Читать онлайн «Битва двух империй. 1805–1812». Страница 120

Ещё бы, ведь слава этих прошедших огонь и воду всадников наполняла врага ужасом. Только 11 мая 1811 г. в кровавой битве под Альбуэрой три эскадрона Вислинских улан в едином порыве просто уничтожили целую английскую бригаду генерала Колборна, захватив пять британских знамён! После этого англичане отдали приказ не брать поляков в плен, а испанцы прозвали Вислинских шеволежеров «адские польские пиконосцы». Ясно, что командующему армии юга не хотелось терять таких бойцов.

В результате в русской кампании принял участие полностью только 8-й полк шеволежеров-улан, который к моменту начала подготовки к походу находился во Франции. А из 7-го в походе на восток принял участие всего лишь один взвод под командованием поручика Богуславского, который догнал армию в конце августа недалеко от Вязьмы, и маршевый эскадрон, сумевший все-таки вырваться в июне 1812 г. из Испании и подошедший навстречу остаткам армии только в декабре 1812 г.

Добавим, что конные егеря, набранные в Гамбурге маршалом Даву, также получили пики вместе с названием 9-й полк шеволежеров-улан.

Кроме этих шеволежеров, с севера Германии в рядах французских войск шел 1-й сводный прусский уланский полк и вестфальский гвардейский шеволежерский полк. Оба этих полка были вооружены пиками. Наконец, в рядах армии императора сражались также саксонский полк шеволежеров-улан принца Клеменса и 1-й и 2-й бергские уланские полки[80].

Но все-таки в вопросе пиконосной кавалерии император надеялся прежде всего на поляков. В 1812 г. кавалерия герцогства Варшавского насчитывала в своих рядах 10 уланских полков (из 16 кавалерийских). Это были полки кавалерии, носившие номера 2, 3, 6, 7, 8, 9, 11, 12, 15, 16-й, великолепные конные части, где владению пикой обучали мастера своего дела.

Наконец, в гвардии состоял 1-й польский шеволежерский полк, бойцы которого виртуозно владели пиками. По его образу и подобию был создан и 2-й шеволежерский уланский полк, однако его сформировали из бывшего полка гвардии Голландского королевства. Голландские уланы своим печальным примером доказали то же, что и русские гусары, вооруженные пиками: пика — это оружие только для того, кто умеет хорошо ею владеть. Голландские уланы были не раз биты.

Несмотря на этот последний неудачный пример, обращает на себя внимание то, что в наполеоновской армии впервые было собрано такое огромное количество кавалерии, вооруженной пиками, — 25 уланских и шеволежерских полков. Наполеон надеялся, что на аванпостах уланы смогут противостоять казакам, грозные пики которых деморализующе воздействовали на французских кавалеристов, а в больших сражениях помогут кирасирам прорывать неприятельские каре.

Однако император обращал внимание не только на оружие атаки, но и предусмотрительно заботился обо всех мерах, необходимых для обороны. Несмотря на сосредоточение гигантских масс войск, продолжались работы по укреплению Модлина, Замостья и предмостных укреплений на Висле. В письме из Парижа своему начальнику штаба маршалу Бертье император писал: «Если русские не сделают никаких движений, мы должны оставаться на месте, привести в порядок Мариенбург, пополнить запасы Торна, Данцига и не двигаться, так как мы находимся в состоянии мира. Я хотел бы, чтобы мы так дожили до мая. Однако, если русские объявят войну, князь Экмюльский (Даву) должен подтянуть баварцев к Торну, предупредить герцога Эльхингенского (Нея), что он должен двигаться на Познань, а герцога Реджио (Удино) — что ему необходимо двигаться на Вислу»81.

Как известно, никакого наступления русской армии не началось, и французские корпуса, отдохнув, продолжили выдвижение вперед. К началу мая вся Великая Армия развернулась на рубеже Вислы. 26 мая Наполеон отдает распоряжение форсировать реку и продвигаться вперед к границам Российской империи.

В результате 31 мая 1812 г. Великая Армия развернулась на 400-километровом фронте от Кенигсберга до Люблина.

На крайнем левом фланге у Кенигсберга стояли войска прусского контингента, составившего основу будущего 10 корпуса.

1-й корпус маршала Даву располагался от Эльбинга до Мариенбурга,

2-й корпус Удино — в районе Мариенвердера,

3-й корпус Нея — перед Торном,

4-й корпус Евгения Богарне развернулся между Липно, Плоцком и Вышгородом,

6-й корпус Сен-Сира находился вместе с войсками 4 корпуса у Плоцка,

5-й корпус Понятовского располагался от Модлина до Варшавы,

8-й корпус Вандамма — у Варшавы,

7-й корпус Рейнье находился неподалеку от Пулав (к западу от Люблина).

