не превышало 44 000, и в то время как Полибий доводит число павших римлян до 70 000, Канталупи после тщательной проверки считает, что их было от 10 500 до 16 000. Если принять эти цифры, то поле сражения значительно изменит свой вид.

 Но доводы, которыми пользуется Канталупи для его исчислений, далеко не убедительны. Он полагает, что лишь в сражении при Каннах Ганнибал стал тем грозным призраком для римлян, каким он изображен в истории. До этого-де римляне, готовясь к сражению, не имели никаких оснований прибегать к исключительным мерам. При Тичино имела место лишь схватка конницы; при Треббии римляне отступили без существенных потерь; при Тразимене было лишь произведено нападение на консула. Диктатор Фабий имел не больше 4 легионов, и общественное мнение Рима требовало, чтобы он с этими боевыми силами дал сражение. Очевидно, придерживались того мнения, что при хорошем полководце такое войско с успехом может померяться силами с Ганнибалом. Новые консулы, прибыв с подкреплением, разбили, кроме старого лагеря, еще один для 2 000 союзников. Подкрепления, очевидно, были не очень велики, если они все, кроме вышеупомянутого отряда, разместились в старом лагере.

 По сравнению с убедительными данными Полибия эти аргументы не особенно полноценны. Что Ганнибала еще до сражения при Каннах считали в Риме грозным противником, доказывает способ ведения войны диктатором Фабием. Если противная партия требовала от него сражения, то этим еще не сказано, что она требовала выступления лишь с 4 легионами. Партия войны могла, конечно, при этом присовокупить, что диктатор должен прежде всего поднять мощь армии на нужную высоту и тогда сражаться. Что подкрепление большей частью разместилось в имевшемся лагере, ни в коем случае не доказано. Лагерь мог быть расширен, о чем Ливий или его источники, быть может, не сочли нужным упомянуть. Удивительно все-таки, что у Ливия содержатся вообще противоречивые показания и что, как указывает также Канталупи, из спасшихся упомянуты лишь имена военных трибунов 4 легионов. Но объективные соображения неминуемо приводят к заключению, что римское войско насчитывало значительно больше 44 000 чел.

 Стремясь сделать свои положения как можно более правдоподобными, Канталупи пытается уменьшить численность карфагенского войска, о котором говорит Полибий, ибо нам ясно с самого начала, что римляне, у которых не было недостатка в людях, не пошли бы на решающие сражение против Ганнибала, не имея значительного численного перевеса. В противном случае каннское поражение не имело бы такого рокового значения. По словам Полибия, консул в своем обращении к командирам накануне сражения определенно говорит, что римское войско числом вдвое превосходит противника.

 Исчисляя карфагенское войско при Каннах в 40 000 пехоты и 10 000 конницы, Полибий опирается на общепризнанный правдивый карфагенский источник Силена, которому мы обязаны всей картиной сражения. Какие причины могли побудить Силена преувеличить карфагенские силы? Если предположить, что от него исходят также цифровые данные о 86 000 римского войска, то при сильно развитой подозрительности можно предположить, что под необычайно сильным впечатлением событий он равномерно преувеличил силы обоих противников. Но данные о 86 000 римлян, как доказывает Аппиан, почерпнуты из римских источников, и нет никакого реального основания усомниться в численности пунического войска. Мы докажем это при ближайшем рассмотрении его состава.

