Читать онлайн «Тюрки или монголы? Эпоха Чингисхана». Страница 68

Сигизмунд Герберштейн, который хвалился своей достоверностью изложения, написал: «Он (Батый) дошел до самой Москвы и после непродолжительной осады взял, наконец, царствующий город, сдавшийся ему» [113, с. 262]. Что из себя представлял «царствующий город» Москва в 1238 году? Большая деревня, огороженная деревянным частоколом. А «царствующим градом» она станет спустя столетия.

Турецкий исследователь И.Х. Камалов в своей книге «Отношения Золотой Орды с хулагуидами» приводит конкретные данные о названии «Золотая Орда», когда этот термин впервые появился в историческом источнике: «Привычное для нас выражение «Золотая Орда» стало использоваться относительно государства, построенного Бату-ханом, в тот период, когда от неё «и следа не осталось». Впервые это выражение упоминается в Казанской летописи 1564 года» [60, с. 30].

Естественно, возникает вопрос: а сохранились ли следы пребывания татарских войск Бату-хана на Руси? С тех далеких времен прошло почти 800 лет. И, конечно, речь идет не о летописях, сказаниях – их множество, а о зримых предметах, строениях – свидетелей той эпохи.

Да, сохранились! Одно из таких мест – Игнатьев крест, в бытовой разговорной речи именуемый «Игнач-крест», что расположен в Новгородской области. Место, откуда конница Бату-хана круто развернулась назад, в южном направлении, на Козельск.

На этот счет существуют несколько версий, объясняющих столь резкий поворот движения татаро-монгольских войск.

Расхожая версия: мол, весенняя распутица (апрель 1238 г.), непроходимые болота вынудили войска Бату-хана повернуть назад. Другая версия: еще ранее великий князь Ярослав Всеволодович и его сын Александр заключили с Бату-ханом военное соглашение, согласно которому русские князья обязывались выплачивать пришедшим татарам «десятину» и обеспечить рекрутским набором в его войско, а Батый-хан, в этом случае, не подвергнет разорению их владения.

После прохождения и разорения владений несговорчивых тверских князей, войска Бату-хана оказались во владениях новгородского князя Александра, будущего Невского. Игнач-крест являлся как бы пограничным ориентиром между тверским и новгородским княжествами. И согласно ранее достигнутой договоренности, татарское войско повернуло назад. В пользу этой версии говорит ряд последующих событий и действий новгородского князя Александра Невского. Впоследствии он 5 раз ездил в Орду, чтобы договориться с татарскими ханами о военной помощи Руси в борьбе с немецкими и шведскими рыцарями, да и чтобы обуздать явно ретивых других русских князей. Он был побратимом Сартака, сына Бату-хана. Дальновидная политика новгородского князя впоследствии дала возможность Руси выстоять, выжить в труднейший период, а впоследствии и полностью осовободиться от татарской зависимости. Недаром, спустя 300 лет Русская Православная Церковь объявила Александра Невского святым.

Так где же конкретнее находился искомый Игнач-крест? В Новгородском городском бюро экскурсий, как нам заявили, о нем слышали, нашли его расположение на туристической карте. Но никаких экскурсий к Игнач-кресту никогда не проводили – не было заявок. А коль скоро Игнач-крест обозначен на их карте, то они смогут организовать такую экскурсию, подготовить экскурсовода и заказать автобус. Разумеется, после официальной заявки и соответствующей оплаты поездки. И в знак признательности о том, что за последние 4 года впервые видят человека, да еще из Казахстана, который интересуется сведениями об Игнач-кресте – любезно подарили свою туристическую карту Новгородской области со всеми помещенными там достопримечательностями.

Судя по карте, Игнач-крест находится в Валдайском районе, недалеко от автотрассы Новгород-Тверь, рядом с деревней Кувизино. Примерно, около 140 км от Новогорода. Едем на частном автомобиле. Проезжаем большое село Яжелбицы, где реставрируется старинный храм, и далее держим курс на деревню Кувизино. Местные жители деревни уточнили, что Игнач-крест находится далее, за деревней Сомёнки. При въезде в деревню Сомёнки, хозяйка крайнего дома пояснила, что вот чуть-чуть далее, за жёлтым домом, есть поворот направо, где имеется указатель в направлении Игнач-креста, до которого лесной дорогой ехать еще примерно километра два. И вот, наконец-то, самый настоящий Игнач-крест! Рядом с лесной дорогой. Месторасположение Игнач-креста смещено на 4–5 км от указанного на карте.

