Читать онлайн «Новая история стран Европы и Америки XVI–XIX века. Часть 1». Страница 71

Большинство американских просветителей первоначально занимали умеренную позицию в вопросе отношений с метрополией и поддерживали идею гомруля (home rule), т. е. самоуправления североамериканских колоний в составе Британского государства. Так, например, известный ученый и книгоиздатель Бенджамин Франклин (1706–1790) доказывал, что Англия и ее переселенческие колонии являются равноправными и суверенными частями империи. Суверенитет каждой из таких частей заключается в праве ее населения на заключение «общественного договора» и самоуправление, в том числе на создание собственных конституций и выборы собственных ассамблей или парламентов. В 1769 г. Франклин впервые назвал североамериканские провинции государствами (states).

Идеи самоуправления были развиты в многочисленных патриотических памфлетах и философских трактатах 70-х гг. XVIII в. Американские просветители И. Аллен (1737–1789), К. Колден (1688–1776), Б. Раш (1745–1813) и Т. Купер (1759–1839) внесли большой вклад в развитие естественно-правовой теории и придание ей республиканского смысла. Естествоиспытатель и политический деятель Томас Джефферсон (1743–1826) в трактате «Общий обзор прав Британской Америки» (1774) выдвинул тезис о необходимости вернуть народу «права, полученные по законам природы». Характерно, что Джефферсон апеллировал к королю, как «главному чиновнику (chief officer) своего народа, назначенному законом и наделенному властью, чтобы … приносить пользу народу». Но в условиях нарастающего политического кризиса во взаимоотношениях колоний и метрополии стремление к компромиссу быстро сменялось революционными настроениями. В годы войны за независимость американская просветительская мысль приобрела яркий революционный пафос, а ее крупнейшие представители стали «отцами-основателями» молодого государства.

Принятие Континентальным конгрессом 4 июля 1776 г. «Декларации независимости» стало переломным моментом в развитии американского Просвещения. С этого времени общественная полемика сосредотачивается вокруг вопросов конституционного строительства. В рамках американской политической элиты складывается две группировки, одна из которых ориентировалась на последовательную демократизацию общественного строя, а вторая отстаивала либеральные принципы конституционного строительства.

Лидерами демократического течения оставались Т. Джефферсон, Б. Франклин, Т. Пейн. Томас Джефферсон, автор проекта «Декларации независимости» и многих первых законодательных актов североамериканских штатов, отстаивал идею естественных прав человека как «прирожденных и неотчуждаемых». При обсуждении Декларации он настаивал на замене в знаменитой локковской триаде естественных прав («жизнь, свобода, собственность») права собственности на «стремление к счастью». Эти права в сочетании со свободой совести и религии, свободой печати и гарантированным правосудием присяжных должны быть, по мысли Джефферсона, гарантией не личного благополучия, а стремления к счастью всего народа. В индивидуальной же человеческой природе Джефферсон подчеркивал скорее ее несовершенство. «Следует ожидать того времени, а оно недалеко, когда коррупция в этой стране охватит правительство и распространится на основную массу нашего народа, когда правительство купит голоса народа и заставит его заплатить полной ценой, – писал Джефферсон. – Человеческая природа одинакова на обоих берегах Атлантического океана. Настало время остерегаться коррупции и тирании, пока они не завладели нами». Джефферсон полагал, что преодолеть эти опасности может лишь свободный дух народа, защищенный от тирании конституционным устройством. Он считал, что республиканские принципы должны последовательно пронизывать организацию и деятельность федерации, каждого штата, округа и прихода – в этом случае «каждому гражданину лично поручается часть управления народными делами».

В еще более радикальном варианте демократические идеи высказывали Франклин и Пейн. «Почему полномочия контроля, вопреки духу всех демократий, должны быть возложены на меньшинство, а не на большинство? – писал Франклин. – Или вы полагаете, что мудрость есть необходимое сопутствующее качество богатых?». Франклин мечтал о будущем Америки как «страны труда», где люди живут в состоянии «счастливой умеренности». При этом он выступал против радикальных политических изменений и полагал, что произвол толпы может уничтожить достижения демократии. И Франклин, и Пейн уделяли большое внимание вопросам юридического оформления нового общественного строя и доказывали, что конституция представляет собой акт народной воли, учреждающей государственную власть в качестве системы самоуправления.

