Читать онлайн «Подпольные миллионеры: вся правда о частном бизнесе в СССР». Страница 41

Какой вывод из всего сказанного выше? Советские предприниматели не были неудачниками. Они действительно были более предприимчивы, активны и изобретательны, чем средняя масса населения Союза. Но, как и у большей части граждан СССР, слом системы вызвал в их среде дезинтеграцию и потерю ориентиров. В этом смысле цеховики стали такой же жертвой эпохи, как и многочисленная советская интеллигенция. В новое время им пришлось искать себе новое место под солнцем. Получилось это далеко не у всех. И это главная, видимо, причина того, что деятели подпольной советской экономики не составили явно преобладающей части нового бизнес-сословия на постсоветском пространстве.

Хотя некоторым из бывших нелегальных советских предпринимателей удалось практически невозможное. С самого дна они поднялись до командных высот целых отраслей российской экономики. Речь, конечно, прежде всего, идет о легендарных братьях Черных.

Старший из них, Михаил, родился в 1952 году в украинском городке Умань. Вскоре после этого семья перебралась в Ташкент, где появились на свет и два других брата – Лев и Давид. Тогда многие евреи из европейской части СССР перебрались в среднеазиатские республики. Нравы там были терпимее, и заниматься разнообразными частными «промыслами» было гораздо проще.

Черные жили большой семьей – в одном доме с Михаилом, его братьями и родителями обитали также дед по отцовской линии и родители мамы. Отец работал на заводе энергетиком, мать – бухгалтером. Их официальный заработок был мизерным, что-то около 200 рублей на двоих. Однако кроме официальной работы у отца были и другие заработки – он сколотил бригаду шабашников и брал частные подряды на строительство. Старший из сыновей, Михаил, уже лет с семи принимал участие в этом бизнесе.

«Ташкент был достаточно «диким» местом во времена моего детства», – вспоминал Михаил Черной. Для ликвидации последствий катастрофического землетрясения 1966 года в Ташкент съехались рабочие со всего СССР К «большой стройке» подтянулись и асоциальные элементы всех мастей – от мошенников и махинаторов до откровенных уголовников. В этой среде, на городских улицах, прошло детство и юность братьев.

Михаил, старший, с детства увлекался спортом – занимался боксом, играл в баскетбол. В комсомол его не приняли. Но на улице он пользовался уважением. Свой первый бизнес он вместе с такими же крепкими ребятами организовал в городских парках Ташкента – проводил розыгрыши лотереи. Издалека все действительно выглядело солидно. Во вращающийся барабан закладывались шары, на которых были нанесены цифры. Барабан вращался, шары доставались наугад, объявлялся выигравший номер.

Формально устроителем лотереи вроде бы как выступало местное спортивное общество ДОСААФ. Но на самом деле обо всем через знакомых-спортсменов договаривался Михаил Черной – с дирекцией парков, с райисполкомами. Те выдавали разрешение. «Шары» в лотерейных барабанах были шариками для настольного тенниса. Выигрышей было минимально возможное количество. А большую часть собранных денег устроители забирали себе. «Вскоре мы зарабатывали по 30 000 рублей в месяц», – вспоминал потом Михаил Черной. Естественно, он платил регулярные взятки милиции. А также, по его собственному выражению, кое-кому при необходимости «демонстрировал мускулы».

Лотерейный барабан Черной крутил четыре года. Потом устроился работать в одну из республиканских спорторганизаций. У него появилась возможность вместе со спортивными командами перемещаться по всему Союзу. Этим Черной воспользовался в полной мере – начал возить в города Сибири дыни и прочие дары солнечного Узбекистана.

Однако после нескольких стычек с местными бандитами в Красноярске бизнес пришлось оставить. Заработанные деньги Черной вложил в свой цех. Он был организован при местном экскаваторном заводе. Там из «отходов производства», а проще говоря, нелегально добываемого сырья, было налажено производство популярных тогда в СССР тапочек-вьетнамок. Объемы выпуска достигали 5000 пар в день. Вскоре к тапочкам прибавились одежда, пластмассовая бижутерия, колготки, ковры…

«Я никогда не скрывал, что в советскую эпоху был одной из значимых фигур в так называемом «цеховом» бизнесе», – заявил уже в 2000-х годах в одном из своих интервью Лев, младший брат Михаила Черного. В семейном бизнесе Михаил был «кулаками». Лев, который в детстве серьезно переболел полиомиелитом, и ему была ампутирована нога ниже колена – «мозгом» семейного предприятия. Когда в 1987 году открылась возможность свободно проводить экспортно-импортные операции, Черные провернули несколько сделок с продовольствием и заработали свой первый миллион долларов.