Современный Игнач-крест в 2003 году был реконструирован по рекомендации историка – академика Российской Академии наук В. Л. Янина и представляет собой православный крест, отлитый из высококачественного бетона, установленный на природном валуне. Высота креста – 2,3 м, ширина – 1,5 м. Рядом чугунная доска с надписью: «Этот крест установлен на месте летописного Игнач-креста, до которого дошли полчища Батый-хана. В память о мужестве защитников земли Русской. 1238–2003 гг.»

Вокруг хвойный и смешанный лес, обильный грибами и земляникой. Никаких болот, почва твёрдая. Валдайская возвышенность. Рядом с крестом срубленная из бревен беседка-укрытие от дождя и небольшая скамейка. Вот, собственно, и вся достопримечательность. Прохожие-грибники и редкие посетители иногда зажигают свечи, оставляют монетки в память о столь исторически значимом месте в истории Евразийского континента.

Вот дополнительные сведения из авторитетных источников относительно Игнач-креста: «… послали от Торжка Селигерским путем до Игнатьева креста набеги чинить». [ «Российская история. Записки Великой императрицы», Москва, ЭКСМО, 2008 г.]. В летописях этот эпизод изложен следующим образом: «А за прочими людми гнашася безбожнич Татарове Серегерьскым путемь до Игнач-креста, и все секучи люди, яко траву, и толико не дошедщи за 100 верст до Новгорода».

И еще, для нас важное сообщение. 1 марта 1216 года ополчение Новгородского князя Мстислава Удалого двинулось через Селигер на суздальцев. 21 апреля произошла знаменитая битва на р. Липеце, где погибло 9 тыс. русских ратников. И никакая распутица им не помешала.

Примечание: В настоящее время в Интернете можно найти всё, что угодно. Но я такими услугами пользовался очень редко, так как полагаю, что тамошние материалы грешат обилием неточностей, не указывается первоисточник и автор усиленно и жёстко проталкивает свою версию, не считаясь ни с какими другими авторитетами. Вот образец информации из Интернета по обороне Козельска: «Всё население крепости-города – 4000 человек. Козельцам удалось уничтожить осадные машины и 4000 монголов. В конце XIX в. Строители обнаружили захоронение из 267 черепов, что примерно соответствует оценке академиком Рыбаковым Б.А. населения русского княжеского замка».

Но тогда непонятно – куда делись останки погибших 4000 монголов?

За период 1223–1502 гг. в источниках зафиксировано 152 вооруженных столкновений русских и ордынских войск. Из их числа русские княжества подвергались ордынским вторжениям более ста раз. Войска княжеств Средневековой Руси вторгались на территорию Орды и её преемников 50 раз. Среднее соотношение нападений обеих сторон, таким образом, приблизительно выглядит как два к одному (ордынские к русским). Русские княжества оказываются по преимуществу обороняющейся стороной [111, с. 191].

Заслуженный профессор антропологии университета Висконсин в Мэдисоне, член Британской Академии, лауреат премии Гуггенхайма А.М. Хазанов в своей книге «Кочевники и внешний мир» (изд-во «Дайк-Пресс», Алматы, 2002 г.) написал: «Утверждение, что кочевники прибегали к разрушениям, убийствам и резне более часто и с большим энтузиазмом, чем завоеватели и правители из оседлых стран, в сущности остается недоказанным. Я очень сомневаюсь, что ассирийцы, или римляне, или крестоносцы были менее кровожадны, чем самые жестокие из числа завоевателей кочевников. За время Тридцатилетней войны в Европе (1618–1648 гг.) население Германии сократилось с 21 до 13 миллионов в значительной мере потому, что армии всех вовлеченных в эту войну государств содержались за счет грабежа оккупированных ими земель точно также, как это делали кочевники во время своих военных компаний» [129, с. 471]. Подобные примеры в данной книге неоднократно приводились. По-моему, приводить цифры насилия различными завоевателями достаточно. Чингисхан в этом плане был не лучше и не хуже других.

Дело заключается в другой плоскости. Многим интеллектуалам для объяснения экономического упадка в своих странах нужно было найти козлов отпущения. К этой роли как нельзя лучше подходили чужие татаро-монголы. Они находились географически сравнительно далеко, а исторически – во глубине веков.