Читать онлайн «Сталинские соколы - Анализ действий советской авиации в 1941-1945 гг». Страница 47

Бой с немецкими бомбардировщиками. В отличие от предыдущего года, в 1942-1943 гг немецкие бомбардировочные части все чаще стали подвергаться нападению со стороны советских истребителей. Характерная для русских истребителей оборонительная тактика в борьбе с немецкими бомбардировщиками ушла в историю. Только подполковник фон Ризен указывал на то, что в 1943 г в Ленинградской области группы немецких бомбардировщиков практически безнаказанно выполняли свои задания, несмотря на близкое присутствие советских истребителей.

Одновременно он же говорит о том, что на пары бомбардировщиков Люфтваффе очень часто нападали советские истребители, и особенно на те, которые пытались прорваться к железной дороге Ленинград-Москва. Такие истребители часто перехватывали немецкие бомбардировщики еще на подходе к железной дороге, и это говорило о том, что служба оповещения, основанная на оптическом и акустическом наблюдении, функционировала хорошо.

Подобной эффективности можно было ожидать и от системы наведения истре бителей Однако немец ким бомбардировщикам, которые выполняли полет в облаках и меняли курс, часто удавалось избегать встреч с русскими истребителями.

Другие офицеры Люфтваффе указывают на то, что немецкие бомбардировщики должны были постоянно предпринимать меры для отражения внезапных атак русских истребителей, что, в итоге, делало эти полеты достаточно сложными.

Таким образом, активные действия русских истребителей вынуждали немцев летать на задания крупными группами, отвлекая значительные силы от выполнения других боевых задач.

Выбирая направление и высоту полета, бомбардировщики теперь были вынуждены учитывать атакующие возможности русских истребителей. Рост технических характеристик истребителей противника привел к тому, что немцам пришлось смещать время вылета ближе к ночи или к утренним сумеркам, а также привлекать для сопровождения все большее количество истребителей. Советские истребители в своих атаках стали отличаться большим упорством и, если бы их нападения были более системными, организованными и начинались с превышением высоты, то эффективность таких атак была бы значительно выше.

Как бы то ни было, возросшая обороноспособность русских истребителей в 1942-1943 гг все же не смогла в значительной степени воспрепятствовать налетам немецких бомбардировщиков.

Майор Брукнер - в годы войны летчик-бомбардировщик, вспоминая о своих встречах с советскими истребителями, говорил, что русские часто атаковали одновременно со всех сторон, пытаясь рассеять вначале истребители сопровождения. Затем они брались за бомбардировщики и, атакуя с хвоста, умело использовали "мертвое" для оборонительного огня пространство, которое было у Не 111. Атака под углом сзади и сверху была менее результативной, так как немецкие бомбардировщики смыкались в плотные боевые порядки и встречали истребители организованным сосредоточенным огнем.

Русские практически не использовали атаку с хвоста с двух сторон наиболее опасную для бомбардировщиков, так как она требовала от них рапределения ответного огня по разным направлениям, что резко снижало эффект оборонительных действий.

Хорошая организация управления немецких бомбардировщиков при отражении атак русских истребителей в большинстве случаев сводила на нет все усилия последних сорвать удар по наземным целям. Ошеломленные внезапным плотным заградительным огнем, русские быстро уходили с боевого курса и редко возвращались для повторной атаки.

Боясь приблизиться к боевым порядкам немецких бомбардировщиков, русские пилоты часто вели огонь с дальних дистанций, впустую тратили боеприпасы и не добивались поставленной задачи. Потери немецких бомбардировщиков во время атак истребителей противника скорее говорили о несовершенстве координации оборонительных действий со стороны немцев, чем об умелом построении наступательных маневров русских.

Немецкие летчики-бомбардировщики отмечают, что нападения советских истребителей чаще всего следовало ожидать после сброса бомб на цель во время перестроения боевых порядков для следования на базу. В этот момент организовать эффективную оборону было достаточно сложно, поэтому избежать потерь не всегда удавалось. В заключение майор Брукнер отмечает, что в 1943 г. в дневное время суток в условиях численного превосходства русские истребители демонстрировали возросшую агрессивность, были лучше обучены и достаточно успешно боролись с бомбардировщиками Не 111 и Ju 88. Однако, невзирая на известный прогресс, в 1943 г. советские истребители не смогли существенным образом улучшить ситуацию в борьбе с немецкими бомбардировщиками.

