Читать онлайн «История военного искусства». Страница 479

 "Это огромное войско, которое несколько месяцев тому назад, казалось, должно было передать в руки императора господство над миром, вдруг исчезло с лица земли. Мессер Пасквино не без остроумия заметил в Риме, что в Альпах утеряно императорское войско, просьба нашедшему - вернуть за приличное вознаграждение" (Ранке).

 Теперь французам предстояла задача овладеть крепостями. В то время как французы осаждали Павию, прибыло новое имперское войско из Германии, и узел развязался на том, что Пескара и Фрундсберг приняли решение атаковать осаждающих на их укрепленной позиции. Но это решение отнюдь не входило с самого начала в их план, а являлось лишь крайним средством выпутаться из безнадежного положения. Кампания, завершившаяся полным уничтожением французской армии и пленением самого короля Франциска, все же принадлежит по своему замыслу и по идеям полководцев к области стратегии измора.

 В творениях Макиавелли мы находим принципы стратегии сокрушения и стратегии измора, изложенными параллельно и непримиренными. Логический и эмпирический мыслители, заключавшиеся в нем, оба говорят свое слово, но они не сумели еще между собою столковаться. Целые столетия проблема эта продолжала оставаться в том же текучем состоянии. Мы вернемся к ней лишь тогда, когда будем говорить о Фридрихе Великом.

 Наиболее подвержен критике Макиавелли, когда он выступает как очевидец военного дела своего времени. Казалось бы, что человек, столь остро наблюдательный, человек, который по личным склонностям и по занимаемому им положению должен был направлять свое внимание на военное дело, который неоднократно объездил Германию, Италию, Францию, да и практически занимался военным делом, казалось бы, что такой человек должен бы давать вполне достоверные сведения. Однако на деле это не так. Сообщаемые им цифровые данные весьма часто ошибочны, как то можно документально доказать. О швейцарцах он неправильно сообщает, будто они за тремя шеренгами копейщиков всегда ставили одну шеренгу алебардистов140. Хотя

Макиавелли и наблюдатель, но прежде всего он теоретик и доктринер. Все, что он слышит и видит, он тотчас же подгоняет под схемы своей теории, а если ему это не удается, то факты должны уступать перед теорией. Местами он проявляет поразительное отсутствие критики, когда он, например, не чуя беды, простосердечно повторяет слова какого-то француза, будто во Франции имеется 1 000 700 приходов и каждый, мол, приход должен поставить на службу королю одного вооруженного вольного стрелка. Но это лишь единичные ляпсусы; гораздо хуже обстоит дело с теми искажениями, которые происходят от его отвращения к наемничеству и от его странного, надуманного подразделения народов - на вооруженных и невооруженных.

 Из древности мы знаем великого писателя, который, на мой взгляд, представляет известную аналогию с Макиавелли. Я говорю о Полибии. В нем также соединены высокое интеллектуальное развитие, из ряда вон выходящая наблюдательность с сильной склонностью к теоретическому построению. Тот, кто при прочтении трудов Гобома убедится в том, как часто и грубо ошибается Макиавелли в сообщаемых им сведениях о современном ему военном деле, будет относиться к Полибию, пожалуй, еще с большей осторожностью, чем с той, которую уже начали с известного времени к нему проявлять.

1 Руководящей монографией является Ernst Richert. Die Schlacht bei Guinegate. Berlin, 1907.

2 Dadizeele. Mйmoires // Ed. Kerwyn de Lettenhove, p. 19. Согласно Комину, их было 200 человек.

3 "Герцог Максимилиан со своими пикинерами храбро наступал, так что французское рыцарство, которое с остальными войсками старалось на него напасть с обеих сторон, не могло его одолеть".

4 "Ибо сами фландрийские пехотинцы своими длинными, с очень острыми железными наконечниками копьями, в просторечии называемыми пиками, мужественно отражали неприятельских всадников, препятствуя проникновению в их ряды".

5 Все предшествующие исследования относительно ландскнехтов оставлены далеко позади тем глубоким изучением предмета и той остроумной критикой, которые мы находим в образцовом произведении Мартина Нелля (Martin Nell. Die Landsknechte, Entstehung der ersten deutschen Infanterie. Berlin, 1914). Первая часть представляет берлинскую диссертацию. Подававший самые блестящие надежды и с юношеской верой глядевший в будущее автор этой книги пал на поле чести во Франции в 1914 г. Эрбен (Erben. Historische Zeitschrift. Bd 116. S. 48) сделал несколько возражений против выводов Нелля, вполне основательных, но сущность остается неизменною.

6 Слуги провинции, слуги отечества, земляки.

7 В первых семи документах, в которых встречается это название, как то установил Нелль, слово это дважды пишется "Lanzhnecht", в швейцарском протоколе 1486 г. мы читаем "Landtsknecht" и три раза "Lantknecht".

8 Lilienkron, II, 362, 20.

9 "Стройся улиткой на немецкий манер".

10 Подробнее см. Гобом. Возрождение военного искусства Макиавелли. Т. 2. Стр. 394, с прил., стр. 405. Объяснение Нелля меня не вполне удовлетворяет.

