Читать онлайн «Год 1943 - «переломный»». Страница 96

После короткого артиллерийского налета 6-я гвардейская, 4-я гвардейская танковые, 4-я мотострелковая бригады атаковали каждая «свой» хутор. Каждая бригада была встречена хорошо организованным огнем артиллерии и ударами авиации противника. Ни одна не добилась успеха. Танкисты, «не имея хорошей поддержки пехоты и артиллерии, отошли обратно». После чего в 13.00, уже нетрудно догадаться, на приступ двинулись стрелковые полки без танков, согласно собственному плану.

2-й танковый корпус, прикрывая промежуток между 29-м и 2-м гвардейским корпусами, поддерживал их огнем с места и ждал сигнала. Он должен был принять участие в «добивании» врага.

Более-менее удачно действовали соединения 18-го танкового корпуса, наступавшие вдоль реки. 181-я танковая бригада подполковника В.А. Пузырева и 36-й гвардейский полк прорыва отбросили разведывательный батальон дивизии «Лейбштандарт» и к полудню вышли к окраинам Андре-евки. Однако здесь они были встречены боевой группой 6-го полка СС дивизии «Мертвая голова». Общими усилиями танкистов, мотострелков и бойцов 42-й гвардейской стрелковой дивизии Андреевка была очищена от эсэсовцев. После чего 181-я и 170-я танковые бригады ударили на юг, в левый фланг дивизии «Лейбштандарт». Танковый полк и 32-я мотострелковая бригада двинулись к Васильевке, нацеливаясь на немецкие переправы. Их удар должна была усилить 110-я танковая бригада подполковника И.М. Колесникова.

Бригадефюрер Виш своевременно заметил угрозу на своем левом фланге и успел сманеврировать средствами, выставив на пути танковых бригад заслон из противотанковых пушек и четырех «тигров» 13-й тяжелой роты. Советская атака была отбита, уцелевшие танкисты отступили к Андреевке. В бою погиб командир 170-й бригады подполковник В.Д. Тарасов.

А вот 110-ю танковую бригаду пришлось развернуть фронтом на север, поскольку обнаружилось, что по тылам 18-го танкового корпуса с противоположного берега ведет огонь немецкая артиллерия и «танки типа «тигр». Причем стреляли они оттуда, где с утра находилась 5-я гвардейская армия!

Дело в том, что контрудар армии Жадова тоже имел нюансы. План в штабе разработали великолепный. Согласно ему враг громился в ритме вальса, на раз-два-три.

1. Сначала танковые корпуса Ротмистрова совместно с 42-й гвардейской стрелковой и 9-й гвардейской воздушно-десантной дивизиями, стремительно продвигаясь вдоль Псёла, захватывают вражеские переправы в селах Богодухово и Красный Октябрь и отсекают переправившиеся части дивизии СС «Мертвая голова» от основных сил. Им навстречу наносит удар 97-я гвардейская стрелковая дивизия. 32-й гвардейский стрелковый корпус генерал-майора А.И. Родимцева двумя дивизиями наступает через Кочетовку на юг.

2. В это время правофланговые дивизии 33-го гвардейского корпуса ликвидируют плацдарм на северном берегу и форсируют Псёл. Захваченный эсэсовцами «пятачок» был невелик по размерам, простреливался насквозь, силы противника здесь оценивались как незначительные. Поскольку танков для поддержки пехоты Жадову не дали, немцев планировалось просто раздавить натиском живой красноармейской массы. В «мероприятии» должны были принять участие 52, 95-я гвардейские стрелковые и 6-я гвардейская воздушно-десантная дивизии — всего 21 тысяча человек, 220 орудий, 360 минометов.

3. Уничтожив противника в излучине реки, 5-я армия выходит в район Грёзное — Тетеревино — совхоз «Комсомолец», создает внешнее кольцо окружения и устремляется на юг.

Однако и здесь враг спутал все карты.

1. Бригадефюрер Присс на всякий случай позаботился об усилении своего правого фланга, выдвинув в район Васильевки, в полосу 6-го полка СС «Теодор Эйке», дивизион штурмовых орудий (21 единица StuG) и истребители танков. Эти силы имели задачу не допустить русских к переправам и не допустили. Стремительного прорыва у Ротмистрова не получилось. Вообще не получилось никакого прорыва.

2. В дивизии «Мертвая голова» имелся в строю 101 танк, в том числе 10 «тигров». Что важно, основные силы 3-го танкового полка СС к утру 12 июля уже находились на северном берегу. Несмотря на ночные бомбардировки советской авиации и регулярные артиллерийские налеты, немцам удалось организовать переброску бронетехники и тяжелого вооружения.

3. У Гота и Хауссера был собственный план, который заключался в прорыве через высоту 226.6 на северо-восток к Карташевке, выравнивании фронта с дивизией «Лейбштандарт» и овладении Прохоровкой совместными усилиями эсэсовской «триады».