«Истинной и единственно верной основой представительного правления является равенство прав, – писал Пейн. – Каждый человек имеет право на один голос и не более в выборе представителей. Богатый имеет не больше права лишить бедного права голосовать, избирать и быть избранным, чем бедный богатого; и когда бы это ни предлагалось с любой стороны, это вопрос силы, а не права».

Законодательное закрепление широкого круга прав и свобод американские просветители-демократы считали не только средством социальной политики, а самим «принципом существования власти». В ином ключе конституционное строительство рассматривали либерально настроенные политики, объединившиеся в группировку федералистов. Ее лидерами были Дж. Мэдисон (1751–1836), А. Гамильтон (1757–1804) и Дж. Джей (1745–1829). В 1787–1788 гг. они опубликовали сборник статей «Федералист», комментирующий новую конституцию.

Федералисты придерживались основных принципов естественно-правовой теории и соглашались с необходимостью ограничения политической активности государства с помощью системы разделения властей и федеративного устройства. Однако они предостерегали от чрезмерного увлечения идеей демократии. «Чистая демократия не имеет средств против бедствий, чинимых крамолой, – утверждал Мэдисон. – Общее увлечение или интерес во всех случаях будут владеть большинством, а поскольку широковещательность и единомыслие обусловливаются формой правления, нет ничего, что помешало бы расправиться со слабой стороной или каким-нибудь неугодным лицом. Вот почему демократии всегда являли собой зрелище смут и раздоров, всегда оказывались неспособными обеспечить личную безопасность или права собственности».

Ратуя за ввод системы избирательных цензов, в том числе признание особой общественной роли частной собственности, федералисты настаивали на принципиальном различии самих понятий «демократия» и «республика». Под республиканским устройством они понимали государство, где власть передается небольшому числу граждан, что, в свою очередь, позволяет объединить в рамках одного государства большую территорию со значительным населением. «Общественные взгляды в республике возвышеннее и шире, ибо просеиваются отборным органом, состоящим из граждан, чья мудрость позволяет наилучшим образом определить интересы страны, а любовь к отчизне и справедливости с наибольшей вероятностью не допустит принести их в жертву сиюминутным и своекорыстным соображениям, – утверждал Мэдисон. – При республиканских порядках общественное мнение, выражаемое представителями народа, скорее окажется сообразным общественному благу, чем при демократических, где оно выражается самим народом, собираемым для этой цели».

Гамильтон в своих рассуждениях подчеркивал, что наиболее прочной основой государства являются интересы людей. Неистребимый эгоизм людей делает необходимой систему контроля над государственной властью, но в этом качестве более эффективны судебные органы, нежели «воля народа». Примыкавший к группировке федералистов Джон Адамс (1735–1826), автор монографии «В защиту конституций правительственной власти в Соединенных Штатах Америки» (1788), доказывал, что эту функцию может выполнять и сама федеральная власть при условии последовательного разделения ее на три ветви. Адамс подчеркивал, что система «сдержек и противовесов» («checks and balances») более всего подходит для реализации принципа «правления законов, а не людей», а, следовательно, отражает господство естественных прав человека и защищает общество от любых проявлений деспотизма.

Уже в начале XIX в. на основе идей американских просветителей, «отцов-основателей» первой в истории конституции, сложилась целостная либерально-демократическая концепция общественного развития. В ней отразились основные постулаты теорий народного суверенитета и общественного договора, принципы верховенства законов и разделения властей, республиканизма и приоритета естественных прав человека. Но различие либерального и демократического течений американской политической мысли сохранилось и в последующие годы.

Несмотря на сохранение в XVIII в. политической раздробленности Италии и прочных позиций католической церкви распространение просветительских идей в этой стране имело большой общественный и политический резонанс. Европейскую известность приобрели имена миланских просветителей Пьетро Верри (1728–1798) и Чезаре Беккариа (1738–1794), неаполитанцев Антонио Дженовези (1712–1769), Гаэтано Филанджиери (1752–1788), Джузеппе Галанти (1743–1806). Ширилось издание газет и журналов просветительского толка. Философы были значительными фигурами в придворных кругах Ломбардии, Пармы, Тосканы, Неаполитанского королевства. Их влияние стало важным фактором развертывания реформ «просвещенного абсолютизма» с 60-х гг. XVIII в.