Читать онлайн «Славянская Европа V–VIII веков». Страница 164

Все материалы, связанные с расселением словен по Волхову и Ильменю, говорят о теснейших контактах и смешении с финнами. Взаимно перенимались обычаи, бытовые детали, народы смешивались друг с другом воедино. К началу русского средневековья в жилах ильменцев, при сохранении относительной расовой «чистоты», текло уже немало финской крови.[1953] В то же время отношения с разными финскими племенами складывались по-разному. Вадьялы и вепсы смешивались со словенами свободно. В то же время именно такие мирные отношения привели к тому, что значительная часть тех и других в окраинных северных землях сохранила свою самобытность. Отношение же к сильным и воинственным «чудским» племенам, веками нападавшим на соседей, было иным. Они оказывались перед выбором — полное слияние со словенами или изгнание. «Чудь белоглазая» надолго стала обобщенным образом врага в северном русском эпосе. Какая-то часть «чуди», в конце концов, слилась с ильменцами или союзными им вадьялами. Но многие бежали — на запад, к Чудскому озеру, или на северо-восток, к вепсским Волокам, где новгородцы встретят потом враждебную им «заволочскую чудь». На отношения с приильменской чудью накладывал отпечаток и давний ее союз с кривичами. Последние же встретили приход новых славянских переселенцев без приязни. В первой половине VIII в. словенам еще предстояло вести борьбу за освоение новых земель, и не только с лесной природой.

Приход словен на Волхов прервал становление кривичского племенного союза. Новые пришельцы оседали на землях, которые кривичи только привыкли считать своими. Какая-то, и довольно многочисленная, часть — смоляне, лупоглавы, — предпочла примкнуть к кривичскому объединению. Но большинство пришлых словен стало строить собственный племенной союз. Силы последнего в Поволховье и Приильменье быстро превзошли кривичей. На землях, занятых было ими, образовалось новое «княжение».

В этих условиях столкновения становились неизбежны. На протяжении VIII в. словене заняли значительную часть земель, на которые имели право претендовать кривичи. Кривичские и словенские роды селились чересполосно, но всегда раздельно, едва ли мирно. Немалое же число кривичей — в том числе и присоединившиеся к ним смоляне с лупоглавами — ушли на юг и юго-запад. В результате заселения ими обширных пространств в центре Русской Равнины в VIII в. сложилась культура смоленско-полоцких длинных курганов. Речь о ней пойдет далее. Оставшиеся же в Поильменье кривичи к концу VIII в. слились со словенами. В результате этого смешения — вряд ли во всем добровольного — на словенских поселениях появилась керамика кривичского типа. Более того, словене продвигались на запад, к Псковщине.[1954] Но пока здешние кривичи противостояли притязаниям словенских вождей. Многочисленные и разбросанные по огромным пространствам, они еще переходили и в наступление. Карта Новгородско-Псковского Севера в VIII в. пестрила еще неразграниченными землями враждебных «родов», славянских и финских.

Культура псковских длинных курганов продолжала существовать и в VIII в., сохраняя все основные свои черты. Сельское хозяйство и общественный строй не претерпели заметных изменений. Враждебность, разделявшая кривичей и словен не меньше, чем вековые обычаи, затрудняла отказ от подсечного земледелия. Впрочем, первые признаки перехода к пашне появляются около этого времени или немногим позже.[1955] Продолжавшие возводиться длинные курганы — свидетельства устойчивости большой семьи.

В то же время изменения коснулись и политической жизни кривичей. Вторжение словен совпало с завершением строительства кривичского союза племен — и ускорило его. Кривичи жестко отделили себя от словен. Но размежевание при этом произошло и с соседними финскими племенами, в том числе с союзными сету. Рядом с центром славяно-финского расселения, неукрепленным Псковом, теперь строится собственно славянский княжеский град, позднее получивший имя Изборск. Относится его основание к рубежу VII/VIII вв.[1956]

Основателем Изборска являлся кривичский князь по имени Избор. По нему град и получил свое название.[1957] Предания и «песни»-былины об Изборе сохранялись вплоть до XVIII в. Сведения об этих преданиях отрывочны. Согласно ним, Избор основал Изборск и умер от укуса змеи.[1958] В последнем можно видеть отголосок представлений о Змее Велесе (Криве, Бае), предке и покровителе кривичей, который порождает героев, а потом забирает их к себе. Вместе с тем Избор уже совершенно отчетливый исторический персонаж, не скрытый за титулом, а называемый личным именем — в отличие от Кия или Волха.

