Читать онлайн «Ратные подвиги древней Руси». Страница 155

Заключение

На всем протяжении рассматриваемого периода в деятельности существовавших в стране политических и социальных институтов доминировали военные задачи. Особенно актуальными они стали в эпоху Смутного времени начала XVII в., когда вторжения многочисленных вражеских армий создали реальную угрозу самому существованию единого Русского государства. Ценой мобилизации всех сил, в первую очередь земских войск, принудительных сборов чрезвычайных налогов («пятин»), кризис был преодолен, однако новая российская власть, помнившая о прошлых страшных потрясениях и не желавшая их повторения, начинает усиливать государственную машину организацией звена непосредственного исполнения правительственных распоряжений и административных задач. Сложившаяся в прежние годы система центрального военного управления в царствование Михаила Федоровича Романова была дополнена созданием разветвленной системы воеводского управления на местах, благодаря чему в стране создается жесткая властная вертикаль, находившаяся под полным контролем правительственной администрации.

Новая модель местного управления появляется в России еще во второй половине XVI в., наряду с действующими в уездах и волостях Московского государства губными и земскими учреждениями. Первоначально воеводы направлялись лишь в пограничные города, где существовала необходимость введения военной администрации, напрямую подчиненной правительству. Во внутренние уезды страны воевод стали посылать в Смутное время для организации вооруженного отпора действовавшим там войскам самозванцев, интервентов, разорявшим южные районы страны татарским отрядам. О преобладании военных функций в деятельности правительственных эмиссаров свидетельствует анализ выдававшихся им наказных грамот. Так, направленный в 1611 г. на воеводство в Ядрин Мисюрь Соловцов, получил от начальников Первого ополчения Д. Т. Трубецкого и И. М. Заруцкого подробную инструкцию, согласно которой он должен был принять у своего предшественника Василия Кушникова казну и находившиеся в городе запасы, организовать его надежную оборону. Для этого при получении вестей «про крымских или про нагайских воинских людей», он должен был посылать «в подъезд и для языков голов с сотнями». В случае прихода врагов к Ядрину воевода получил приказ о немедленном сборе жителей окрестных дворцовых сел «со всяким оружием» в осаду. При нападении противника на соседние уезды, «которые к Ядрину и к Ядринскому уезду смежны», Соловцову давалось право действовать самостоятельно, по сложившимся обстоятельствам, однако в любом случае воевода обязывался «быти в городе с великим береженьем, и сторожи и отъезжие караулы и заставы ставити урядно, как бы было ядринским людем усторожливо и от приходу воинских людей бережно». Учитывая опыт прежних бунтов и мятежей, от него требовалось «росматривати, чтоб ни в ком шатости <…> и лихих заводов и самоволства не было». Управлять городом и уездом Мисюрю Соловову предписывалось, не ожесточая жителей Ядрина, «к служилым <…> людям ласку и привет держать, и словом во всяких делех обнадеживать». Только в самом конце документа содержалось указание исполнять свои обязанности «в правду», взимая с судных дел пошлины «против Судебника». Окончательно воеводское управление сложилось в Русском государстве к 20-м гг. XVII в. Воеводы и их товарищи назначались Разрядным приказом и утверждались государем и Боярской думой. Со временем круг обязанностей воевод расширился, они сосредоточили в своих руках административные, судебные, финансовые, полицейские функции, контроль за распределением земли, однако важнейшей их задачей оставалась организация обороны вверенных им городов и уездов, учет проживавших там служилых людей и всего боеспособного населения, сбор и хранение ратных запасов. Действия местных начальников регламентировались наказными грамотами. Городовым воеводам поручалось следить за военной подготовкой и вооружением своих подчиненных и готовить им в помощь резервные отряды из посадских и уездных людей. Огнестрельное оружие обязаны были иметь даже крестьяне, бобыли, «поповы и боярские люди», только самым бедным из них «за скудостью» разрешалось иметь для военных надобностей рогатины и бердыши.

В своем строительстве московская армия прошла долгий исторический путь, совершенствуясь вместе с государством. Происходившее в конце XV — первой половине XVII вв. развитие вооруженных сил России делится на 3 этапа, каждый из которых имел свои особенности, повлиявшие на ход шедшей тогда вооруженной борьбы.

На первом этапе началась перестройка московской княжеской армии (конец XV — середина XVI в.), в ходе которой мелкий княжеский и боярский вассалитет превратился в государевых служилых людей — помещиков, получавших за свою службу в условное держание земельные дачи. Так образовалось поместное войско, являвшееся ополчением служилых людей «по отечеству». В результате этих преобразований были созданы предпосылки для успешного решения первоочередных внешнеполитических задач — отвоевания части западнорусских территорий у Великого княжества Литовского и установления мирных отношений с татарскими ханствами.