Сверх того, в 100 км южнее, в районе Львова (Лемберга), отдельно от общей массы войск находился австрийский корпус, уже вошедший в боевую линию. С учётом этих сил фронт развёртывания достигал 500 км.

Корпуса резервной кавалерии, выдвинув часть лёгкой конницы в авангарды, продвигались позади пехотных корпусов: 1-й кавалерийский корпус шёл вслед за войсками Даву, 2-й кавалерийский корпус — вслед за Неем, 3-й кавалерийский корпус — позади группировки принца Евгения, наконец, 4-й кавалерийский корпус продвигался вслед за правофланговой группировкой.

Императорская гвардия шла немного позади общего фронта, её полки двигались на Торн, следуя тем самым за правым флангом ударной левофланговой группировки. Генеральная квартира располагалась в Познани.

В это время Великая Армия достигла пика своего могущества. Ее общую численность в эти дни приводят почти во всех исторических произведениях, посвященных войне 1812 г., — 678 тысяч человек при 1272 орудиях. Действительно, эти сведения позаимствованы из знаменитой работы барона Денние, инспектора по смотрам Великой Армии. Его мемуары были опубликованы в 1842 г., и данные в них приводятся в соответствии с документами, копиями которых, вероятно, располагал Денние.

В архиве французского министерства обороны хранятся документы под номерами 2С 700 и 2С 701, где приводятся подробнейшие боевые расписания Великой Армии, предназначенные, видимо, лично для императора. В них представлены результирующие цифры, очень близкие к хорошо известным нам по работе Денние данным.

Наиболее полным является расписание 2С 701, результирующие данные из которого приведены в Приложении № 2. Документ датирован 1 августа 1812 года, однако эта датировка не имеет почти никакого отношения к его содержанию, так как перед расписаниями большинства всех корпусов стоит дата 15 июня. Некоторые датируются 15 мая, 5, 7, 8, 9-й и гвардия представлены сведениями на 1 июля, и только резервный 11-й корпус представлен на 15 июля, что позволяет, впрочем, лучше оценить боевой потенциал армии, ибо резервные части достигли задуманной численности только к середине лета.

Общая численность армии по этому боевому расписанию — 644 024. В рапорт не был включён австрийский корпус; если прибавить его количественный состав к числу из таблицы, то получится 674 тыс., что уже почти точно совпадает с данными Денние. Наконец, если мы укажем, что в расписании имеются заметки, сделанные другими чернилами, которые дают ещё несколько тысяч солдат и офицеров, идущих на соединение с армией, можно будет констатировать, что классическая цифра Денние 678 тыс. солдат и офицеров практически идеально точна.

Итак, казалось бы, можно сделать вывод, что Наполеон обладал по отношению к русским войскам, собранным на границе, если не трехкратным, то уж по меньшей мере двукратным превосходством. Обычно в русских исторических сочинениях так и пишется. Авторы приводят, как уже упоминалось, численность трех Западных армий (без нестроевых): 210–215 тысяч человек и тотчас же сообщают, что Наполеон двинул против них 678 тысяч солдат.

Это и есть тот лукавый способ подсчета, о котором уже мы писали. Если считать, что в Великой Армии было 678 тысяч человек, то численность русских войск, противостоящих ей, нужно оценивать не менее как в 600 тысяч!

Почему? По той простой причине, что 678 тысяч — это не численность войск, которые могли быть задействованы в начале кампании, а общее количество всех военнослужащих, административно относящихся к Великой Армии, расквартированных на территории Германии и великого герцогства Варшавского, включая, в частности, 41 372 раненых, которые лежали в госпиталях! В общее расписание входят и гарнизоны Гамбурга, Данцига, Кюстрина, Штеттина, Глогау, Штральзунда, Магдебурга, которые, естественно, никоим образом не выступили в поход.

Здесь же учитываются такие резервные формирования, как датская дивизия, которая занималась охраной берегов, 31-я дивизия, которая не двинулась с места, 33-я дивизия, только частично принявшая участие в самых последних событиях войны. Кроме того, здесь посчитаны и такие удалённые депо, как кавалерийское депо в Ганновере; наконец, в результирующее число входят и 27 407 солдат и офицеров, находящихся на марше, подчас у берегов Рейна! Словом, учитываются не только те соединения, которые шли далеко позади и присоединились к армии уже во время ее отступления, но и те, которые вообще не приняли никакого участие в войне 1812 г.