Читать онлайн «Агония 1941. Кровавые дороги отступления». Страница 75

9.153-й стрелковой дивизии по выходе из окружения сосредоточиться в районе Любавичи в армейском резерве.

Отходя с тяжелыми боями, оседлав дорогу Орша — Смоленск, воины 20-й армии сдерживали врага, не давая ему возможности выйти на прямой путь к Смоленску. Жестокие бои шли на реке Оршица, у деревень Крапивно, Высокое, Осиновка, Осинторф, Дубровно. Советские воины не отдавали врагу без боя ни одного населенного пункта.

Тяжелая обстановка сложилась в полосе обороны 153-й стрелковой дивизии, потерявшей связь и соприкосновение с главными силами 20-й армии. Немцы все сильнее сжимали кольцо окружения вокруг ее частей, у которых почти не осталось боеприпасов. И тогда полковник Гаген принял решение пробиваться из окружения на соединение с главными силами.

Отбиваясь от наседавшего со всех сторон врага, дивизия к утру 17 июля вышла на западный берег р. Черница в районе Слепцы, Логуны, Кароли. Разведка доложила, что на другом берегу реки заняли оборону подразделения гитлеровцев. Для прорыва через реку был сформирован ударный отряд (разведбатальон, батальон связи, саперная рота) под командованием майора Дудника, который внезапной атакой разгромил заслоны врага у деревни Добромысль и пробил небольшой коридор.

Части дивизии с боем форсировали реку и, выполнив трудный марш, к утру 19 июля вышли в район Любавичи, где в течение двух дней вели бои на рубеже Зоричи, Любавичи с преследовавшими их подвижными отрядами немцев. В ночь на 21 июля остатки дивизии (около 800 человек) двинулись в направлении Рудни, но наткнулась на вражеские заслоны[419].

Круто изменив направление движения, дивизия полковника Гагена к утру 22 июля вышла к перекрестку шоссейных дорог Витебск — Смоленск и Минск — Москва в районе деревни Надвы, где два дня перекрывала движение немецких колонн по этим магистралям. Немцы, конечно, не могли смириться с этим обстоятельством и направили в этот район свои мотомеханизированные части. Под их сильным натиском дивизия начала отход и 24 июля вышла в район Мирское, Тишино, где и установила связь с войсками Западного фронта.

Как отмечалось в журнале ее боевых действий, «исключительная организованность, бдительность, железная воинская дисциплина, беспредельный героизм и самоотверженность всего личного состава дивизии — вот причины успешных боев в тяжелых условиях окружения»[420].

Военный совет Западного фронта за высокую организованность, героизм и отвагу, проявленные в боях, объявил личному составу 153-й стрелковой дивизии благодарность, представив отличившихся воинов к награждению орденами и медалями. И в дальнейшем дивизия добросовестно выполняла свой воинский долг. По данным ее штаба, части дивизии за период с 22 июля по сентябрь 1941 года уничтожили 44 танка, 56 орудий, 67 пулеметов, несколько сотен гитлеровских вояк[421].

Сумела выйти из вражеского окружения и 1-я мотострелковая дивизия, командование которой приняло решение в ночь на 17 июля осуществить прорыв в направлении Горки, Могилев. По приказу полковника Глуздовского в частях были уничтожены оперативные документы, оставшиеся без горючего автомашины и тяжелая боевая техника. С собой забиралось только стрелковое оружие.

Внезапной ночной атакой воины дивизии прорвали кольцо окружения и двинулись по тылам 2-й танковой группы вермахта в район Могилева, где соединились с частями 61-го стрелкового корпуса. В боевом строю дивизии после тяжелых боев осталось только 1200 красноармейцев и командиров. По приказу командира 61-го стрелкового корпуса генерала Бакунина они вместе с батальоном 110-й стрелковой дивизии заняли оборону на рубеже Вильницы, Дары, прикрыв тыл дивизии генерала Романова.

Удалось выйти из окружения 161-й стрелковой дивизии и штабу 2-го стрелкового корпуса. Вечером 15 июля части корпуса незаметно выдвинулись к Мстиславской дороге в районе Шепилы и в 3 часа ночи нанесли удар по двигавшейся по ней автоколонне противника. Атаку поддержал и 151-й корпусной артполк, нанесший удар по дороге южнее Ширки.

Шедшая по дороге вражеская колонна понесла от неожиданного удара советских воинов большие потери. Только 161-я стрелковая дивизия уничтожила 9 танков, 3 бронемашины, одну легковую и штабную машины, две цистерны с горючим, 22 автомашины с боеприпасами и несколько мотоциклов. В Шепилах был подожжен и вскоре взорвался склад боеприпасов. В результате боя были захвачены документы штаба соединения противника и убит немецкий генерал-майор танковых войск[422].

