Читать онлайн «Стратегия непрямых действий». Страница 64

Гитлер еще дальше развил искусство наступательной стратегии. Он лучше, чем любой из его противников, овладел искусством проведения первого этапа большой стратегии, а именно развития и координирования всех видов военных приготовлений и всех возможных средств, которые могут быть использованы для воздействия на волю противника. Однако, подобно Наполеону, Гитлер недостаточно разбирался в вопросах большой стратегии такого высокого уровня, когда война ведется с предвидением тех изменений в устройстве мира, которые последуют после войны. Для того чтобы добиться успеха, человек должен быть не только стратегом, но одновременно и вождем, и философом. Хотя стратегия противоречит принципам морали, так как она в значительной степени основана на искусстве обмана, большая стратегия имеет тенденцию не расходиться с принципами морали, поскольку она всегда имеет в виду конечную цель прикладываемых усилий.

Стараясь продемонстрировать непреодолимость своего наступления, немцы значительно ослабили оборону в стратегическом, экономическом и больше всего в психологическом отношении. По мере того как немецкие войска вступали на чужие территории в Европе, принося людям несчастье, но не обеспечивая мира, широко распространялись микробы возмущения, из которых должно было вырасти сопротивление идеям Гитлера. К влиянию этих микробов становились все более восприимчивыми и сами немецкие войска вследствие контакта с населением оккупированных стран. Они заражались теми же настроениями, которые вызывали в других. Это начало заглушать воинственный энтузиазм, который так усердно возбуждал Гитлер, и стало усиливать тоску немецких солдат по дому. Сознание одиночества вызывало чувство удрученности, чувство усталости от войны, что, в свою очередь, способствовало созданию среди немецких солдат нездоровых настроений. Своей безудержной экспансией Гитлер дал уцелевшему противнику (Англии) возможность вырвать у него из рук завоеванное им преимущество. Это могло бы произойти быстрее при достаточной политической прозорливости со стороны Англии. Но даже и без этого обстановка в конце концов должна была улучшиться, поскольку Великобритания продолжала оставаться непобежденной. Однако, для того чтобы принудить Англию к миру, Гитлеру необходимо было добиться над ней полной победы. В то же время чем дальше он распространял свою экспансию, тем больше усложнял проблему сохранения контроля над покоренными народами. Каждый шаг Гитлера вперед увеличивал для него опасность поскользнуться. Для Великобритании проблема была проще, хотя тоже не из легких. Она должна была держаться до тех пор, пока Гитлер, как в свое время Наполеон, не сделал бы непоправимую ошибку. К счастью для Англии, такая ошибка была совершена Гитлером раньше, чем ее положение стало катастрофическим. Ошибка стала непоправимой, так как в вопросах оборонительной стратегии Гитлер отнюдь не имел такого чутья, как в вопросах наступательной стратегии. Чрезвычайный размах прежних успехов привел Гитлера, как и Наполеона, к убеждению, что только посредством наступления он может разрешить все свои проблемы.

Глава XVI.

Успехи Гитлера в начале Второй Мировой войны

Завоевание Польши в 1939 г. и последующий разгром Западной Европы в 1940 г. знаменательны тем, что они явились яркой демонстрацией теории молниеносной механизированной войны, теории, которая была создана в Англии, но проведена в жизнь в Германии, главным образом благодаря усилиям генерала Гудериана - создателя германских бронетанковых войск. Хотя высшие немецкие генералы относились к новой технике с некоторым недоверием и отпускали средства на ее развитие в более ограниченном размере, чем этого хотели ее сторонники, результаты оказались поразительными. Новая техника не только революционизировала войну, но и изменила весь ход мировой истории. Ибо влияние побед Гитлера на положение и дальнейшие перспективы развития Западной Европы не могло быть устранено даже после его окончательного разгрома{28}. Более того, огромное усилие, которое вынуждена была сделать Америка, чтобы разбить Гитлера, привело к тому, что центр мирового могущества переместился в Западное полушарие. Установление господства России на Евразийском континенте явилось другим тревожным результатом, имеющим эпохальное значение.

В кампаниях, в результате которых произошли две революции, одна в методах ведения войны, другая в перемещении центра мирового могущества, были также продемонстрированы весьма важные примеры применения стратегии непрямых действий. Анализ военных операций на Западе ясно показывает, что механизированные войска нового типа вряд ли имели бы успех без применения новых способов ведения войны. Однако эффект оказался взаимным. Подвижность и гибкость механизированных войск обеспечили непрямым действиям еще большие потенциальные возможности.

