Читать онлайн «Тюрки или монголы? Эпоха Чингисхана». Страница 65

Монгольский исследователь Чойсамба в своей книге констатирует: «Нет на свете нации, завоевавшей две великие державы – Русь и Китай, кроме монголов. Разве этот факт не говорит о чем-либо?» [137, с. 31].

Да, так оно и было. И более того, указанный автор сознает, что «в экономическом развитии монголы в XIII в. были более отсталыми, чем все покоренные ими народы. В XIII в. имевшие многотысячную историю и оседлую цивилизацию Китай, Хорезм, Корея, Персия и Русь достигли значительных успехов в области культуры и науки, чего, к сожалению, не скажешь о монголах» [там же, с. 33]. А по численности населения покоренные страны превосходили монголов в 250 раз!

Казалось бы, находясь в весьма невыгодных для себя условиях, монголы на протяжении целого столетия (XIII в.), всегда и везде одерживали блестящие победы. Умом монголов не понять. Какие-то супермены.

Какая тут скрыта движущая сила, что вела монгольское воинство от победы к победе?

Над разрешением и объяснением столь неординарных вопросов бьётся вот уже не одно поколение ученых-историков. Понятно, однозначного ответа тут быть не может. Видимо, проблему следует решить в комплексе со многими факторами.

Но, кстати сказать, на затронутый вопрос монгольского историка – давно дал ответ российский исследователь Мурат Аджи и другие исследователи, упомянутые в этой книге. В армии Чингисхана воевали не современные этнические монголы, а многомиллионные тюрки со всей Евразийской Степи, которых объединяла единая вера – тенгрианство и вёл их к победе Великий Чингисхан!

«За двадцать пять лет армия монголов покорила больше царств и народов, чем Римская империя за четыре столетия. Чингисхан со своими сыновьями и внуками подчинил себе самые густонаселенные страны тринадцатого века. По всем параметрам, будь то общее количество побежденных, площадь завоеванных территорий или число покоренных стран, Чингисхан более чем вдвое превосходит любого другого завоевателя в истории» [29, с. 13].

Исследователь Ф.С. Сибагатуллин пишет: «Полководец Субедей, по происхождению урянхаец из рода «диких татар», со своими воинами, практически не зная поражений, выиграл 65 сражений на территории от Кореи до Адриатического моря. История до сих пор не знает большего числа побед одного военачальника!» [115, с. 111].

И данное мое исследование направлено на выяснение одного, но важного вопроса. Доказательства приведены в данной книге. Это были тюрки, которые с 1206 года по инициативе самого Чингисхана стали называться монголами. Некая аналогия: американский народ, советский народ. Вроде бы один народ, как единое целое, а на самом деле множество народов Великой Степи.

И вот в XIII в. они (тюрки) стали называться монголами и гордились этим именем, ведь у них такой мудрый государь – Чингисхан! И спустя еще столетие, после распада Монгольской империи, эти кочевые народы не забыли свои родословные, и по-прежнему стали называться найманами, ойратами, татарами, джалаирами, кереями и т. д. Свой родной язык они сохранили и до наших дней.

Современные халха-монголы, новый народ, сложившийся в XVI–XVII веках, как наследники великого Чингисхана, имеют право гордиться и прославлять великие деяния и подвиги Потрясателя Вселенной. Из песни слов не выкинешь. Так оно и было!

Николай Михайлович Карамзин (1766–1826 гг.) – патриарх российской истории, утверждал, что русичи не могли устоять против полумиллионого Батыева войска [59, с. 273].

Большинство русских дореволюционных историков: И.Н. Березин, Б.И. Иловайский, М.И. Иванов, Д.И. Троицкий и др. определило численность войск Бату-хана в 300 тысяч воинов [98, с. 51].

Выдающийся знаток и исследователь русской истории В.В.Каргалов пришел к выводу (1967 г.), что общую численность войск Батыя накануне нашествия можно весьма ориентировочно определить в 120–130 тысяч воинов [62, с. 127]. С ним согласен Т.И.Султанов [65, с. 236]. Это огромная по тому времени армия.

«Реальная цифра Н.И. Веселовского, члена-корреспондента РАН, – 30 тысяч воинов и, значит, около 100 тысяч лошадей. Но даже это количество прокормить было трудно. Поэтому часть войска под командованием Мунке, вела войну в Половецкой степи, отбивая у половцев зимовники с запасом сена [26, с. 145]. И далее добавляет: «Использование покоренных в качестве боевых товарищей – это лучший способ самоубийства».

