Читать онлайн «Переоцененные события истории. Книга исторических заблуждений». Страница 81

готовых к немедленной погрузке на автомобили или на железные дороги. К тому же, вследствие общего очертания линии фронта, наши перевозки из-за «внешних и обходных линий» совершались по более длинным маршрутам, чем немецкие, которые осуществлялись по «внутренним линиям». Все эти недочеты нужно было исправить быстрым проведением подготовительных мероприятий. Эти причины заставили наше главное командование в конце 1915 г. держать позади французского сектора свободными 29 дивизий, возложив оборону позиций от р. Соммы до Швейцарии только на 38 дивизий. Немцы собирались сосредоточить против этого сектора такое же число дивизий, т. е. 87 (из которых. 7–8 находились в состоянии переброски с Восточного фронта на Западный).

Из-за легкости перебросок вдоль фронта немцы не испытывали необходимости, как мы, держать большое количество войск в общем резерве и ограничивали последний, примерно, 17 дивизиями, располагая в боевой линии 70 дивизий против 58 французских. Именно поэтому противник всегда обладал численным превосходством во всех местных столкновениях, которые он беспрестанно предпринимал против французов. Напомним, наконец, что немецкая артиллерия имела, по сравнению с нашей, подавляющее превосходство, особенно в отношении своих бесчисленных скорострельных тяжелых и сверхтяжелых орудий, обильно снабженных химическими снарядами сильного действия. Наша тяжелая артиллерия состояла всего лишь из нескольких батарей Римайо и старых пушек де-Банжа, извлеченных из крепостей и недостаточно снабженных боевыми припасами. Новые орудия Сен-Шамон и Крезо только что начали выпускаться, а химические заводы, пущенные с опозданием, не позволяли нам бороться в равных условиях в отношении использования газов.

Тем не менее ген. Жоффр в 1916 г. утвердил такой план операций, в котором задачи наступательного характера занимали очень большое место. 6 декабря 1915 г. этот план был оглашен начальником штаба Жоффра ген. Пелле перед собравшимся в Шантильи союзным командованием в лице маршала Френча, английских генералов Робертсона и Мэррэ, бельгийского генерала Вилеманса, итальянского генерала Порро, русского генерала Жилинского и сербского полковника Стефановича. Основные моменты плана заключались в следующем:

1. С точки зрения оборонительной, каждая из армий должна была быть в состоянии воспрепятствовать неприятельскому нападению и оказать возможное содействие той из армий, которая будет атакована немецкими войсками.

2. С точки зрения наступательной, союзники, в особенности те из них, которые располагали значительными ресурсами в людях, должны были интенсивно добиваться истощения противника частичными и местными действиями, а затем все вместе должны были как можно быстрее подготовиться к развертыванию всех своих ресурсов для крупных совместных и одновременных действий, в зависимости от обстановки.

3. На второстепенных фронтах следовало эвакуировать Галлиполи, защищать Египет минимумом войск и организовать междусоюзный фронт в Салониках.

После некоторой дискуссии по вопросам, поднятым, главным образом, представителями Англии, которые предлагали более мощные средства применять в Египте, а от участия в операциях на севере от Салоник отказывались, предложения англичан были приняты. Эвакуация Дарданелл должна была начаться 20 декабря 1915 г. и закончиться 9 января 1916 г. Было вменено в обязанность обеспечить генералу Сарайлю в Салониках организацию экспедиционного корпуса из 4 французских, 5 английских и 6 реорганизованных сербских дивизий. Генерал Дуглас Хэйг, сменивший 19 декабря 1915 г. маршала Френча, во главе британских армий во Франции вошел в тесные сношения с генералом Жоффром в целях подготовки большого франко-британского наступления в районе р. Соммы.

