Читать онлайн «Всемирная история. Том 1. Каменный век». Страница 62

Однако самое большое применение орудий из меди получило в невиданном до этого размахе строительства из мягкого камня — известняка. Лишь благодаря широкому применению медных орудий получило широкое распространение каменное строительство.

В Древнем царстве медь использовали в ее естественном виде, без искусственного приплава олова. Орудия из нее получались мягкими. Возможно, их делали тверже при помощи крепкой ковки, а действие пил и сверл усиливали при помощи твердого песка.

Медные орудия быстро снашивались, о чем говорят каменные изделия. Железо в это время хотя и было уже известно, причем не только метеоритного происхождения, однако производственного значения оно пока не получило.

Выше уже отмечалось, что водораспределительная сеть существовала еще в Раннем царстве. Трудно сказать определенно, в какой степени ее усовершенствовали и расширили в Древнем царстве. В это время виноградники и огороды поливали вручную, из сосудов даже у вельмож.

Не обнаруживается значительных усовершенствований и в сельскохозяйственных орудиях по сравнению с периодом Раннего царства. Скорее всего, эти орудия изготовлялись с помощью медных инструментов. Пока нет никаких оснований считать, что сошник плуга и мотыга не были деревянными. Если судить по древнеегипетским изображениям серпа, он тоже остался деревянным, со вставным лезвием из кремня.

Вероятно, все хлебные растения, которые выращивали во времена Древнего царства, уже были известны египтянам и в период Раннего царства. То же можно сказать о финиковой пальме, виноградной лозе, смоковнице и т. д. Скорее всего, не очень много новых видов появилось и среди овощей (корнеплоды, чеснок, лук, салат, огурцы и т. д.). Еще задолго до Древнего царства было широко развито льноводство.

Похоже, в основном теми же оставались и виды скота. Возможно, что еще в период Раннего царства пытались приручить диких животных для откормки — в частности белых антилоп. В период Древнего царства приручали и другие виды антилоп, козерогов, газелей. Что касается птиц времен Древнего царства, то наряду с гусями, утками и голубями (на одном изображении есть и лебеди) здесь держали и стаи журавлей.

Таким образом, вполне возможно, что по сравнению с Ранним царством в сельском хозяйстве Египта Древнего царства особых изменений не произошло. Изменения, видимо, касались только количественного порядка.

В Древнем царстве, судя по источникам, дошедшим до нас от, того далекого времени, различались царское имущество и хозяйство, и имущество и хозяйство частных лиц.

Царскому хозяйству, «дому царя», хозяйство вельможи противопоставлялось как «дом личный». «Личный дом» вельможи считался как нечто стороннее, дословно — «внешнее».

Номарх тщательно различал между тем, что было лично его — «имуществом самого его по истине», и тем, что считалось его имуществом только «по должности».

Неприкосновенность благоприобретенного имущества постоянно подчеркивалась. Так, хозяева гробниц в надписях то и дело заверяли посетителей в своем законном, поэтому нерушимом праве на эти сооружения: мол, чтобы воздвигнуть их, они никого не ограбили, создали их на собственные средства, «из имущества правильного», а также сполна заплатили мастерам.

Фараоны располагали огромными земельными богатствами и раздавали их не только храмам, но и знати. Землевладелец своей землей мог распоряжаться как угодно. Уже на рубеже III и IV династий даже простые люди могли кому-либо продать свою землю. Также ее можно было подарить или например, завещать родственникам. Наследника можно было назначить, но как правило, скорее всего, им являлся старший сын, становившийся по смерти вельможи «владыкой» его «всякого имущества». Нужно отметить, что иногда младший брат служил у старшего прислужником или управляющим.

Точно так же как и земля, мог быть пожалован, унаследован, передан по завещанию или приобретен и скот. Если судить по числам, которые написаны над изображением скота в гробницах, то его вельможи держали в довольно большом количестве.

