Читать онлайн «Эпоха викингов в Северной Европе и на Руси». Страница 106

Все эти украшения, как и цветные ткани для праздничных нарядов (восточные и западноевропейские сукна, шелк, парча), составляли наиболее динамичную и яркую сторону мужского и женского убора эпохи викингов. Основа наряда оставалась, однако, глубоко традиционной и в принципе однородной. Как и в сельском хозяйстве, в образе жизни и в одежде динамизм эпохи проявился в наименьшей степени.

Ассортимент орудий ремесленного труда представлен формами, сложившимися еще до эпохи викингов и сохранившимися практически неизменными до начала индустриальной эпохи (Stenberger 1977: 457). Они предназначаются для разнообразных специализированных ремесел, основанных на сложившихся технологических циклах и устоявшихся наборах орудий. В то же время, судя по выразительным комплексам в Бюгланде, Местермюр и др. (рис. 67.68,69), сохранялось объединение различных специальностей в руках одного ремесленника (Blindheim 1963:25-80).

Качественные изменения происходят в развитии транспортных средств. Люди эпохи викингов пользовались для передвижения зимой по снегу лыжами, по льду — костяными коньками и железными ледоходными шипами (крепившимися к обуви, а также к конским копытам). Разработанными образцами представлена конская сбруя: стремена шпоры, ремни и уздечки, плети с набором звенящих колец, седла с металлическими накладками.

Сани, четырехколесные повозки (рис. 70, 71,72), так же, как мощение улиц и строительство мостов, свидетельствуют о развитии наземного транспорта, причем многие существенные инновации относятся именно к эпохе викингов (Foote, Wilson 1970: 257-262). Однако ведущее значение приобретает водный, морской транспорт.

Корабли викингов представляли собой качественный скачок в развитии северного судостроения, от «кораблей свионов», описанных Тацитом (и археологически представленных находкой в Хьортшпринге), — к «драконам» (dreki, мн. ч. drakkar) с парусом и длинными веслами (Frick 1979; 47—55). Судно из Квальсунда, относящееся к «кануну» эпохи викингов, располагает, за исключением мачты с такелажем, всеми конструктивными характеристиками кораблей викингов (Хлевов 2002:99-100).

Судя по изображениям на готландских стелах, первые паруса, сплетенные из полос ткани (может быть, кожи), появились в VII—VIII вв. К этому времени уже были выработаны Т-образный в сечении киль, клинкерная обшивка с железными заклепками. Конструкция обеспечивала прочность и гибкость корпуса, позволяя наращивать его размеры и совершенствовать мореходные качества. Вопреки распространенным представлениям, прямой парус обеспечивал движение практически при любом направлении ветра, включая галсирование против ветра (Elsner 1985- 118). Причем, как можно было убедиться при экспериментальных плаваниях на ладье культурно-исторического общества «Storholmen» осенью 2001 года, простейшая и ранняя форма прямого паруса, преобразуемого также простейшим рангоутом и такелажем в точное подобие косого «латинского» паруса средиземноморского типа, обеспечивает максимальную свободу мореплавания; шведские волонтеры на судне с экипажем 6-8 человек способны добраться до Эстонии. Боевые «драконы» с такой оснасткой в высшей степени располагали фактором внезапности появления у любых морских или озерных берегов и достаточной свободой маневра на широких и полноводных реках.

Рис. 71. Перегрузка кузова с товаром с повозки на лодку. По материалам раскопок в Усеберге (реконструкция Б. Альмгрена)

Рис. 72. Повозка из погребения в Усеберге

Киль со шпангоутами и клинкерной обшивкой, фальшборт, палубный настил, «банки» (скамьи для гребцов), составная мачта и длинные весла — основные элементы конструкции нового типа судов. Во вполне сложившемся виде он представлен находками в курганах Усеберга и Гокстада. Этот тип судов был, по существу, универсален: одинаково приспособлен для передвижения в открытом море, прибрежных водах и по большим и средним рекам, внутренним водоемам; пригоден для транспортировки людей и грузов, для пиратских набегов и торговых поездок (рис. 73,74,75).

Корабль на 12-20 и более пар весел создавал еще одну важную социальную предпосылку «движения викингов». Выработанные веками допарусного мореплавания навыки гребли (вряд ли сплачивавшие команды более 10-20 человек) с появлением судов, охватывающих этим навыком до полусотни и более гребцов, формировали коллективы, охваченные и пронизанные совершенно особым ритмом взаимодействия, современные спортивные соревнования эффектно демонстрируют скоростную значимость этого ритма. Но только экспериментальные условия «археолого-навигационных плаваний» позволяют оценить значение этого ритма при переносе его в наземные, «береговые» условия: действуя просто вальками весел, даже не обнажая оружия, такая команда «морской пехоты» образует грозную боевую силу, с которой в эпоху викингов трудно было состязаться кому бы то ни было. В целом поведенческий механизм такой команды «руси» образует особый и самодостаточный социум (Лебедев, Жвиташвили 2000:92-93).

