Читать онлайн «Всемирная история. Том 1. Каменный век». Страница 22

Интересные полеолитические погребения были также открыты и в Костёнках.

Вместе с одним из покойников в одном погребении было положено 70 кремневых пластин, в том числе скребки и проколки, а также костяная игла с ушком и лощило. Кроме всех этих вещей в могилу положили крупное костяное орудие, которое представляло собой лопаточку с рукояткой. Кости находились в прослойке красной охры. В качестве сиденья костяку служили также прослойки красной и желтой охры. Сверху могила была перекрыта лопаткой мамонта и костями лошади.

Верхнепалеолитические погребения свидетельствуют, что в то далекое время уже сложился обычай хоронить умерших с украшениями и орудиями труда, которыми они пользовались при жизни, с запасами пищи. А иногда даже клали и материалы для изготовления орудий и вооружения.

Из этого можно сделать вывод, что уже тогда первобытные люди имели представление о душе, о «стране мертвых», в которой умерший будет охотиться и вести такую же жизнь, какую он вел на этом свете.

Представления о потустороннем мире у первобытных людей, видимо были довольно единообразными. Они существовали и у племен, изученных этнографами.

Потусторонний мир часто представлялся находившимся в верховьях или в низовьях той реки, где проживала та или иная родовая община. Иногда потусторонний мир первобытные люди представляли себе под землей или на острове, окруженном водой. Оказавшись там, души людей добывали себе пищу охотой и рыбной ловлей, строили жилища и вели жизнь, похожую на земную.

Иногда, кстати, первобытные люди считали, что души умерших отправляются на небо.

Заслуживает внимания такая характерная черта верхнепалеолитических погребений, как обсыпание мертвых в могилах кровавиком.

По всей видимости, красная краска — кровавик — призвана была заменять собой кровь, которая, по мнению первобытных людей, являлась источником жизненной силы и вместилищем души.

Представления о жизни и культуре верхнепалеолитического человека еще более обогащаются благодаря данным памятников Европы, которые рисуют особенности отдельных групп ее населения и взаимоотношений между ними.

Конечно, нельзя отрицать тот факт, что культура палеолитического населения в приледниковой зоне была едина. Но вместе с тем бесспорным является и тот факт, что внутри этой области определялись уже некоторые своеобразия культур отдельных групп ее населения.

Так, например, одна большая группа палеолитического населения Европы издавна обитала в Восточной Европе и отчасти в нынешней Германии. Она употребляла отличные наконечники солютрейского типа, прототипы которых известны здесь же в виде близких по форме и технике изготовления позднемустьерских орудий.

В отличие от нее, жители западной части Европы в то время еще не пользовались солютрейской техникой. У них были свои традиционные формы каменных орудий и своя отличительная техника их изготовления.

Раскопки нижних слоев многослойных поселений в Костёнках свидетельствуют о сложной картине взаимоотношений этих двух основных групп палеолитического населения Европы.

Сначала в Костёнках жили палеолитические охотники, которые оставили после себя в самом нижнем, 5-м сверху, культурном слое стоянки Костёнки I очень своеобразные И яркие изделия из камня. На первом месте по своеобразию стоят миниатюрные, а также довольно крупные треугольные наконечники двусторонней обработки с выемкой в основании.

Во многом схожи с этими наконечниками наконечники Ильской стоянки на Северном Кавказе.

Следовательно, можно предположить, что раннесолютрейская — или протосолютрейская — культура возникла на востоке Европы в результате развития местных более древних культур мустьерского периода.

Потом на смену протосолютрейцам сюда пришли люди с ориньякскими орудиями. Так, во 2-м сверху слое Костёнок I были найдены орудия, характерные для археологических памятников времен среднего ориньяка в Западной Европе.

Очень похожие находки ориньяковского типа оказались и в других поселениях того же Костёнковского и более отдаленных районов.

Наконец, в Костёнках опять появилась солютрейская культура, однако уже на новом этапе ее развития. В частности, она представлена грандиозным общинным жилищем в Костёнках I.