К назначенному штабом фронта сроку ни одна из дивизий 5-й гвардейской армии в излучине не успела подготовиться к наступлению. Полки 92-й гвардейской стрелковой дивизии только с рассветом, подвергаясь бомбежке и обстрелам, начали выдвижение на исходные позиции, а их командиры не знали боевой задачи. На передовой по-прежнему находились 11-я мотострелковая бригада и избитая 52-я гвардейская дивизия, в которой осталось чуть более трех тысяч человек. С 8.30 советская сторона, атакуя с разных направлений отдельными батальонами без артиллерийской и авиационной поддержки, пыталась сбросить эсэсовцев с плацдарма. Если каким-либо частям удавалось сквозь ураганный огонь и горы трупов приблизиться к окопам, немцы выкатывали вперед танки и разгоняли наступавших. Когда танки уходили, советская пехота густыми цепями снова поднималась в атаку, и все повторялось заново.

Когда около 10 часов Приссу стало ясно, что дивизия «Лейбштандарт» выдержала удар танкового тарана Ротмистрова, а все боевые подразделения 3-го танкового (порядка 80–85 танков) и 5-го гренадерского полков закончили переправу, дивизия «Мертвая голова» двумя боевыми группами приступила к прорыву. В районе Веселого немцы были отбиты подразделениями 151-го и 290-го гвардейских полков. Однако в северо-восточном направлении после полуторачасового боя немецкие танки, расчленив 11-ю мотострелковую бригаду на несколько частей, вышли на гребень высоты 226.6 и, сбив и рассеяв 155-й гвардейский стрелковый полк, устремились к хутору Полежаев.

Генерал Жадов приказал комдиву-95 полковнику А. Н. Ляхову огнем и контратаками 284-го гвардейского полка по левому флангу боевой группы дивизии «Мертвая голова» остановить ее продвижение. Сосредоточить по этому участку огонь всей дивизионной артиллерии. 6-я воздушно-десантная дивизия полковника М.Н. Смирнова должна была спешно перейти к обороне восточнее дороги на рубеже Нижняя Ольшанка — Остренький. Положение усугублялось тем, что тыловая армейская полоса в значительной степени существовала лишь на бумаге, здесь не была создана система инженерных заграждений и минных полей. В артполках ощущался дефицит боеприпасов, с одной стороны, потому что мало привезли, с другой — по причине бестолкового расходования.

«Командиры соединений и их командующие артиллерией самоустранились от командования боем и руководством огнем при отражении атак танков противника. В большинстве случаев по атакующим танкам противника открывают беспорядочный огонь и не управляют им, всеми орудиями, кто только видит, не считаясь с дистанцией», — отмечено в журнале боевых действий 5-й гвардейской армии.

Основной контингент 95-й гвардейской дивизии составляли необученные и необстрелянные уроженцы республик Средней Азии, помнится, в Красной Армии их называли «марокканскими стрелками». Советская пехота уже понесла значительные потери и была деморализована бессмысленными штыковыми атаками против танков в чистом поле. В самом деле, как можно воевать:

«Дивизия ко времени выхода в район обороны имела 1–1,5 боекомплекта боеприпасов, из которых было израсходовано до одного боекомплекта. Несмотря на просьбы о помощи в предоставлении транспорта для вывоза боеприпасов из армейских складов, от вышестоящих начальников никакой помощи не было оказано. Имеющиеся автомашины — 10 штук, 11.07.43 г. были отправлены в армейские склады за боеприпасами. Последние, в 22.00 12.07.43 г., ничего не привезли».

Наполеон в подобной ситуации разрешал французским гарнизонам сдаваться в плен!

Не принесло существенных результатов и наступление соединений 32-го гвардейского стрелкового корпуса, действовавших на правом фланге 5-й гвардейской армии также без поддержки танков. Находившийся за ним 31-й танковый корпус 1-й танковой армии в контрударе не участвовал. Части 13-й и 66-й гвардейских дивизий, отражая контратаки танков и мотопехоты противника, сумели продвинуться лишь на 1–2 километра. Но они хотя бы сковали своими действиями части 11-й танковой дивизии Микля, не позволив их использовать для содействия дивизии «Мертвая голова».

Битва приобретала размах природного катаклизма.

«Грохот орудий с утра и до вечера не затихал ни на минуту, — вспоминает бывший минометчик М.Г. Абдулин. — От густой копоти и мы, и пехота были похожи на кочегаров, непрерывно кидающих в топку уголь, в бешеном темпе, в дыму горящих танков, взрывов снарядов, стрельбы из всех видов оружия… Каждый, обливаясь потом, в своем окопе и на своем метровом участке методично делал свою работу, как в гигантском цехе, уже забыв о страхе, отдавшись на волю случая: убьет или не убьет. В такой рубке все равно не убережешься, и руки делали нужное почти автоматически…