Читать онлайн «Александр III и его время». Страница 130

1. ТУРКМЕНИЯ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XIX В.

Туркмения занимала обширную территорию (488,1 тыс. кв. км) на юго-западе Средней Азии. На западе омывалась Каспийским морем, образующим довольно крупный залив Кара-Богаз-Гол (Кара-Бугаз) и существенно меньший по площади Красноводский залив. Восточная граница региона несколько заходила за реку Амударью. На юге Туркмения примыкала к Персии, чётко очерчивалась хребтом Копетдаг (высотой до 3117 м) и горными странами на севере Афганистана. Там с гор спускались реки и ручьи, дающие жизнь южным туркменским оазисам. На севере земли края подступали почти к самому Аральскому морю.

Большую часть Туркмении занимала пустыня Каракум, одна из самых бесплодных на земле. Наиболее населённые земли региона находились на юге, где оазисы вытянулись вдоль гор длинной и узкой лентой. Центром Туркмении, находящимся рядом с Копетдагом, был Ахалтекинский оазис, или Ахалтеке.

На востоке крупные оазисы располагались по течению рек Теджена (Гери-руда) и Мургаба. В XIX в. Марыйский (Мервский) оазис потерял уже своё прежнее значение крупнейшего культурного центра Средней Азии, но многочисленные остатки древних сооружений ещё свидетельствовали о его славном прошлом. Тем не менее Марыйский оазис оставался наиболее населённым районом Туркмении конца XIX столетия. Гораздо меньшее значение имели оазисы Иолатан и Пенде, находившиеся к югу от Мерва.

Климат резко континентальный, засушливый, с большой годовой и суточной амплитудами температур, малой влажностью воздуха, высокой испаряемостью и небольшим количеством осадков. Растительность в основном пустынная. В пустыне на песках растут кустарники: белый и чёрный саксаул, кандым, черкез, песчаная акация. Ущелья Западного Копетдага богаты дикорастущими плодовыми (виноград, яблоня, боярышник, алыча, миндаль, гранат, грецкий орех, инжир, фисташка).

Хозяйство туркмен носило смешанный характер. Его определяли скотоводство и земледелие на поливных и богарных (без искусственного орошения) землях. Среди зерновых преобладали ячмень и пшеница, широко распространялось садоводство и бахчеводство. Особенно большое значение имели коневодство и овцеводство. Высоко ценились и экспортировались шкурки каракульских овец (148, т. 1, кн. II, гл. VI).

Большинство туркмен перед присоединением к России не были кочевниками в собственном смысле слова. Однако, несмотря на постоянную связанность с земледелием и садоводством, они жили в кибитках и только немногие в небольших глинобитных хижинах.

Городская жизнь в Туркмении была развита слабо, и даже крупнейший туркменский центр Мары (Мерв) представлял собой группу поселений, сосредоточенных в окрестностях обширной, но пустой крепости Коушут-Кала. Внутри крепости находился только небольшой аул.

Значительная масса туркмен принадлежала к племени текинцев (текке). Кроме текинцев, в разных районах Туркмении жили другие племена. К числу наиболее значительных принадлежали сарыки, населяющие район Иолатана. В Серахсе жили салыры (салоры), а Каахку населяло немногочисленное племя алили (алилийцы). У берегов Каспийского моря обитали иомуты. Они по преимуществу были кочевниками. Примыкавшие к ним с востока токлены вели оседлый образ жизни и занимались земледелием. Существовали и более мелкие племена, порой теснимые более сильными.

Примечательно, что туркменские племена не признавали над собой какой-либо высшей власти. По свидетельству генерала Куропаткина, «каждый туркмен держит себя вполне независимо и никому не даёт отчёта. Храбрейшие и наиболее ловкие из родовых старшин избираются во время грабительских походов».

В политическом отношении Туркмения была раздроблена. Текинцы выбирали ханов, которые, впрочем, пользовались ограниченной властью и находились в зависимости от собрания представителей родов — генгеш, маслахат (399, 1931, № 5—6, с. 34). Эти собрания созывались для разрешения важнейших вопросов, «когда дело касается всего народа или целого племени». В Мерве собирался генгеш, в Ахалтеке — маслахат. В 20-х гг. XIX столетия Россия стремилась укрепить политические и экономические связи с туркменами.

К середине XIX в. значительная часть туркменских племён добровольно приняла русское подданство.

Утвердившись в центральной и восточной части Средней Азии, Россия с конца 1870-х гг. вынуждена была начать своё продвижение на её юго-запад, в земли туркмен. Одной из причин тому явилось осложнение в этом регионе обстановки в связи с энергичными подрывными действиями британских агентов. В 70—80-х гг. Персия, в частности её северная провинция Хорасан, стала опорной базой военно-политической экспансии британского льва в Средней Азии. Премьер-министр Англии Биконсфильд 22 июля 1877 г. высказал королеве Виктории своё мнение: «Если Россия должна быть атакована из Азии, то войска должны быть отправлены в Персидский залив, и императрица Индии (т. е. королева Виктория. — Е. Т.) должна приказать своим армиям очистить Среднюю Азию от московитов и загнать их в Каспий. Мы имеем хороший инструмент для осуществления этого в лице лорда Литтона, который и послан туда с этой целью» (401, р. 155).

