Читать онлайн «Дипломатия Франклина Рузвельта». Страница 38

Напрасно англичане пытались вынудить Рузвельта поступить более решительно. Черчилль писал в эти дни президенту, что слабая политика в отношении Японии и неумение напугать ее "опасностями войны с двух сторон" приведут лишь к тому, что она утвердится в своей безнаказанности. Разумеется, у Черчилля были свои предложения. Он предлагал сдержать двусторонним американо-английским заявлением Японию, остановить тем самым ее движение на юг к английским владениям. Если же этого не получится, то Соединенные Штаты вынужденно окажутся в военном союзе с Англией на Дальнем Востоке, что автоматически сделает их союзниками Лондона в европейской войне. Вот эту-то опасность и видел Рузвельт, и ее он хотел избежать. Он полагал, что крупные события мировой войны еще предстоят. И у США будет время сделать свой выбор.

Беседуя с недавно назначенным послом Японии в Вашингтоне адмиралом Номурой, президент Рузвельт ограничился несколькими суровыми словами. На протяжении всего периода между февралем и июнем 1941 года Рузвельт продолжал следовать в Азии своей линии затягивания, ослабления, замедления происходивших здесь процессов. Дипломатия использовалась для того, чтобы несколько укрепить позиции Китая, связать руки японцам, подтолкнуть их в сторону от южного направления и сохранить возможность для США повернуться к Атлантике. Рузвельт поощрял надежды японцев в том отношении, что дело может окончиться без военного конфликта. В марте 1941 года он сказал послу Номуре, что "проблемы между нашими двумя странами, несомненно, могут быть решены без военного столкновения".

В апреле 1941 года Рузвельт санкционировал создание так называемой группы "летающих тигров" - американских пилотов, выразивших желание воевать в Китае. Он дал обещание послу Чунцина Сонгу распространить помощь по ленд-лизу на Китай. Первым шагом было предоставление кредита в 50 миллионов долларов. Американцы тотчас же сообщили правительству Чан Кайши, какие виды вооружений оно могло бы приобрести на эту сумму немедленно. Вскоре Китай был официально объявлен получателем помощи по ленд-лизу. В мае 1941 года китайцы начали обсуждать с американскими военными стратегические планы, составлять списки военных материалов, в которых нуждалась китайская армия. Из этого не следует, что в Китай пошла массовая помощь. Несколько десятков американских летчиков в китайском небе не были знаком решительной помощи Вашингтона Чунцину. Это являлось продолжением стратегической линии Рузвельта: удержать японцев на континенте насколько возможно, а основную энергию обратить внутри страны на развертывание военной промышленности и вовне - на концентрацию сил США в Североатлантическом регионе.

После нападения фашистской Германии на СССР важным элементом стратегического мышления в Вашингтоне стали предсказания дальнейшего поведения японцев. Двадцать третьего июня 1941 года глава дальневосточного отдела госдепартамента записал, что вероятными действиями японцев будет удар на север. Так же думал адмирал Тернер из отдела планирования штаба военно-морского флота США. В своем секретном докладе от 2 июня госдепартамент пришел к мнению, что "кажется в целом более вероятным, что Япония решит вторгнуться в Сибирь". В тот же день Чан Кайши получил "достоверную информацию", которой поделился с американцами: Япония разорвет договоры о нейтралитете и "объявит войну России". Заместитель госсекретаря С. Уэллес тотчас довел эту точку зрения до английского посла.

В Вашингтоне видели перед собой много неизвестных величин и не спешили сделать выбор. Рузвельт наблюдал за колебаниями японцев относительно северного и южного направления экспансии. Министру внутренних дел Г. Икесу он говорит 1 июля 1941 года: "Японцы ведут между собой отчаянную борьбу, стараясь решить, куда им нужно прыгнуть - атаковать Россию, атаковать южные моря (таким образом бросив жребий определенно в пользу союза с Германией) или сесть на забор и ожидать развития событий, относясь к нам более дружественно. Никто не знает, каким будет избранное направление, но нам страшно важно для контроля над Атлантикой сохранить мир на Тихом океане. У меня просто недостаточно военно-морских сил для того, чтобы действовать на обоих направлениях - и каждый малый эпизод в Тихом океане означает уменьшение числа кораблей на Атлантическом океане".

