Читать онлайн «История Халифата. Том 1. Ислам в Аравии, 570—633». Страница 79

Появление такой армии на границе Ирака обеспокоило сасанидского наместника Нижнего Евфрата, и он вышел навстречу Халиду. У ат-Табари сохранилось сообщение, будто Халид направил наместнику Нижнего Евфрата Хурмузу послание, предлагая принять ислам или, сохранив религию, платить подушную подать: «Если нет — вини себя: иду к тебе с людьми, которые так же любят смерть, как вы любите жизнь». Афористическая краткость этого послания вполне в духе эпохи, но скорее всего оно сочинено несколько позднее или было написано кем-то по другому поводу, но приписано Халиду, так как в то время еще не успела сложиться традиция предлагать противнику ислам или джизйу. Хурмуз двинулся навстречу Халиду и расположился у ал-Казимы, где узнал, что Халид намеревается идти через ал-Хафир, и поспешил захватить этот колодец. Халид также узнал о маневре противника и свернул к ал-Казиме, но опытный персидский полководец снова опередил его и занял ал-Казиму. Отряд Халида оказался в безвыходном положении: кони устали и могли погибнуть в безводной пустыне, оставалось одно — с боем, любой ценой пробиться к воде. Решительный Халид приказал оставить вьюки и идти к ал-Хафиру пешком на изготовившегося к бою противника. К счастью для мусульман, прошел дождь, подкрепивший их и убедивший их в поддержке Аллаха.

Мусульмане дрались ожесточенно, Халид убил в поединке Хурмуза, и персидское войско бежало, бросив весь обоз, который достался мусульманам, в том числе целый верблюжий вьюк цепей, из-за которых эта битва осталась в памяти участников как «день цепей» [+90]. Существует также предание, что в этот день победителям достался боевой слон, которого с другой добычей отправили в Медину и там водили по улицам, но такую добычу скорее можно было ожидать в последующих битвах, когда против мусульман двинули серьезные силы и битвы происходили в самом Ираке.

Ал-Хафир принято отождествлять с Хафар-эль-Батин, в 80 км к юго-западу от скрещения границ Ирака, Кувейта и Саудовской Аравии [+91]. Однако простого созвучия названия недостаточно для отождествления, так как топонимы, производные от хафара («копать»), широко распространены в Аравии. Более индивидуально название ал-Казима. В дорожнике географа IX в. Ибн Хордадбеха так называется станция в двух переходах от Басры на прямой дороге в Йамаму, т. е. в 70–80 км к югу от аз-Зубайра. От этого пункта до Хафар-эль-Батин около 220 км по прямой, поэтому трудно представить, чтобы эволюции двух войск происходили в таких пределах, к тому же персидское войско вряд ли рискнуло бы удалиться на 300 км от обжитой территории. Более вероятно, что ал-Хафир соответствует одноименной станции IХ-Х вв. в 18 милях (36 км) от Басры по дороге в Мекку [+92]. В этом случае точно совпадает написание названия, колодцы, за которые шла борьба, оказываются друг от друга всего в 45–50 км по прямой и становятся совершенно ясными маневры, предпринимавшиеся противниками.

В некоторых сообщениях говорится о том, что Халид разделил в ан-Нибадже наличные войска на три отряда, один из которых возглавил сам, другой во главе с ал-Мусанной направил к Хире и один — в низовья Евфрата, назначив местом сбора ал-Хафир [+93]. Однако в этом случае непонятно, почему ал-Мусанне надо было, идя на Хиру, затем соединяться с Халидом в ал-Хафире. Несомненно, что сведения о 18 000 воинов-мусульман, участвовавших в сражении у ал-Казимы, спутаны со сведениями о других сражениях, и отряд Халида не достигал даже 10000.

При появлении Халида около Убуллы глава бакритов в этом районе Сувайд б. Кутба попросил Халида помочь нанести удар персидскому гарнизону Убуллы, который контролировал низовья Евфрата. Халид, постояв на месте будущей Басры, сделал затем вид, что уходит со всем войском, но, отойдя немного, тайно остановился. Утром убуллцы, ободренные уходом Халида, предприняли нападение на бакритов, в решительный момент были атакованы Халидом с тыла и потерпели сильный урон [+94]. Из этого эпизода затем возникло ошибочное представление, что Убулла была взята еще Халидом.