Дальше – больше. Познакомившись с Сэмом Кислиным, евреем из Одессы, эмигрировавшим в США в 70-е годы, Черные занялись экспортом из страны сырья и, в обмен, завозом продовольствия и ширпотреба. Поначалу на экспорт шел кокс (сырье для черной металлургии). Чтобы его получить, Черной выстраивал сложные бартерные схемы. На угольные разрезы поставлял автомобили. Выменянный на них уголь отправлял на коксохимические комбинаты. Там оплачивал переработку угля в кокс. Полученное сырье отправлял на экспорт.

Похожую схему Черные чуть позже выстроили и с алюминиевыми заводами. Структуры Черных поставляли им сырье. Платили за переработку. А затем вывозили алюминий на экспорт. Сбыт готовой продукции и закупку глинозема на зарубежных предприятиях контролировали партнеры бывших ташкентских цеховиков – британцы индийского происхождения Симон и Давид Рубены. В госструктурах поддержку бизнеса обеспечивал вице-премьер Олег Сосковец, с которым Михаил Черной сумел прочно «задружиться». Все это вместе – схемы по закупке сырья, доставке его для переработки в Россию, Казахстан и Украину, продажа полученного алюминия – получило название Компания TWG (Trans World Group).

Какое-то время, в 1991–1993 годах, TWG была самой могущественной олигархической группировкой на территории бывшего СССР Кроме алюминия, братья Черные взяли под контроль производство меди, угля, кокса, черных металлов. Ежемесячная прибыль хозяев TWG измерялась десятками миллионов долларов. Для тех времен это были действительно очень, очень большие деньги.

Затем империя обрушилась. Михаил и Лев разругались. С 1992 года братья ведут бизнес раздельно. Одновременно всеобщим достоянием стала информация о связях Михаила Черного и российского преступного мира. Старший из братьев Черных учился в одной школе и дружил с Алимжаном Тахтахуновым, больше известным как Тайванчик. Позже Михаил Черной называл своим другом, например, Антона Малевского, вожака измайловской ОПГ В газетах появились многочисленные статьи о криминальном характере TWG. Вокруг алюминиевых заводов начались настоящие бандитские «войны» с десятками погибших. Михаила Черного обвиняли в том, что он причастен к некоторым из убийств. В 1993 году он покинул Россию, получил гражданство Израиля и с тех пор ни разу в Москве не был.

Бизнес был оставлен на управление менеджерам. Те постепенно взяли на себя все рычаги управления предприятиями. Со временем получили контроль над акционерным капиталом. Стали вполне самостоятельными олигархами. Олег Дерипаска, который управлял алюминиевыми проектами Михаила Черного, сегодня основной владелец корпорации «Русал», крупнейшего производителя алюминия в мире. Оценка состояния – $16,8 млрд.

Владимир Лисин, который курировал в TWG черную металлургию, в середине 90-х годов сумел заполучить контроль над Новолипецким металлургическим комбинатом. Сегодня он – богатейший предприниматель России по версии журнала Forbes с оценкой состояния в $24 млрд. Искандер Махмудов, в прошлом – наиболее доверенный из числа менеджеров Михаила Черного, сегодня владеет «Кузбассразрезуглем», крупнейшей угледобывающей компанией России. Состояние по оценке журнала Forbes – $9,9 млрд.

Ни Михаил, ни Лев Черные, стоявшие у истоков восхождения этих людей к богатству, похвастать миллиардными состояниями не могут. Они, конечно, не бедные люди. Распоряжаются сотнями миллионов долларов. Но по сравнению с масштабными операциями начала 90-х, их нынешний бизнес – не более чем маленький кооператив.

Почему так произошло? Почему подручные Черных сумели закрепить за собой владение крупнейшими российскими предприятиями, а их «хозяева», в свое время и «посадившие» менеджеров управлять этими предприятиями, – нет? Тому есть множество конкретных причин, но если обобщать, то ответ такой: они все же как были, так и остались чужаками для российского истеблишмента.

На волне неразберихи, крушения сложившихся связей и формирования нового строя, Черные, благодаря своим талантам и везению, смогли «оседлать волну». Договорившись, как это умели делать цеховики, с чиновниками, выстроить масштабные схемы. Но как только ситуация начала стабилизироваться, им пришлось отступить на второй план.