Очень похожая картина исторических событий прослеживается и при раскопках в Центральной Европе — в Чехии, Словакии, Германии.

Так, в долине реки Вак (в местности Мораваны Длга) была найдена мастерская предориньякского времени. В ней обнаружены точно такие же, как и в нижних слоях Костёнак, протосолютрейские остроконечники, обработанные с обеих сторон, в том числе и миниатюрные, очень близкие по форме к более поздним, неолитическим наконечникам стрел.

Сходство этих предметов с обнаруженными в Костёнках дополняется еще и тем, что в обоих случаях древними мастерами верхнего палеолита использовался один и тот же материал.

Древние обитатели долины реки Ваг, как и люди, оставившие следы своей культуры в нижнем, 5-м слое Костёнок I, изготавливали орудия в основном из галек цветного камня, а не из кремня.

Позже в эти районы Центральной Европы, как и в Костёнки, проникают те же ориньякцы с характерными для их культуры орудиями средне- и позднеориньякского типов.

Отсюда можно сделать вывод, что, например, культурная история населения Русской равнины в верхнем палеолите во многом была схожа с историей культуры древнейших обитателей Чехии, Словакии, Германии, а также некоторых других областей Центральной Европы. Очевидно, что эти палеолитические племена тысячелетиями находились во взаимной связи.

Те же выводы нетрудно сделать, если обратиться к раскопкам в других странах.

Характерным свидетельством и, как полагают многие ученые, прямым указанием на пути передвижения ориньякских племен верхнего палеолита являются костяки людей этого времени.

Почти столетие назад, в 1906 г., в одной из пещер Гримальди, вблизи Ментоны, были найдены два человеческих скелета — юноши и женщины.

Культурный слой, в котором они были захоронены, содержал остатки ориньякской культуры. Выше него залегал более поздний палеолитический слой, в котором тоже были обнаружены кости человека, относящиеся к периоду палеолита. Несмотря на то, что эти кости были разделены всего лишь полуметровой толщей земли, они настолько резко отличались друг от друга, что нет никакого сомнения — они принадлежали двум расам палеолитического человечества.

Как определили ученые, верхние скелеты принадлежали людям кроманьонского типа с большим узким черепом, широким и коротким лицом и выдающимся вперед «орлиным» носом.

Совершенно другими оказались нижние скелеты. В их строении оказались такие черты, которые в большой степени сближают их с современными неграми и меланезийцами.

Весьма любопытен тот факт, что в 1954 г. на Верхнем Дону, в Костёнках, на стоянке Маркина гора было обнаружено погребение, костяк, который обладает резко выраженными негроидными признаками.

Вполне допустим вывод, что ориньякские обитатели Костёнковского района принадлежали к древней негроидной расе, тогда как более поздние жители этих мест, судя по костяку из погребения на стоянке Костёнки II, характеризуются столь же ясно выраженными чертами людей кроманьонского типа, такими же, как и жители Западной Европы.

Кстати, пришельцы с юга не исчезли бесследно. Точно так же, как это было в Западной Европе, где следы древнего негроидного человека обнаружены в Швейцарии, Северной Италии и даже Англии в неолите, бронзовом и раннем железном веке, негроидные черты древнего населения обнаруживаются и в Восточной Европе в позднепалеолитическое время, как, например, на Гавриловской стоянке на Нижней Оке или на Украине.

Из этого следует вполне логичный вывод, что потомки ориньякских гримальдийцев с Маркиной горы могли дожить на Волге и на Дону не только до мезолита, но и обитали здесь также значительно позже, почти до первого появления металла у восточноевропейских племен.

Конечно, возникает закономерный вопрос: что же было причиной сложных, далеких передвижений людей каменного века, передвижений, которые иногда охватывали целые материки?

Причины их, видимо, следует искать в первую очередь в материальных условиях жизни палеолитических охотников, в их хозяйстве, а также общественной жизни.

Как не раз доказывали этнографы, неудержимый и непрерывный процесс расселения является нормальным и вполне естественным в жизни племен охотников и рыболовов.