Читать онлайн «Первая русская национальная армия против СССР». Страница 42

А поэтому в будущем, если Всевышнему будет угодно дать мне возможность командовать какими-то воинскими соединениями, я буду стараться тактически воевать по бессмертному Суворову, а военно-политически — оперировать по принципам Клаузевица, углубляя его выводы применительно к условиям, которые откроются перед нами в борьбе за освобождение нашей Родины — России.

Одна из ошибок нашей национальной эмиграции состоит в том, что мы как бы хотим заранее установить будущие судьбы Родины по программам и рецептам разных партий. Таким образом, мы начинаем дело не с начала, а с конца. Прежде всего, мы должны объединить наши усилия для освобождения России, а для этого необходимо создание Русской национальной освободительной армии. Только после освобождения России можно будет допустить споры и борьбу между всевозможными партиями.

Некоторые говорят, что русская армия будет партийной, и что ей поэтому нужен иностранный опекун, ибо армия может посягнуть на суверенные права народов России. Мы категорически протестуем против суждений такого порядка. Мы указываем на тот факт, что только Русская освободительная армия сможет освободить Россию и защитить народ и все его национально-исторические права, как от внутренних, так и от внешних посягательств. Только Русская национальная освободительная армия обеспечит будущему Учредительному собранию возможность абсолютно свободно выявить подлинную волю народов России.

Поскольку вышеуказанные суждения исходят от иностранцев, я считаю необходимым обратиться к ним со своей формулой о наших взаимоотношениях: помогите нам — но не мешайте, то есть помогите нам морально, политически и материально освободить народа России, но не мешайте, то есть не вмешивайтесь в наши внутренние российские дела. Всякое вмешательство во внутренние дела российских народов может быть чревато опасными последствиями для иностранных держав, ибо всякое вмешательство может быть использовано нашим общим врагом в свою пользу.

Будущее России должно находиться в руках народа России.

Наблюдая знамения развивающихся исторических событий, мы верим, что Всевышнему угодно положить конец страданиям народа России. Мы видим, что ход событий неуклонно идет к роковой развязке. Грядет великая и кровавая война. Мы, русские национальные воины, обнажили наши мечи и не вложим их обратно до тех пор, пока не отсечем последнюю голову гидры III Интернационала.

С верой в Бога и в правоту своего национального дела мы идем вперед. Жертв и крови мы не испугаемся. Мы верим, что из пожарищ великой схватки снова восстанет великая Россия на славу всех народов, исторически объединенных на нашей родной земле.

Так хочет Бог великой русской земли!

За долгий и тяжелый период нашей жизни в эмиграции было сказано, в этот день, много слов. Часто слов сильных и красивых, но еще чаще шаблонно-пустых и трафаретных.

Непримиримость требует в своем философском анализе, доведенном до отказа, — ненависти. Ненависть требует действия. Религия учит любви и всепрощению. Мы, русские военные националисты, идем по третьей дороге. По дороге борьбы без ненависти. Мы знаем, что там, за «чертополохом», живет 200-миллионный российский народ. Наш народ. Наша нация от плоти и от крови. Мы не можем ее ненавидеть. Мы желаем ее освобождения и национального восстановления ее исторических прав.

В этой борьбе мы не хотим допустить ее политического или экономического уничтожения. Вот почему мы против атомного пожара. Консерватизм всегда пассивен. Революция — динамична, а потому в борьбе против сил интернациональной революции мы маршируем по дороге революции национальной.

Армия не имеет права предрешать национальной судьбы и образа правления народов России. Армия борется за их освобождение, чтобы потом своими штыками защитить завоеванную свободу. Мы не собираемся здесь, в эмиграции, драться за политические программы, ибо это дело будущего. Дело народа России сказать в свободном волеизъявлении свое историческое слово. Голос его должен быть услышан. Он заслужил морем крови и слез право самому решать свою государственную судьбу. Задача армии помочь, а не навязывать новые политические диктатуры или программные эксперименты. 35 лет тянется международное издевательство над Россией. Мир не понимает, что сегодня он платит цену за это издевательство. Довольно нашей скорби!

Отцы и деды проспали февраль, а профессорская интеллигенция, идя в народ, подняла его и, бросив в бездну страданий, бежала. Она не защитила свой февраль. Мы не желаем реставрации ни справа, ни слева. Мы желаем подлинного национально-демократического освобождения и восстановления всех наших исторических государственных прав.