Главным событием второго этапа (вторая половина XVI в.) стали военные реформы Избранной рады. Важным результатом их осуществления явилось упорядочение службы поместного ополчения Уложением 1555/1556 г. Однако временный характер службы дворянского ополчения перестал устраивать правительство, поэтому оно начинает формирование «приборных» стрелецких и казачьих «приказов» и сотен, размещенных в качестве постоянных гарнизонных войск по городам Московского государства. В военное время лучшие из них включались в состав полевых армий, усиливая огневое прикрытие дворянских сотен. Тогда же было упорядочено управление вооруженными силами, в дополнение к Разрядному и Поместному приказами, созданы Стрелецкий, Пушкарский, Бронный, Каменных дел и другие приказы. На этом этапе правительство приступило к покорению Казанского и Астраханского «царств», позднее началось продвижение русских войск на Северный Кавказ, в Западную Сибирь, была предпринята попытка завоевания Ливонии и Полоцкой земли, шла ожесточенная борьба с крымскими и ногайскими набегами.

На третьем этапе (первая половина XVII в.), начало которого совпадает с эпохой Смутного времени, внутренние усобицы и выступления социальных низов ослабили Московское государство и русскую армию. Необходимость надежного устройства вооруженных сил стала особенно актуальной в условиях частых военных поражений того периода. Разгром лучших войск и потеря важнейших крепостей на западных и северо-западных рубежах, разрушение засек на южных границах вынуждали московское правительство приступить к поиску новых путей развития вооруженных сил страны. В борьбе с врагом власти вынуждены были прибегнуть к помощи земских ополчений, но после преодоления кризиса приступили к восстановлению старой разрядной армии. Но, возраждая привычные формы войсковой организации, обращаясь в случае необходимости за содействием к вооруженному народу, власти стремились использовать и европейский военный опыт. В 1630 г. для участия в приближающейся войне с Речью Посполитой (Смоленская война 1632–1634 гг.) началось формирование первых полков солдатского, рейтарского и драгунского строя. Неудачный исход этой войны не изменил выбранного правительством курса, направленного на создание мощной регулярной армии, однако тяжелое финансовое положение вынуждало власти использовать в военное время все наличные силы: поместное ополчение и «приборные» войска, полки нового строя, отряды «даточных» посадских и уездных людей, а в случае неприятельского вторжения на русскую территорию — всего вооруженного населения.

Несмотря на появление новых войсковых разрядов, ядром вооруженных сил Русского государства на протяжении всего рассматриваемого периода оставалось поместное конное войско. Все остальные ратные люди (стрельцы, казаки, пушкари, служилые иноземцы), мобилизованные посошные и даточные люди в походе распределялись по дворянским полкам, усиливая их боевые возможности. Такое устройство вооруженных сил подверглось реорганизации лишь в середине XVII в., когда были сформированы полки «нового строя», действия которых в составе полевых армий отличались известной автономностью. Показательно, что во второй половине XVII в. меняется и структура московской армии — главным и решающим родом войск становится пехота.

Комплектование вооруженных сил осуществлялось в виде верстания или прибора служилых людей. В первом случае происходило пополнение поместного войска. В необходимом случае в уездах проводился смотр служилых и неслужилых новиков, проверялось их вооружение, количество приведенных с собой боевых холопов, собиралась информация о происхождении и имущественном положении. После этого каждому дворянину или сыну боярскому назначалось определенное поместное и денежное жалованье. При обработке сведений об организации поместной службы был сделан вывод о том, что единая норма верстания служилых людей «по отечеству» в Московском государстве так и не была введена. Величина поместных окладов и дач зависела не в последнюю очередь от численности служилых людей и наличия свободной земли в том или ином уезде. Разнились даже «новичные» оклады. Учитывая вышесказанное, мнение П. П. Епифанова о существовании в масштабах всей страны единой нормы верстания дворян и детей боярских следует признать излишне категоричным. В случае необходимости корпорации городовых детей боярских пополнялись за счет испомещения приборных людей. Известен был и один случай массового верстания поместными окладами служилых казаков. Он произошел в 1585 г. в Епифани, когда из них набрали 300 новых детей боярских, испомещенных в Епифанском уезде «дачами» в 30–40 четвертей земли. О том, что такие случаи имели распространение и впоследствии, свидетельствует обнаруженный факт верстания поместными и денежными окладами 40 короченских казаков в 1644 г.