Польша, к ее несчастью, являлась идеальным местом для демонстрации таких действии. Ее граница с Германией тянулась на 2000 км; после оккупации немцами Чехословакии германо-польская граница увеличилась еще на 800 км. В результате этого южный фланг Польши, как и северный, примыкавший к Восточной Пруссии, оказался неприкрытым. Таким образом, Западная Польша представляла собою обширный выступ, охваченный с трех сторон немецкой территорией.

Опасность для Польши усугублялась неправильной дислокацией польских войск, основная масса которых находилась в передней части выступа. Естественное желание прикрыть жизненно важный польский промышленный район, расположенный западнее Вислы, подкреплялось национальной гордостью и излишней самоуверенностью поляков в своих силах.

Польская армия мирного времени по численности была равна французской и лишь немного уступала немецкой. Польша имела 30 пехотных дивизий и 12 кавалерийских бригад. Однако промышленные ресурсы страны были недостаточны для полного использования ее людских резервов и даже для обеспечения вооружением действующей армии. При мобилизации поляки могли увеличить количество своих дивизий только на одну треть, в то время как Германия могла более чем в два раза увеличить число своих дивизий, за исключением танковых и моторизованных. Однако этот недостаток Германии не играл большой роли, поскольку Польша вообще не имела таких современных средств борьбы, как танки.

Положение осложнялось еще тем, что польская равнина представляла собой ровную и удобную местность для действия механизированных войск противника, хотя и не была такой удобной, как во Франции, из-за недостатка в Польше хороших дорог, песчаного грунта и большого количества в некоторых районах Польши озер и лесов. Однако время года, выбранное немцами для вторжения в Польшу, свело эти помехи до минимума.

Учитывая охватывающее положение Германии по отношению к Польше, немцы стремились применить стратегию непрямых действий в физическом смысле этого слова. Эффект таких действий был еще более усилен благодаря методу, использованному немцами.

На севере вторжение было осуществлено группой армий Бока в составе 3-й армии Кюхлера и 4-й армии Клюге. Армия Кюхлера наступала из Восточной Пруссии в южном направлении, в то время как армия Клюге продвигалась в восточном направлении через польский коридор с задачей соединиться с армией Кюхлера и окружить правофланговую северную группировку поляков.

На группу армий Рундштедта, действовавшую на юге, была возложена более важная роль. Она была почти вдвое сильнее северной группы армий по количеству пехоты и более чем и два раза по танкам. В состав этой группы входили три армии: 8-я армия Бласковица, 10-я - Рейхенау и 14-я - Листа. Армия Бласковица, составлявшая левое крыло группы Рундштедта, должна была наступать в направлении крупного промышленного центра Лодзь (см. рис. 10), оказывая помощь в окружении польских войск в познанском выступе и одновременно прикрывая фланг армии Рейхенау. Армия Листа, составлявшая правое крыло, должна была наступать на Краков, с обходом фланга поляков в Карпатах, направив через горные проходы танковый корпус. Однако решающий удар наносился центром этой группы - армией Рейхенау. Поэтому армия Рейхенау была усилена большим количеством танков.

Вторжение началось 1 сентября 1939 г., и к 3 сентября, когда Англия и Франция, согласно данным ими гарантиям Польше, вступили в войну, Клюге перерезал коридор и достиг нижнего течения Вислы, в то время как Кюхлер продолжал двигаться из Восточной Пруссии в направлении Нарева. Еще большее значение имело то, что танковые войска Рейхенау достигли р. Варты и форсировали ее. В то же время армия Листа наступала с двух сторон на Краков. К 4 сентября головные чисти Рейхенау переправились через р. Пилицу в 50 км от границы, и двумя сутками позже его левое крыло продвинулось далеко за Томашув, а правое крыло вступило в Кельце.

Главнокомандующий германской армией Браухич приказал продолжать наступление в восточном направлении к Висле и дальше. Однако Рундштедт и его начальник штаба Манштейн проявили личную инициативу, внеся коррективы в план Браухича, правильно оценив, что основные польские силы, по-прежнему находившиеся к западу от Вислы, можно поймать в ловушку. Левому крылу Рейхепау, впереди которого действовал танковый корпус, была поставлена задача повернуть на север, выйти в тыл крупного сосредоточения польских войск в районе Лодзи и захватить выгодный рубеж вдоль р. Бзуры, на участке между Лодзью и Варшавой. Этот маневр немцев на север встретил слабое сопротивление со стороны поляков, так как он оказался для них неожиданным, и в результате крупные польские силы были отрезаны и не смогли отойти за Вислу.