В 1967 году в США перевели и опубликовали материалы девяти закрытых конференций, состоявшихся в Токио в июне 1941 года. Решался вопрос, куда нанести удар. Сразу же было признано, что нельзя двигаться по обоим главным направлениям, северному и южному. "Империя не имеет достаточно материальных средств", - заявил министр торговли. Нужно было выбирать. "Худшим оборотом дела, - сказал начальник штаба армии генерал Сугияма, - было бы одновременное нападение на нас Британии, Соединенных Штатов и Советского Союза".

Армия предпочитала наступление на север, флот видел преимущество в ударе на юг. Сугияма высказался за выступление на севере, "если ситуация будет развиваться в нашу пользу". Но в чью пользу будет развиваться советско-германский конфликт - могло показать только время. Японские же руководители боялись упустить момент и соответствующие возможности. Поэтому главный параграф обобщающего документа, прочитанного при молчащем императоре 2 июля 1941 года, говорил о желательности предпринять меры в гарантированном направлении - "в отношении французского Индокитая и Таиланда с целью укрепить наше продвижение в южные регионы. Осуществляя эти планы, Империя не будет остановлена возможностью вовлечения в войну против Великобритании и Соединенных Штатов". Так Япония сделала выбор.

В это время американские шифровальщики совершили своего рода подвиг, найдя ключ к главному японскому шифру. Теперь американцы могли тайно следить за японскими действиями. Но то, что они узнали за кулисами, в общем и целом привело их лишь в еще большее замешательство. Японцы сделали несколько жестов, явно направленных на примирение. Сопоставление мирных предложений и военных приготовлений повергло Рузвельта в состояние нерешительности. Англичане уже почти поверили в то, что Вашингтон вскоре станет их союзником, по крайней мере в Азии. Но прошел июль, август, сентябрь - ничего подобного не случилось. Попадавшие к Черчиллю телеграммы английского посла Галифакса из американской столицы были очень обнадеживающими, но фактом оставалось то, что американцы не сделали ни единого шага в направлении конфликта с Японией. Более того, англичанам пришлось констатировать, что президент Рузвельт как никогда поддерживает идею расширения контактов и переговоров с японской стороной с целью отложить на возможно более отдаленный срок решающую стадию "выяснения отношений" на Тихом океане.

Но принц Коноэ уже не являлся определяющей силой своего правительства. Военные круги считали, что "пауза в отношениях с американцами" желательна лишь до середины октября, когда погода еще благоприятствует полномасштабным военным операциям. Для японских военных было важно предотвратить американские экономические санкции до этого времени. А на уровне высшего руководства 6 сентября 1941 года Япония сделала выбор. В ходе имперской конференции было решено начать войну против США, Англии и Голландии. Переговоры с Америкой превращались в операцию по прикрытию военных приготовлений.

Рузвельт не знал о решении, принятом в окружении японского императора, но перед ним лежали результаты опроса общественного мнения за сентябрь: 67 процентов опрашиваемых считали, что в целях предотвращения дальнейшего усиления Японии СИТА должны пойти на риск войны с ней. Эту воинственность следовало использовать. Переговоры с японцами тоже принимали характер операции по оттягиванию начала конфликта, операции по использованию времени для перевода экономики на военные рельсы. Для США все же оставалось "великим неизвестным", куда направят японцы свою энергию: на север - против СССР или на юг - против США. Рузвельт писал Черчиллю: "Я думаю, что они устремились на север". Встретившись с президентом в Белом доме, адмирал Старк предупредил эскадры на Гавайях и Филиппинах, что "начало военных действий между Японией и Россией очень вероятно".

Пятнадцатого июля 1941 года Рузвельт получил сведения, что Япония в ближайшем будущем оккупирует базы французского Индокитая в целях дальнейшего продвижения на юг. Через четыре дня Леги устно передал Петэну и Дарлану мнение президента. "Необходимо было сказать прямо, что если Япония выйдет победителем, то она будет владеть Индокитаем, если же победят союзники, то владеть им будем именно мы". Пожалуй, это было первое открытое посягательство США на Индокитай, имеющий важнейшее стратегическое значение в Азии.

После того как петэновское правительство согласилось с распространением японского оккупационного режима на весь французский Индокитай, президент Рузвельт 25 июля 1941 года распорядился "заморозить" японские активы в США. Американские активы в Японии ждала та же судьба. Через несколько дней американская миссия по ленд-лизу была послана в Китай, и началось перемещение военных материалов по бирманской дороге. Для нейтрализации действий японских бомбардировщиков США снабдили китайцев истребителями и приступили к обучению китайских летчиков.