Действия советских истребителей против немецких бомбардировщиков в 1942-1943 гг. могут быть обобщены следующим образом.

1. Истребительная авиация русских перешла от обороны к наступательным действиям против бомбардировщиков, что вынудило последних усилить оборонительный потенциал.

2. Всякий раз, когда заградительный огонь немецких бомбардировщиков был эффективен, русские истребители отказывались от продолжения атаки.

3. Очень часто русские истребители открывали огонь с дальних дистанций.

4. Служба воздушного наблюдения и оповещения русских значительно улучшилась.

Бой с немецкими пикирующими бомбардировщиками. Весной 1942 г. советские летчики-истребители в борьбе с немецкими пикирующими бомбардировщиками также стали более упорными и агрессивными. Все немецкие командиры отмечают это обстоятельство.

Капитан Пабст указывает, что в начале 1942 г. советские истребители редко нападали на пикирующие бомбардировщики немцев, которые атаковали черноморские порты, а если такое и случалось, то неуверенные действия русских легко отражали немецкие истребители сопровождения. На ранней стадии Сталинградского сражения советские истребители неохотно ввязывались в бой и часто уходили, если немецкие истребители сопровождения замечали их появление.

Однако эта ситуация вскоре изменилась. Усилив свою истребительную авиацию самолетами, имеющими пушечное вооружение, русские пресекали нападения пикирующих бомбардировщиков внезапными атаками снизу.

Иногда группы немецких пикирующих бомбардировщиков подвергались атакам до 30 истребителей русских еще на подходе к Сталинграду, что вынуждало их разворачиваться на обратный курс или предпринимать повторные атаки после перестроeния. В районе Сталинграда пикирующим бомбардировщикам навязывался ожесточенный бой, в котором русские истребители атаковали со всех направлений.

В этих схватках русские демонстрировали отчаянную храбрость, иногда граничащую с глупым упрямством. Тот же Пабст вспоминает, как в одном из боев два русских пилота столкнулись на максимальной скорости, пытаясь его таранить в лобовой атаке: "Я едва успел увернуться от обломков самолетов этих упрямых и глупых русских, которые во что бы то ни стало хотели меня протаранить!" Майор Мейер пишет, что в 1943 г. в районе Орла его штурмовой авиачасти противодействовали отборные русские истребители, которые были отчаянными сорвиголовами, хорошо обученными, превосходными летчиками, знающими слабые стороны немецких пикирующих бомбардировщиков. Их самолеты Як-9 имели мощный двигатель и были способны с хорошей скороподъемностью совершать атаки снизу. Они вели огонь изо всех стволов с небольших дистанций короткими очередями, стремясь в первую очередь сразить командиров групп (так, восемь из них погибли в течение всего одной недели).

В одном из боев Мейеру пришлось спасаться из горящей кабины своего самолета, который подбил настойчивый русский пилот. Сбросив фонарь кабины, летчик стал выбираться на крыло, но русский пилот продолжал вести огонь. Фонарь, подхваченный тугой струей воздуха, ударил прямо в двигатель русского самолета, тот загорелся и пошел на вынужденную посадку. Мейер раскрыл парашют и, оглядевшись, заметил, что на посадке русский самолет опрокинулся на спину. Приземлившись невдалеке от разбившегося противника, немецкий летчик бросился к самолету и увидел мертвого русского пилота, висящего на привязных ремнях. Мейера поразило, что это была женщина, без воинских знаков различия и парашюта.

В отборных авиаполках, по мнению Мейера, воевали очень сильные пилоты - и это говорило о том, что потенциал у русских истребителей в это время был достаточно высок.

Майор Ралль также подчеркивает, что в боях с немецкими пикирующими бомбардировщиками русские пилоты достигли определенного прогресса. Они все чаще перехватывали пикировщики на подходе к цели или на обратном пути, где последние были наиболее уязвимыми, так как в это время не прикрывались истребителями. Русские научились извлекать выгоду из работы усилившейся системы воздушного наблюдения и оповещения, а наземные командные пункты управления передавали по радио своим истребителям точную и ясную информацию.