Дальнейшее движение Халида совершенно непонятно. Сведения о нападении его на Мазар, город, расположенный за Шатт ал-Арабом примерно в 60 км, совершенно невероятны, так как Халид не мог углубляться за водный поток шириной более полукилометра, не располагая судами и имея за спиной крепость Убуллу. Даже позже Умар с большой опаской относился к поселению арабов за большими реками, вызывавшими у него, как и у всех обитателей Аравии, страх быть изолированным. Имена военачальников, противостоящих ему, и некоторые детали ситуации напоминают события, связанные с военными действиями при ал-Мусанне несколькими годами позже. К тому же завоевание Мазара также относится к более позднему времени.

Столь же недостоверны сообщения о нападении Халида на Каскар, Хурмузджирд и Зандавард, тем более что, согласно некоторым сообщениям, арабскими войсками в этих сражениях командовал не Халид, а посланный им ал-Мусанна [+95] (можно предположить, что эти события происходили после ухода Халида в Сирию, когда ал-Мусанна вел активные боевые действия за Евфратом).

Сложнее обстоит дело с оценкой достоверности сведений о сражениях Халида при ал-Валадже, Уллайсе (которое упоминают почти все источники), у «кровавого канала» и при «слиянии каналов». Беда в том, что все идентификации этих пунктов основываются не на топографических особенностях их расположения и даже не на созвучии каких-то названий, а на предположении, что Халид двигался вдоль Евфрата на Хиру и что где-то здесь, через более или менее равные расстояния, следует их локализовать. Стоит только отойти от этого предположения, как сразу все локализации повиснут в воздухе, а вместе с ними появится сомнение в последовательности упомянутых событий.

Ал-Валаджа, которую Дж. Глабб безосновательно помещал на месте нынешней Эш-Шатры [+96], совершенно несомненно, располагалась значительно ближе к Хире, около Айн Захадж, примерно в 50 км южнее Хиры, как и предполагал А. Мусил [+97], так как в описании театра военных действий между арабами и персами в районе Хиры в 636 г. Са'дом б. Абу-л-Ваккасом для Умара говорится, что вправо от Кадисии болотистая низина (файд) тянется до ал-Валаджи [+98] — а именно у Айн Захадж степное плато почти вплотную подходит к руслу Евфрата, замыкая обширную низину (рис. 10). Отсюда можно сделать вывод, что Халид двигался не с юга, а с востока вдоль Евфрата.

Битва при ал-Валадже велась с большим упорством, и исход ее решило своевременное введение Халидом в бой двух засадных отрядов, с тыла напавших на персидское войско, возглавляемое Андарзугаром. В пыли, поднятой сражающимися, управление войсками стало невозможным, небольшие группы сражались самостоятельно, все решала индивидуальная стойкость бойцов: естественно, что окруженные должны были дрогнуть раньше. И на этот раз Халид одержал решительную победу. Андарзугар бежал в степь и погиб там от жажды.

В битве при ал-Валадже погибло много арабов-христиан из племени бакр б. ваил, и это восстановило против Халида их соплеменников-христиан, которые вошли в большую армию, возглавленную Джабаном и Абдаласвадом ал-Иджли. К ней должны были присоединиться сасанидские войска во главе с Бахманом Джазавайхом.

Халид сумел опередить противника и подойти к Уллайсу, где собрались бакриты, раньше, чем пришел Бахман. Разгорелась жестокая битва, в которой с обеих сторон сражались в основном арабы, и даже — соплеменники. Арабов-христиан поддерживало в их упорстве ожидание прибытия Бахмана, а мусульмане были возмущены наглостью своих соплеменников, осмелившихся не принять ислам и выступить на стороне язычников. Этим взаимным ожесточением и объясняется бессмысленная жестокость Халида по отношению к пленникам. Как только перевес оказался на стороне мусульман, Халид приказал не убивать бегущих, а брать их в плен, затем их подвели к каналу и отрубили им головы, так что в канале потекла красная от крови вода. Эта казнь запечатлела в памяти потомков битву при Уллайсе под названием «кровавый канал» [+99].

Местоположение Уллайса также неизвестно. Дж. Глабб помещает его около Самавы, а А. Мусил — около аш-Шатн, в 10 км ниже ал-Валаджи [+100]. Во всяком случае, ясно, что он находится ближе к Хире, чем ал-Валаджа, на правом берегу Евфрата, в хорошо орошаемой местности.

После этого сражения Халид дал отдых войскам. На водяных мельницах, расположенных в окрестностях, трое суток мололи муку для восемнадцатитысячного войска. По рассказу ат-Табари создается впечатление, что именно здесь некоторые бедуины из войска Халида впервые столкнулись с прелестями оседлой жизни [+101], и если это так, то приходится думать, что путь от ал-Казимы был пройден быстро и без глубокого проникновения в земледельческие районы.