11 Гобом (т. 2, стр. 426, 427), опираясь на Иовия, высказывает взгляд, что швейцарская пика первоначально имела в длину 10 футов и постепенно удлинялась по мере того, как отрядам, вооруженным пиками, все чаще приходилось сражаться друг против друга, дойдя да 17-18 футов. На это Нелль (см. стр. 158 его книги) замечает, что такое удлинение пики должно было быть произведено в таком случае в 1483 г. По всей вероятности, для пик не было установлено нормальной длины, и последняя всегда была весьма различной.

12 "Этюд о длинной пике" ("Zeitschrift fbr historische Waffenkunde". 1908. Bd 4. S. 301).

13 B'yheim. Ibid. Bd 1. S. 62.

14 Цитируемое сочинение появилось в Венеции уже в 1494 г. Я пользуюсь текстом, перепечатанным в сборнике Эккарда (Ekkard. Corpus Historicum. 1612. Bd 2). Я не выдаю приведенный мною перевод за безусловно точный. Выражения, употребленные автором, хотя он и был очевидцем, не вполне ясны; итальянский перевод (Венеция, 1549 г.) мало способствует разъяснению. Иэнс (т. 1, стр. 727) понял, что речь идет не о захождении, а о караколе. Поэтому привожу оригинальный текст: "Ab his phalanx una peditum Germanorum erat, quae omnium oculos in se convertebat, quadratae figurae, quae VI M peditum continebat, Georgio Petroplanensi Duce integerrimo, in equo eminente. In ea acie tympanorum multitudo audiebatur germanico more, quibus aures rumpebantur; hi pectore tantum armato incedebant per ordines primo a posteriore parvo intervallo. Primi longiores lanceas in humeris ferebant infesto mucrone sequentes lanceas erectiores portabant, post hos bipennibus et securibus armati; ab his signiferi erant ad quorum inclinationem agmen totum ac si una rate vaherentur, in dextrum, laevum, retro regrediuntur; a tergo pilularii dicti parvorum tormentorum; hos a laeva et sinistra scorpiorum Magistri sive manubalistarii sequuntur. Hi in conspectu Beatricis Ducis quadratum agmen uno signo in cuneum subito commutavere, paulo post in alas sese divisere; demum in rotundum altera tantum parte levi motu, altera cursim movebant, prima parte circumacta postrema immota ita ut unum corpus esse videretur".

15 Jahrbuch fer Schweizer-Geschichte, Bd 6, S. 263. Basin: "Surrogavit enim in eorum locum alios pedites, quos appellabant halbardurios, qui similibus armis induti ut franci sagittarii, loco arcuum contos longos ferratos, quos Flamingi piken apellant, aut latas quasdam secures secundum Alemanorum peditum ritum deferebant" ("Он набрал на их место других пехотинцев, которых стали называть алебардщиками; они, нося такие же латы, как и французские стрелки, были вооружены вместо луков длинными копьями с железными наконечниками, называемыми у фламандцев пиками, или же как бы широкими секирами, по обычаю немецких пехотинцев").

16 Гобом, т. 2, стр. 329, 345.

17 Spont. Revue des questions historiques. 1899. P. 60.

18 Susane. Histoire de l'infanterie francaise. Vol. 1. P. 14.

19 Основанное на первоисточниках подтверждение можно найти у Вилибальда Блока в его книге "Кондотьеры. Исследование относительно так называемых бескровных битв" (Willibald Block, Die Gondottieri. Studien ьber die sogenannten "unblutigen Schlachten". Berlin, 1913.

20 Гобом, т. 2, стр. 336.

21 Из объемистой литературы, посвященной изобретению пороха и старейшим видам огнестрельного оружия, я приведу:

 Napoleon III. Du Passй et de l'Avenir de l'Artillerie. Это сочинение, написанное во время заключения Наполеона в Гаме, еще и теперь заслуживает внимания. Оно перепечатано в несколько сокращенном виде с пропуском примечаний и таблиц в собрании сочинений Наполеона III (Oeuvres de Napoleon III. 1856. Vol. 4) и переведено на немецкий язык лейтенантом (позднее генерал-лейтенантом) Г. Мюллером. (Берлин, 1856 г.).

 Essenwein A. Quellen zur Geschichte der Feuerwaffen. Факсимильные воспроизведения старых оригинальных рисунков, миниатюр, гравюр на дереве и на меди, вместе с воспроизведением старинного оружия и моделей его. Издание Германского национального музея. Текст Эссенвейна. С 213 факсимильными иллюстрациями. 4-е изд., Лейпциг, 1872 - 1877 гг.

 Thierbach M. Die Geschichtliche Entwicklung der Handfeuerwaffen. Dresden. 1886. App. 1898.

 tyhler G. Die Entwicklung des Kriegswesens und der Kriegfehrung in der Ritterzeit, Breslavl. 1887.

Bd 3. (Пожалуй, наиболее ценная часть широко задуманного сочинения).

 Romocky S. J. von. Geschichte der Explosivstoffe, Berlin; Hannover. 1898. Bd 3. В высшей степени ценное произведение, особенно вследствие включения в него исправленного текста Марка Грека.

 Jdhns M. Entwicklungsgeschichte der alten Trutzwaffen. Berlin, 1899.

 Sixl P. Entwicklung und Gebrauch der Handfeuerwaffen // Zeitschrift fbr historische Waffenkunde. 1899; 1900. Bd l, 2.

 Reimer P. Das Pulver und die ballidistische Anschauungen im XIV und XV Jahrhundert // Zeitschrift fer historische Waffenkunde. 1899. Bd 1. S. 164, 165; Bd 4. S. 367.