Джон Буль установил связи со среднеазиатскими ханами, пытался договориться и с вождями туркменских племён. Британские экспансионисты развязали вторую агрессивную войну против афганского народа. В конце 1878 г. их войска вторглись в Афганистан и заняли его важнейшие города: Кабул, Кандагар, Газни…

Другой важной причиной начала боевых действий России против туркмен явились их непрекращающиеся нападения на русские гарнизоны. Грабёж, разбои (аламаны) туркмены возвели у себя в ремесло. Начиная с осени и до весны они собирались бандами от 150 до 1’000 человек и отправлялись в набеги на соседние земли.

Покорение этих закалённых, воинственных наездников представляло значительно большие трудности, нежели подчинение среднеазиатских ханств. Опорным пунктом для продвижения в Туркмению стал Красноводск, основанный в 1869 г. Петербургские столоначальники решили завоевание туркмен провести войсками Кавказского военного округа, переправив часть их на восточный берег Каспия.

9 апреля 1874 г. высочайшим указом было утверждено временное положение об управлении Закаспийским краем, в район которого вошло всё пространство по восточному берегу Каспийского моря, от Мёртвого Култука до Атрека и в глубину морского берега до западных границ Хивинского ханства. Всё это пространство с прилежащими к нему островами составило Закаспийский военный отдел, начальником которого стал генерал-майор Н. П. Ломакин. Место его пребывания учредили в Красноводске. В 1877 г. Ломакиным производились деятельные рекогносцировки в направлении Ахалтекинского оазиса (23, оп. 1, ед. хр. 495, л. 134 об.), занимавшего площадь 3860 кв. км. Как отмечалось выше, оазис населяли туркестанские племена текинцев (около 100 тыс. человек), которые оказывали ожесточённое сопротивление русским войскам и царской администрации.

В мае 1877 г. отряд русских войск, практически без сопротивления, занял Кызыл-Арват. Однако, не сумев там закрепиться, они вынуждены были его покинуть из-за большой отдалённости от основной красноводской базы. Осенью 1878 г. Ломакин заложил на реке Атрек укрепление Чат, начальнику которого поручалось добиваться сближения с туркменами, изучать их внутренний быт, заботиться о развитии торговли (228, с. 349).

Тогда же войска Закаспийского отдела неоднократно отражали нападения туркмен на русские посты в различных пунктах.

Чтобы подавить выступление текинцев русские войска предприняли две Ахалтекинские экспедиции.

В июле — августе 1879 г. состоялась первая Ахалтекинская экспедиция (10 тыс. человек при 34 орудиях). Целью её было взятие Геок-Тепе (крепости Денгиль-Тепе) — главного опорного пункта текинцев в 45 км северо-западнее современного Ашгабата. Экспедиция кончилась неудачно. В походе заболел и умер руководитель её храбрый кавказский генерал-адъютант И. Д. Лазарев. Место его с 14 (26) августа занял генерал-майор Н. П. Ломакин.

Когда авангард 28 августа (9 сентября) подошёл к Геок-Тепе, огромная толпа текинцев, размахивая шашками и подбрасывая вверх шапки, быстро двинулась из крепости Денгиль-Тепе. Русские выждали и после нескольких залпов заставили текинцев спасаться в крепости, у ворот которой произошла страшная давка. Солдаты сгоряча гнались за текинцами со штыками почти до самых стен, пока те не скрылись. Ворота были затворены и завалены чем попало. Однако после подхода главного отряда штурм крепости не был достаточно продуман. Перед русскими возвышались укрепления, сбитые из глины, высотой свыше 6 метров. Начатая атака не удалась. В какие-нибудь полчаса третья часть пехоты была изрублена. Погибло 200 солдат и офицеров, 250 ранено. Батальоны отступили в беспорядке. Темнота ночи ещё более усугубила суматоху. Бог весть чем бы всё кончилось, если бы в это время текинцы не собрались на маслахат. На совете текинцы поняли, что понесли большие потери: оказалось до 2 тыс. убитых, главный предводитель Берды-Мурат-хан тяжело ранен и что, пожалуй, им выгоднее просить мира. Наутро они хотели начать переговоры. Но когда выборные собрались ехать в лагерь, русский отряд успел уже сняться с бивака. Прошёл ещё день, текинцы наконец поняли, что одержали победу. Начались угощения, скачки, пальба из ружей. Все русские пленные были изрублены, с трупов несчастных собирали жир для заживления своих ран (47а, с. 273—275).