161-я стрелковая дивизия (без 542-го сп), штабы, обозы и корпусные части перешли Мстиславскую дорогу и двинулись по маршруту Шепилы, Волымерово, Долговичи, Грабалова, Нешковка, Белица, Походовичи и далее на Кричев. В ночь на 17 июля части корпуса сосредоточились в лесу восточнее Озерцы. Некоторые части 161-й стрелковой дивизии (603-й сп и 632-й гап) при подходе к Кричеву были задержаны командиром 45-го стрелкового корпуса и получили задачу на оборону города.

17 июля 161-я стрелковая дивизия была выведена в район Глуховки, а через несколько дней двинулась в район Гжатска на доукомплектование, после чего продолжала вести боевые действия в составе 20-й армии Западного фронта[423].

В результате продвижения гитлеровских войск к Ярцеву, Смоленску, Мстиславлю и Кричеву в тяжелое положение попали и войска 19, 16 и 13-й армий Западного фронта, они оказались в оперативном «мешке». Попытки отдельных соединений и частей этих армий контратаковать продвигавшиеся на восток мотомеханизированные колонны противника значительных успехов не приносили.

19-я армия разрозненными соединениями и частями продолжала вести бои в разных районах Смоленщины: 29-й стрелковый полк (38-й сд) — под Смоленском, 48-й сп — под Ярцевом; по одному полку 127-й и 129-й стрелковых дивизий и пять батальонов 158-й — под Смоленском; еще один полк 127-й стрелковой дивизии — в Рославле.

Отдельные части 34-го стрелкового корпуса были выгружены из железнодорожных вагонов далеко от места сосредоточения главных сил. Да и перевод штаба армии из-под Рудни на станцию Кардымово на целые сутки прервал связь с войсками и руководством Западного фронта.

Тяжелая обстановка продолжала оставаться и в войсках 13-й армии, разрезанной на части танковыми клиньями гитлеровцев. Остатки 45-го стрелкового корпуса (отдельные части 148-й и 187-й сд) вели бои южнее Могилева, а некоторые части и подразделения отошли в район обороны дивизий 21-й армии. Основные силы 148-й стрелковой дивизии вели тяжелые бои с противником на рубеже реки Проня.

В окружение попали 132, 137, 160-я дивизии 20-го стрелкового корпуса, ведущие изолированные очаговые бои. Два батальона 160-й стрелковой дивизии закрепились в районе Усачева, некоторые подразделения корпуса сосредоточились в районе Слободы.

Положение усугубило то обстоятельство, что командование 13-й армии потеряло связь с 61-м и 20-м стрелковыми корпусами, штабом фронта, поэтому для получения дальнейших указаний в Ярцево на самолете У-2 16 июля вылетел начальник Оперативного отдела армии полковник Иванов. Маршал Тимошенко утвердил решение командарма-13 о нанесении удара по противнику силами 20-го стрелкового корпуса и об отводе войск армии за реку Проня. Одновременно маршал потребовал во что бы то ни стало удержать Могилев[424].

Но к этому времени обстановка в полосе обороны армии генерала Герасименко значительно ухудшилась. Планируемый контрудар не состоялся, все дивизии были втянуты в тяжелые оборонительные бои и разрозненно отходили под натиском противника, стремясь избежать окружения. Да и у многих из них отсутствовала связь с вышестоящим командованием, поэтому задача на нанесение удара по немцам до них не была доведена. Да и прорыв противника у Пропойска внес свои коррективы в действия войск.

Под сильными ударами мотомеханизированных частей противника и его авиации соединения 13-й армии, оборонявшиеся на Проне, были вынуждены начать поспешный отход за Сож. Теперь наносить удар частями 20-го стрелкового корпуса на Чаусы было нецелесообразно, и командующий армией дал разрешение на отвод его частей за Сож и поставил задачу на организацию обороны на ее берегу.

Но это уже было нелегко выполнить попавшим в окружение ослабленным дивизиям, потерявшим связь с командованием корпуса и армии. Перед их командирами встала задача — как можно с меньшими потерями личного состава и боевой техники вывести свои соединения из окружения.

Части 137-й стрелковой дивизии, отошедшие за реку Бася, в течение дня вели бои в полуокружении в районе Любавино. Получив приказ на выход за Сож, они двинулись к реке, преследуемые противником с двух флангов. Гитлеровцы, одновременно вышедшие к реке, сосредоточили по начавшим переправу 19 июля у деревни Александровка-1 частям дивизии сильный минометно-пулеметный огонь. Достичь противоположного берега реки удалось только немногим советским воинам…