Читать онлайн «Новая история стран Европы и Америки XVI-XIX вв. Часть 3: учебник для вузов». Страница 138

Наибольшую агрессивность по отношению к своим соседям проявляли Соединенные Штаты Америки. Инспирировав отделение Техаса от Мексики (1836), США развязали американо-мексиканскую войну 1846–1848 гг., стоившую мексиканскому народу потери свыше половины национальной территории. Войска США высаживались на побережье Перу (1833) и Ла-Платы в Аргентине (1838–1856). Правительство США с помощью военной силы попыталось установить протекторат над Галапагосскими островами, принадлежавшими Эквадору. Объектом пристального экономического и политического интереса США стали страны Центральной Америки. Ярким примером в этом отношении стала так называемая авантюра Уокера. В 1855 г. гражданин США Уильям Уокер возглавил отряд американских наемников и высадился на территории Никарагуа. Разбив военные силы никарагуанцев, Уокер провозгласил себя президентом Никарагуа и восстановил в стране рабство. В планы Уокера входил захват всей Центральной Америки, поэтому правительства центральноамериканских стран Гватемалы, Сальвадора и Коста-Рики, объединив свои военные силы, в 1857 г. изгнали захватчиков из Никарагуа. Поражение не обескуражило Уокера, и он еще дважды пытался высадиться на территории стран Центральной Америки, пока в Гондурасе не был схвачен в плен и расстрелян (1860). В 1868–1870 гг. США попытались захватить Доминиканскую республику.

Экспансионизм США был отчетливо заметен и по отношению к Кубе, продолжавшей оставаться в XIX в. испанской колонией. Воспользовавшись плодами освободительной борьбы кубинцев и не желая терять ускользавшую от испанцев Кубу, правительство США объявило войну Испании. В результате поражения в испано-американской войне 1898 г. испанская корона отказалась от своих прав на Кубу (а также Пуэрто-Рико, Филиппины и остров Гуам). Войска США оккупировали Кубу (1899–1902). Пуэрто-Рико постепенно стало «свободно присоединившимся» к США государством с правами самоуправления.

В системе международных отношений на протяжении XIX в. страны Латинской Америки, получившие независимость, смогли добиться лишь относительной самостоятельности. Развитые страны континента – Бразилия, Мексика, Аргентина, а также Перу, Колумбия, Уругвай, Чили, Боливия и Парагвай поддерживали дипломатические, торговые, культурные и научные отношения с различными государствами, в том числе с Россией. Однако интересы великих держав диктовали латиноамериканским странам положение подчиненных субъектов в международных делах. Особенно отчетливо просматривались контуры подобной подчиненности в межамериканских отношениях, ведущую роль в которых играли США.

Идейные основы и содержание межамериканских отношений определялись в Вашингтоне. Важнейшим элементом идейного базиса межамериканских отношений стали принципы внешней политики США, сформулированные 2 декабря 1823 г. в ежегодном послании к конгрессу президента Джеймса Монро и получившие название «доктрины Монро». Доктрина была разработана в связи с возможной угрозой интервенции держав Священного союза в страны Латинской Америки на заключительном этапе Войны за независимость. Трактуя разделение мира на европейскую и американскую системы, «доктрина Монро» провозглашала: «Американский континент не может служить в дальнейшем объектом колонизации любой европейской державы». Не вмешиваясь в дела европейских стран, США намеревались, согласно доктрине, «рассматривать в качестве враждебных, опасных для их спокойствия и безопасности любые попытки европейских государств осуществить политическое или иное вмешательство в дела стран американского региона». В содержании «доктрины Монро» прослеживаются передовые для того времени принципы запрещения колонизации, а также идеи народного суверенитета и буржуазного национализма в противоположность выдвинутым Священным союзом принципам легитимизма и «права» на интервенцию с целью восстановления власти законного монарха. В то же время в доктрине содержится положение о том, что могущество Соединенных Штатов связано с экспансией в Западном полушарии, с присоединением новых территорий и образованием новых штатов. Принятие «доктрины Монро» было продиктовано долгосрочными интересами США в борьбе за гегемонию в Западном полушарии, по сути дела, объявленном зоной безопасности и жизненных интересов Соединенных Штатов. Формула «Америка для американцев» фактически заключала в себе такой смысл, как «Америка для североамериканцев». «Доктрина Монро» представляла собой односторонний акт правительства США. Большинство государств официально не признало доктрину и не присоединилось к ней, что, однако, не мешало Соединенным Штатам постоянно использовать ее принципы в интересах собственной экспансии.