В.В. Каргалов, как военный стратег, замечает: «Вторжению обычно предшествовала тщательная разведка и дипломатическая подготовка, направленная к изоляции противника и раздуванию внутренних усобиц. Затем происходило скрытое сосредоточение монгольских войск у границы. Вторжение в неприятельскую страну начиналось обычно с разных сторон, отдельными отрядами, направляющимися, как правило, к одному заранее намеченному пункту» [62, с. 128–129].

«Тактике монголов соответствовало их вооружение. Монгольский воин – это всадник, подвижный и быстрый, способен к большим переходам и внезапному нападению. Даже масса монгольских войск в случае необходимости могла совершить суточные переходы до 80 верст. («Во время венгерской кампании летом 1241 года Субедей прошел однажды со своей армией 435 верст менее чем за трое суток») [99, с. 104]. Основным оружием монголов были лук и стрелы, которых имел каждый воин. Кроме того, в состав вооружения воина входил топор и аркан, копье, часто с крючком для стаскивания противника с коня, и щиты» [62, с. 130].

«Направление походов монголо-татар при нашествии на Русь по удобным путям сообщения, хорошо спланированные обходы и фланговые удары, грандиозные «облавы», захватывающие тысячекилометровые пространства и сходящиеся в одной точке, – всё это можно объяснить только хорошим знакомством завоевателей с театром военных действий» [62, с. 132]. А такими знатоками местных условий могли быть только русские князья.

«Средняя скорость движения главных сил Батыя с обозом и осадным парком равнялось примерно 15 км в сутки. Отдельные отряды татарской конницы делали в условиях зимы дневной переход по 30–35 км» [62, с. 148].

Однако вернемся к численности армии вторжения. Первый монгольский историк Сананг-Сетчен, кстати, чингизид в 20-м поколении от Чингисхана, (см. таблицу № 11 настоящего издания), еще в 1662 году определил численность монголов Чингисхана всего в 400 000 душ [99, с. 46; 48, с. 309–310]. С этой цифрой согласились Л.Н. Гумилёв и Э. Хара-Даван. При всеобщей мобилизации численность армии в любой стране достигает 10 % от общей численности населения. Таким образом, вся Монголия могла выставить 40 тысяч воинов. В то время монголы вели войну на три фронта: Китай, Центральная Азия и на Западе. Большая часть армии должна быть сосредоточена в многомиллионном Китае, иначе беды не оберешься. Другая часть должна оставаться в Средней Азии.

А чем кормить лошадей и воинов? Собственных, возимых с собой запасов хватит максимум на неделю. На этот счет Константин Пензев в своей книге «Русский царь Батый» явил миру интересную арифметику. Любопытным читателям писатель разъясняет: один конь за один день съедает четыре кг овса. За пять месяцев (время зимней военной кампании Бату-хана на Руси) конь употребит 600 кг. Каждый монгольский воин в поход брал трёх коней: один верховой, другой – заводной, третий – грузовой. Так вот, 90 тысячам коней за зимний период необходимо 54 тысячи тонн овса [99, с. 74]. Что там овёс, еще нужны сено, солома, подковы, гвозди, а, главное, воинов надо кормить хотя бы 2 раза в день. Таковы проблемы и их надо решать ежедневно. В нужное место и время надо подвезти необходимое количество припасов. Иначе, никакой успешной войны не получится.

«Для завоевания страны противника армия страны агрессора должна иметь запас продовольствия, фуража и всякого другого снабжения или должна быть обеспечена непрерывным подвозом снабжения в зону ведения боевых действий на всё время ведения военной кампании. Вышеприведенные слова есть железное правило ведения войны, написанное кровью сотен тысяч солдат» [98, с. 79].

Столь длинная цитата, полагаю, простительна и вот в какой связи. По-моему, К. Пензев предельно ясно и убедительно высказался о количестве батыевской конницы в зимней кампании на Руси: «Зимой, на лесистой пересеченной местности, крупные кавалерийские соединения будут только обузой. Никакого преимущества в данных условиях армия ордынцев, в том виде, как её рисует Хара-Даван и другие певцы монгольской мощи, не имеет и не может иметь. Маневренность кавалерии резко снижается. Глубокий снег скрывает всякого рода колдобины, камни и прочие неровности почвы. Пустите в таких условиях лошадь в галоп, и она рискует сломать себе ноги.

Если бы на Русь вторглась армия монголов … в количестве 120–140 тыс. конных воинов, да еще при двух-трех заводных лошадях, да еще зимой … то её постигла бы катастрофа, причем без всяких боевых действий. Через две-три недели начался бы массовый падеж коней, а затем и массовая гибель людей» [99, с. 136].