Социум корабля формирует и собственную «морскую субкультуру», адаптированную к условиям длительного и дальнего плавания. Кожаная одежда (мехом внутрь, оптимальная на холодном ветру и волне), соленая и сушеная рыба, слабое пиво (взамен и пресной воды, и хлеба), разные виды сухого хлеба, бондарная посуда для этих припасов, железная пожаробезопасная очажно-кухонная утварь (подвесные котлы и проч.), парус в качестве тента, сундучки (ларцы) для личных вещей и имущества составляли стандартный, устойчивый и универсальный набор. Превосходно приспособленный к экстремальным морским условиям, он находил эффективное применение и на суше. Кожаные штаны lodbrogg, давшие прозвище Рагнару, были известны колбягам Приладожья (курган Сязнига «Г», раскопки 1970 г. — Лебедев, Назаренко и др. 1971:5).

Рис. 73. Корабль-реплика «Айфур»Слева — чертеж ладьи; вверху — ладья на волоках, 1981 г.; внизу — устройство рулевых весел на небольшой ладье из Гокстада, которая была прототипом корабля-реплики «Айфур»

Рис. 74. Судно из УсебергаВверху — процесс раскопок в Усеберге; внизу — особенности конструкции судна

В течение эпохи викингов прослеживается тенденция к дальнейшему наращиванию размеров судна: «длинные корабли» (langskipar) поздней эпохи викингов были самым эффективным выражением престижа и претензий их владельцев (вплоть до «конунгов-викингов»). Однако уже к средней эпохе викингов, видимо, были достигнуты их пределы, так как длина отражалась на прочности конструкции, лимитированной высотой деревьев «судового леса». Универсальность нового типа судов была исчерпана. В позднюю эпоху викингов начинается дифференциация, появляется перспективный новый тип грузового корабля — knorr и в находке из Скульделёв (XI в.) представлены уже различные типы судов (Olsen, Crumlin-Pedersen 1978).

Рис. 75. Большой корабль из Гокстада. Реконструкция Б. АльмгренаА — теоретический чертеж корпуса: а — обводы по мидельшпангоуту; b — уключины под весла; с — крепление щитов; d — обшивка; е — конструкция киля; f — разрез по мидельшпангоуту.В — процесс постройки

Прогресс северного судостроения позволил решить важнейшие проблемы массовых коммуникаций, передвижения на дальние расстояния значительных масс людей, регулярной циркуляции товаров, постоянного контакта между морскими торговыми центрами, прибрежными районами, с внешним миром. Выражение «корабль — жилище скандинава» стало крылатым. Корабли становятся центральным мотивом изобразительных композиций на готландских камнях, важным элементом наиболее сложного и пышного погребального обряда («королевские курганы» Норвегии), одним из центральных образов эддической и скальдической поэзии. Новые средства морского транспорта обеспечили высокую мобильность представителей различных общественных групп; бонды не привязаны более к одалю и хераду, им доступны новые земли и дальние острова. Корабли стали одной из важнейших материально-технических предпосылок и средств для решения назревших к исходу VIII в. социальных коллизий.

Рис. 76. Типология копий и боевых топоров эпохи викингов (типы и датировки но Я. Петерсену)

Обеспечивая циркуляцию и концентрацию материальных ценностей, морские суда викингов стали самостоятельным морально-правовые фактором: на корабле действовали особые правовые нормы, объединявшие экипаж; деление по кораблям легло в основу военно-административной системы ледунга (Гуревич 1967:181-186; Ковалевский 1977: 108).

В целом структура культуры эпохи викингов обогатилась существенными инновациями. Если, достаточно условно, выделить доступные археологической фиксации базовые параметры (66 позиций), то по крайней мере 23 из них появляются лишь с VIII в. (43%). Остальные почти 60% характеристик культуры, однако, достаточно равномерно формируются (и удерживаются) в течение всего времени с начального заселения Скандинавии. До 10% культурных параметров появляются в мезолите (лук и стрелы, навыки и орудия охоты, собирательства, промысла морского зверя, рыболовства и пр.), более 7% — в неолите (длинный дом и другие элементы земледельческо-скотоводческого уклада, курганы и др.), эпоха бронзы дает до 12% инноваций, ставших архетипами «нордической культуры», по 7-10% дополняют эти архетипы последовательные периоды железного века. Наступление эпохи викингов северное общество встретило со сложившимися структурами мужской и женской субкультур, где безусловною доминантой была первая из них, культура «человека воюющего» (Хлевов 2002: 108-131).