Таким образом, кроме царской земельной собственности существовали земельные владения, которыми могли распоряжаться их владельцы. В то время в Египте имелись крупные владения вельмож, занимавших важные должности при дворе и в государственном управлении, владении храмов, самого царя, а с другой стороны, имелись рядовые хозяйства общинников.

Необходимо также сказать и об ускоряющемся процессе расслоения населения Древнего Египта. Так, например, известен случай, который относится еще к рубежу III и IV династий, когда мелкие землевладельцы вынуждены были продать свои пашни одному из сановников. Часто упоминают надписи о голодных и нагих. Нищали многие рядовые общинники. Разорение одних и обогащение других ко времени IV династий распространилось, скорее всего, очень широко.

Древние источники упоминают одного номарха, который свидетельствовал, что уделял из собственного достатка ячмень и молоко голодному, которого находил у себя в области, погребал бедного в своем полотне, вносил зерновую ссуду из своих средств заимодавцу за неоплатного должника.

Как видим, этот факт свидетельствует не только об обнищании некоторых слоев населения в то время, но и об отношении к ним более состоятельных людей.

До нас дошли исторические источники, в которых один номарх на исходе Древнего царства напоминал жителям области и соседям, что никогда не порабощал он дочери кого-либо из них.

При VI династии младший брат одного сановника, рассказывая, как он в течение 20 лет управлял его хозяйством, добавлял, что никогда не бил там какого-либо человека так, чтобы тот «пал под пальцами» его, и никогда не порабощал там никаких людей.

Таким образом, порабощение в Древнем царстве было не таким уже редким явлением.

Судя по некоторым данным, жрецы, которым поручалось обслуживание заупокойного культа знати, могли иметь лично им принадлежащих рабов. Кроме того, и их младшие родственники также иногда были зависимы от них. Таким жрецам выделялись в пользование в виде оплаты за службу вместе с пашней и «всякой вещью» также и люди. Интересно, что при IV династии или в начале V династии вельможа в завещании запрещал заупокойным жрецам продавать этих людей кому бы то ни было или завещать на сторону. Из этого можно сделать вывод, что таких людей в то время продавали и покупали, и что тогда уже существовал рабский рынок.

О покупке людей для того, чтобы они выполняли различные службы по умершему, свидетельствует другая надпись, обозначающая их словом, которое можно передать как «купленники». Два карлика «купленника» с египетскими именами изображены в гробнице вельможи V династии в качестве личных слуг хозяина. Один — с его переносным ложем и изголовьем, второй — с его обувью и тростью.

Прямо над карликами в той же гробнице показаны двое слуг — «эфиопы». По своему виду они резко отличаются от египетских собратьев, несмотря на то, что у них египетские имена. Один из них — «провожатый» с дорожным мешком и умывальным прибором, другой — «ключник» с хозяйской одеждой. Похожий «эфиоп» с господским мешком и сандалями обнаружен в гробнице одного из царевичей V династии.

Впоследствии слово «эфиоп» применительно к слугам имело значение «эфиопский раб».

Невольники-эфиопы могли быть из пленных. Судя по многочисленным источникам, Древнее царство очень часто воевало с соседними племенами, поэтому и пленных тогда было очень много.

Так, например, при первом царе IV династии, Снефру, было уведено в плен мужчин и женщин — один раз 7 тыс. эфиопов, другой раз 1100 ливийцев. Второй царь V династии, Сахура, изобразил ливийских пленных в поминальном храме. При VI династии номарх Элефантины доставил в столицу из Эфиопии «большое число» пленных, а общеегипетское ополчение взяло на северо-востоке — где-то в Азии — пленных «очень много». Летопись под одним из годов первого царя V династии Усеркафа говорит о 70 иноземцах, которые были доставлены в виде дани, очевидно, храму при царской пирамиде.

Из приведенных свидетельств можно сделать вывод, что в египетском Древнем царстве рабовладение получило широкое распространение не только в верхах общества, но также и в средних слоях населения.

Конечно, следует иметь в виду, что покоренных чужеземцев было сравнительно легко обратить в рабство. И совсем по-иному обстояло дело, если оно касалось своих соплеменников.