Мы не против каких-либо программ или политических течений, но мы против людей, персонально не имеющих никакого морального права снова выходить на русскую политическую арену.

Предоставим Церкви проповедовать науку любви Христа, а мы, профессиональные военные, должны морально и технически готовить себя и кадры будущих национальных вооруженных сил к выполнению нашего священного долга перед Родиной во время войны и после нее.

Правда постоянна, она не изменяется. Меняется только с течением веков отношение к ней человечества. Отсюда происходит разное влияние ее на исторический процесс жизни.

Вера без дел мертва есть. Политика без стоящей за ее спиной силы — армии, является не государственным реализмом, а опасной фантазией. Действия силы, то есть армии без политики — бесплодны. Это особенно важно знать в нашу историческую эпоху, когда нет права без силы, а сила является источником каждого права. Тесно связанные между собой политика и армия должны маршировать вместе, по одной дороге, по дороге государственной миссии нации. Должны дополнять друг друга. Сила армии дает исторический размах политике и расширяет ее масштаб. Правильное понимание исторических задач нации политикой, ее гибкость, дальновидность и логическое упорство расширяют стратегические «пределы-возможности» армии, а во время вооруженных столкновений сберегают ее кровь. Армия ведет войну тоталитарно, то есть ищет возможностей полного уничтожения противника, но политика не должна заключать тоталитарного мира, то есть вбивать кол в государственное тело поверженного врага. Разбитый противник после проигранной кампании должен продолжать свое государственное существование. Нельзя безнаказанно нарушать геополитические и исторические законы. Нарушение их вызывает немедленный процесс реакции, то есть стремление к реваншу для восстановления искусственно нарушенного исторического равновесия. Ужасом нашей эпохи были не тоталитарные войны, а тоталитарные диктанты мирных договоров. За кол Версальского трактата мы заплатили Второй мировой войной, а за колья Тегерана, Ялты и Потсдама — платим теперешней «холодной», а в ближайшем будущем заплатим избиением человечества.

Никакие политические системы, философские доктрины или религии не смогли и не смогут устранить навсегда огневые войны. Война диктуется законами самой жизни. Жизнь — это не статистика, а грандиозный динамический многогранный процесс. Процесс непрерывного движения, рождения и смерти. Он вызывает борьбу за существование во всех трех планах. В плане духовном идет непрерывная борьба религий, верований и идей. В плане психическом — стремлений, эмоций, чувств и характеров. В плане физическом — форм, организаций, коллективов и индивидуумов. Законы этих «столкновений-разниц» и вызывают те исторические явления, которые мы называем экономическими или огневыми войнами. Сильный побеждает слабого. В лесах заглушается рост деревьев. В животном мире идет уничтожение и выбор сильнейшего. На всем своем историческом пути человечество не дало доказательств, что подчиняется иным законам природы. Совершенствовалась техника и богатели цивилизации. Рождались разные культуры и нации, в разное историческое время и по-разному высказывали свое «я». Приходили и уходили религии, верования и идеологии, но ни одна из них не разрешила этого коренного вопроса. Человек развивался, богател, делался более интеллигентным, но не стал лучше. Было рабство на заре нашего исторического существования, было оно и во время высокой античной культуры. Терзали человечество и в Средневековье. Безжалостно эксплуатировали человека в дни просвещенного абсолютизма, так же как и в дни расцвета гуманного капитализма. Торговля людьми и демократия в Ялте. Рабский труд в СССР и рабское положение Ди-Пи[21] на Западе. Менялись внешние формы жизни, но человек, по своему существу, оставался тем же.

Война — это борьба двух воль. В физическом плане мы видим огневой бой, в психическом — психологическую войну, в духовном — бой пропаганды, верований и идей. Война — это часть нашей жизни, и к ней надо готовиться. Мир или нейтралитет нельзя купить, его можно только завоевать силой. Разоруженное и слабое государство может рассчитывать только на милость победителя, и «блаженны верующие идеалисты», которые, подобно страусу, прячут голову под политические акты международных институций и этим надеются спасти себя и представляемые ими народы. Каждая нация услышит свой роковой звонок и принуждена будет сойти со сцены мировой истории.