 Если войско Ганнибала насчитывало не больше 50 000 чел., то римское войско ни в коем случае не могло состоять только из 4 легионов. Основные данные о том, что оно состояло из 8 легионов римских и 8 союзнических, несомненно, правильны. Легион же включал тогда 5 000 чел., следовательно, насчитывалось всего 80 000 пехоты. Но это число мы не можем безоговорочно противопоставить 50 000 карфагенских наемников. 1 400 чел. в каждом легионе - легковооруженные, имеющие для военных действий лишь второстепенную ценность, а 8 000 - балеарских стрелков и пельтастов Ганнибала были, несомненно, технически обучены и являлись полноценными воинами. 22 400 римских легковооруженных, не говоря об их технической неприспособленности, были вообще для сражения непригодны. При описании сражения при Треббии определенно говорится (Полибий, III, 72, 2), что 6 000 легковооруженных были из фаланги выделены. Так как у Семпрония на месте имелось 4 легиона, то вместе с союзниками он насчитывал, за исключением выбывших, 10 000 легковооруженных. Часть их осталась в лагере. При Треббии фаланга гоплитов имела по фронту около 1 000 чел. Если на каждом из обоих флангов стояло по 2 000 легковооруженных, то для фронта оставались 2 000, т.е. две шеренги. Глубже легковооруженные не могли быть поставлены. Фронт фаланги при Каннах был, вероятно, также не шире, т.е. насчитывалось самое большее 2 000 чел. Очевидно, на фронте могли поместиться лишь от 2 000 до 4 000 легковооруженных. Если мы на каждое крыло положим от 2 000 до 3 000 чел., то мы сможем с известной вероятностью сказать, что в сражении принимали участие в качестве соратников приблизительно от 8 000 до 10 000 (максимум) римских легковооруженных. Другая часть, следовавшая за фалангой, несла обязанности санитаров и тому подобную обозную службу. Остальные оставались в лагере.

 Численность гарнизона равнялась приблизительно 10 000, из них во всяком случае было несколько тысяч гоплитов, общее число которых равнялось 16 x 3 600 = 57 600 чел. Следовательно, считая 55 000 гоплитов, 8 000-9 000 сражавшихся легковооруженных и 6 000 конницы, мы определяем общую численность войска в 70 000 чел.

 Не совсем ясно, имел ли также и Ганнибал кроме 50 000 сражавшихся еще запасные части для гарнизона лагеря или он был принужден забирать для этого воинов из действующих войск.

 При исчислении потерь принимаются, конечно, во внимание также убитые римляне, не входившие в действующее войско. Мы же должны исходить из следующего состава: 80 000 пехоты и 6 000 конницы. По Полибию, пало 70 000, спаслось 3 000 пехоты и 370 кавалерии, взято в плен 10 000. В плен были взяты воины, оставленные в лагере и сделавшие вылазку для нападения на карфагенский лагерь. Они были взяты в тиски и сдались.

 Впрочем, Полибий так неясно выражается, что порождает разногласия. Он хотел, возможно, сказать, что кроме римлян, взятых в лагере, 10 000 чел. живыми отдались в руки карфагенянам, и это нам кажется вполне естественным. Вряд ли можно предположить, что, усеяв поле огромным числом неприятельских трупов, уставшие от избиения наемники не захотели пощадить оставшихся, пригодных для продажи или получения за них выкупа.

 Это противоречит, конечно, вычислениям Полибия, который получил цифру павших в 70 000 простым арифметическим действием: он вычел из первоначальной цифры (86 000) 10 000 пленных и несколько тысяч спасенных и без вести пропавших. Но мы ни и коем случае не можем признать, что пало 70 000, ибо установлено, что римляне образовали из спасшихся воинов два полных римских легиона. Но кроме них должно было спастись примерно такое же число союзников. Поэтому указанная цифра 70 000 основана не на достоверных данных, а на беглом и ошибочном подсчете, почему и лишена ценности.

 По сообщению Ливия, римляне потеряли 45 000 чел. пехоты и 2 700 чел. конницы; хотя в общем авторитет Ливия неизмеримо ниже авторитета Полибия, все говорит за то, что мы имеем здесь дело с достоверными официальными данными. В высшей степени невероятно и даже невозможно утверждение Полибия, будто вся конница полегла на поле сражения. Ведь она не была окружена, а только обращена в бегство и даже не подвергалась особенно энергичному и дальнему преследованию, так как главные силы пунической кавалерии сейчас же бросились на легионы. Потеря в размере 2 700 убитых и 1 500 пленных, о которой говорит Ливий, кажется нам уже достаточно значительной, и его данные о состоянии пехоты внушают полное доверие.

 По Ливию, спаслось около 14 000 пехоты и взяты пунийцами в плен: на поле сражения - 3 000, в деревне Каннах - 2 000, в лагере - 13 000 и, кроме того, 1 500 чел. конницы.

 Сложив эти цифры и приняв во внимание, что состав легиона не всегда достигал своей предельной цифры в 5 000 чел., мы получим следующий расчет: убито пехоты - 45500, конницы - 2700; взято в плен пехоты - 18000, конницы - 1500; спаслось пехоты - 14000, конницы - 1800; пропало - 2500; всего - 86 000