Положения «доктрины Монро» легли в основу теории и практики панамериканизма. Впервые термин «панамериканизм» был употреблен на страницах газеты «Нью-Йорк ивнинг пост» в 1889 г. Затем его стали употреблять на межамериканских конференциях, впоследствии термин получил широкое распространение. Панамериканизм базировался на идеях общности исторических интересов США и Латинской Америки, их географической близости, взаимозависимости и необходимости интеграции. Практическая реализация идей панамериканизма была направлена на создание экономического и военно-политического союза американских государств под руководством США. На первой Панамериканской конференции, проходившей в октябре 1889-апреле 1890 г. в Вашингтоне был создан Панамериканский союз как международный союз американских республик для сбора и обмена коммерческой информацией с постоянным органом – Коммерческим бюро. Официально находясь в ведении Госдепартамента США, Коммерческое бюро дислоцировалось в Вашингтоне и занималось, в основном, сбором и публикацией торгово-экономической информации. Начиная со второй Панамериканской конференции (октябрь 1901 – январь 1902 г.), эти форумы созывались в среднем раз в пять лет, исключая периоды мировых войн. Работа конференций содействовала созданию межамериканской системы – военно-политического союза американских республик.

Экспансия европейских держав и США представляла определенную угрозу суверенитету латиноамериканских стран и выдвигала перед молодыми, добившимися независимости государствами региона нелегкие задачи. Главной из них становилась задача добиться единства действий и координации совместных усилий по обеспечению благоприятных внешнеполитических условий их деятельности на принципах справедливости и равноправия. Поскольку каждое из латиноамериканских государств было не в состоянии в одиночку защитить свой суверенитет, то важнейшее значение приобретал вопрос о создании союза молодых государств в защиту общенациональных интересов.

Известные усилия в этом направлении предприняли лидеры Войны за независимость Ф. де Миранда и С. Боливар (Венесуэла), Х. Энганья и Б. О'Хиггинс (Чили), М. Морено, Сан-Мартин и Б. Монтеагудо (Аргентина), Х.С. Дель Валье (Центральная Америка). Они выдвинули, в частности, идею солидарности и тесного сотрудничества между бывшими колониями для признания их независимости, проведения активной внешней политики и защиты суверенитета, для предотвращения войн между собой. По мысли Боливара, латиноамериканские страны «смогут подняться в своем величии и противостоять внешней угрозе только тогда, когда солидарность, союз и братство станут их основными принципами». Практическим шагом на пути реализации идеи солидарности стал Континентальный конгресс в Панаме 1826 г. В его работе приняли участие несколько стран – Мексика, Федерация Центральной Америки, Великая Колумбия (Колумбия, Венесуэла, Эквадор) и Перу. На конгрессе были подписаны договоры, предусматривавшие создание конфедерации стран-участниц, которая должна была ведать вопросами гражданства и мирного разрешения споров, разрабатывать меры по сохранению территориальной целостности, принять решение о ликвидации рабства. Намечалось также создать общий контингент сухопутных вооруженных сил и флота в целях совместной обороны. К сожалению, первая попытка консолидации сил закончилась неудачей. Решения Панамского конгресса не вступили в силу из-за острых разногласий между странами-участницами, а также из-за откровенного противодействия латиноамериканскому единству со стороны Великобритании и США.

Неудача не умаляет исторического значения первого в истории «конгресса народов в интересах народов», когда слабые государства попытались объединиться против великих держав, создать свою систему взаимной поддержки и коллективной безопасности. Как отмечают историки-латиноамериканисты, это был проект оборонительного союза, предлагавший построить международные отношения на основах равноправия и невмешательства во внутренние дела других государств.

В дальнейшем руководство различных латиноамериканских стран еще не раз пыталось реализовать идею солидарности. В 1856 г. в Лиме состоялось совещание, участники которого – Гватемала, Венесуэла, Мексика, Новая Гранада, Перу, Сальвадор – разработали проект об оборонительном союзе, направленном против попыток установления иностранного господства. В том же году на конференции в Вашингтоне латиноамериканские страны согласовали проект документа о создании таможенного союза, о гарантии территориальной целостности и помощи стране, подвергшейся иностранной интервенции. Спустя шесть лет, в 1862 г. Мексика, Новая Гранада, Гондурас, Сальвадор, Никарагуа, Перу и Чили достигли договоренности об общих мерах против вмешательства иностранных государств во внутренние дела этих стран. В 1864 г. состоялся конгресс в Лиме. Его участники Аргентина, Боливия, Венесуэла, Гватемала, Сальвадор, Новая Гранада, Перу, Чили, Эквадор вели переговоры о возможном урегулировании пограничных споров и выработке общей экономической политики.