Кривичская луница

Основанный посреди «Чуди» град первоначально назывался Словенском,[1959] и эта примета сохранилась в имени Словенских ключей близ Изборска. Кривичи размежевывались с соседями по принципу «языка». Изборск строился именно как славянский город — хотя отчасти и против наступающих с востока пришлых словен. С ними это название никак не связано. Древнее предание о граде Словенске как древнейшем и крупнейшем на Севере долго сохранялось в Новгородско-Псковской земле. Именно оно, в конце концов, и породило миф о «Словенске Великом» на Волхове, по отношению к которому Изборск — «Словенск Малый». Но Изборск не принадлежал ильменским словенам. Это был «в Кривичах больший город»,[1960] племенная столица.

Изборск строился чуть позже Любши, отчасти по ее подобию, но во многом превосходил град-соперника. Град воздвигли на высоком мысу над впадением ручья в озеро Городищенское, к югу от Псковского. С двух сторон треугольная мысовая площадка (около 6300 м2) обрывалась отвесно. На скате же дугой соорудили глиняный вал. Вал Изборска возводили на каменных основах, напоминающих словенские из Любши.[1961] В центре града под вече, языческие празднества и гадания выделили ровную площадку диаметром около 20 м. Эта «площадь», расположенная на плитняковом выступе мыса, поднималась над остальным градом до полуметра.[1962]

Раскопки в Изборске позволяют подробно представить образ жизни «псковских» кривичей VIII столетия. Обитатели града жили в срубных избах, площадь которых колеблется от 10,5 до 16 м2. Избы имели деревянный пол. В углах располагались глиняные печи. Некоторые из них на каменной основе, как у соседних балтов — латгалов, но большая часть целиком из глины. Здесь можно видеть след «дунайского» влияния, тем более что такие же печи известны в ту пору и на Ильмени. Помимо этого в некоторых домах устраивали по финскому обычаю круглые или овальные очаги, сложенные из песка или глины, окольцованные плитняком. Так в интерьере домов «Словенска» отражалась пестрота происхождения славян-кривичей.[1963]

Изборск являлся важным центром и ремесла, и обменной торговли. Здесь обнаружено небольшое количество «эстской» керамики рыугесского типа, изделия финских ювелиров. Местные мастера занимались работой по железу, бронзе, глине и кости. Особенно много следов оставило ремесло железоделов. Сырьем для их труда служила болотная руда. На городище обнаружены железная кузнечная наковальня и молоток. Среди изделий из железа — оружие, серпы, рыболовные крючки, ножи, шилья, долото, пряжки. Труд литейщиков оставил после себя тигли, льячки, формы, рабочие отходы и слитки.[1964] В ту пору у псковских кривичей уже почти безраздельно господствовала керамика славянского типа — горшки с низом в виде усеченного конуса, плавным профилем и расширением вверху. Они найдены и в Изборске, и на поселениях ильменских словен, с которыми смешивались кривичи. Из глины делали также пряслица. Найденные в Изборске орудия труда говорят о занятии жителей земледелием и рыболовством.[1965]

При всей разнородности первых поселенцев Изборска, строился он все-таки как славянский град, отчасти в противовес Пскову. Вторжение словен убыстрило племенное размежевание по Волхову и Великой. Финские «чудские» племена в противостоянии пришельцам сближались друг с другом и отмежевывались даже от союзных славян. Мы не можем судить о конкретных обстоятельствах возникновения Изборска. Но ясно, что он с первых десятилетий своей истории стал соперником соседних поселений — славяно-финского Пскова и почти чисто финского, «эстского» укрепления Камно. Ясно и то, что укрепления Изборска строились не столько даже против словен, сколько против «эстов» — старых соседей и старых врагов. Тем не менее основное время Изборск поддерживал мирные сношения с окрестной «чудью». Славяне продолжали жить в Пскове, селились и в Камно — а «чудь» торговала с Изборском.[1966]