Генерал Фош, командовавший группой северных армий, получил задание руководить французами в этом наступлении; вместе со 2-й армией я оставался в его распоряжении. В январе и в феврале 1916 г., несмотря на имевшиеся указания о возможности немецкого наступления, высшее командование союзников старалось, тем не менее, провести в жизнь решения, принятые в Шантильи. Высший совет национальной обороны

Франции, созванный в Париже 8 февраля, принял к сведению соглашение, заключенное между представителями высшего командования союзников. Это соглашение предоставляло России и Англии возможность закончить восстановление и преобразование своих сил. Предполагалось, что комбинированные операции союзных армий начнутся только в начале лета. В случае, если до этого времени противник начнет наступление против одного из союзников, остальные обязаны были атаковать стоявшие перед ними войска, чтобы облегчить положение атакуемого союзника и внести таким образом свой вклад в общую операцию. <…>

План высшего немецкого командования

В период декабрь 1915 г. – февраль 1916 г. ген. фон-Фалькенгайн принимал свои решения, отдавал приказы и подготовлял при помощи армии кронпринца наступление против Вердена.

В своем труде «Высшее командование немецкой армии с 1914 по 1916 г.» он точно указывает, каковы были его намерения и цели, представляя те и другие в весьма скромном виде.

Нужно было, говорит он, главным образом, нанести решительный удар на Западном театре – единственном театре, где можно было серьезно задеть Англию. Богатая всякого рода ресурсами и до сих пор мало потерпевшая от неприятельских действии, она представляла собой самого сильного врага. Ее можно было поразить подводной войной, но Берлин против этого возражал прежде всего из боязни нейтральных держав и в особенности США. Против континентального участка, который удерживался британскими армиями во Фландрии, было несвоевременно предпринимать значительное наступление зимой, принимая во внимание чрезвычайно неблагоприятные климатические и топографические условия. Лишить Англию ее главной опоры и серьезно подрезать ее силы можно было после того, как будет «покончено» с французской армией, которая, как казалось, приближалась к грани своего сопротивления после 15 месяцев беспрерывных потерь и всяких трудностей. Чтобы этого достигнуть, нужно ли было стремиться к такой отдаленной и

такого огромного значения цели, как Париж? Безусловно, нет. Достаточно было начать сражение на таком участке, который, по соображениям морального порядка, защищался бы Францией до последнего вздоха. Бельфор и Верден отвечали этим условиям. Верден во всех отношениях представлял более подходящий объект, ибо стратегическое и тактическое развертывание наступающих сил здесь было осуществлять легче. Этот выступ французской территории, бедный средствами сообщения, был окружен с немецкой стороны богатой сетью шоссейных и железных дорог, которые позволяли производить быстрое сосредоточение наступающих сил, а глубокий пояс оврагов и лесов облегчал маскировку средств и сил, необходимых для сосредоточения к месту боевых действий. Кроме того, под Верденом не обязательно надо было «выиграть» сражение и дойти до сердца крепости, так как для спасения этого сердца французская армия могла бы драться до полного истощения. Короче говоря, имелось в виду пустить в ход мощный боевой порядок, богато снабженный материальной частью, – боевой порядок, который действовал бы, как пиявка, не требуя большого количества людей. Пункт приложения наступающих сил выбран по правому берегу

р. Маас, в районе, более удобном для связи с немецкими тылами. Здесь намечалось наносить удары столько времени, сколько потребует ход борьбы, предпринятой для полного истощения французской армии. Наконец, еще одно соображение первостепенного порядка оправдывало, с точки зрения Фалькенгайна, выбор Вердена: захват этой крепости избавлял от угрозы главным путям немецких сообщений и металлургическому бассейну Бриэ со стороны крепости Верден.

Я не возвращусь к этому аргументу, который гораздо менее важен, чем ранее приведенные начальником германского генерального штаба, и который обнаруживает полное незнание наших возможностей.

В противоположность взглядам Фалькенгайна, кронпринц, на которого были возложены подготовка и проведение действий против Вердена, не был согласен с этим суженным планом, как это он сам указывает в своих «Воспоминаниях». По его мнению, немецкая армия не должна была повторять неудачу под

Верденом; нужно было добиться, чтобы он пал. А этого можно было достигнуть только возобновлением с еще большей настойчивостью и энергией маневра 1914 г., т. е. обойти укрепленный район по обоим берегам р. Мааса и так сдавить его тылы, чтобы передовые позиции в силу этого оказались беззащитными. Вторичное сражение под Марной не сорвало бы такой операции. Реализация последней представлялась весьма благоприятной, потому что на юго-востоке немцы уже укрепились на высотах р. Мааса, в Сен-Миель, и на левом берегу реки.