Читать онлайн «Год 1943 - «переломный»». Страница 86

Когда наше бесконечное наступление подошло к концу, мы растянулись на дне воронки и долго смотрели друг на друга, не говоря ни слова. Мы словно онемели. Кители наши были расстегнуты, изорваны в клочья, а от приставшей к ним грязи сливались с цветом земли. В воздухе по-прежнему грохотали взрывы, и ощущался запах гари. Погибло еще четверо наших, а с собой мы несли пять-шесть раненых. В окопе нас собралось человек двадцать. Мы пытались привести в порядок мысли, но невидящий взор блуждал по выгоревшей местности, а в головах было пусто».

Ожесточенные бои продолжались на направлении действий дивизии «Лейбштандарт». Она наносила удар из района Покровка на Большие и Малые Маячки, Грёзное. Выдвигавшиеся на это направление соединения 31-го танкового корпуса и 29-й истребительно-противотанковой бригады опоздали с выходом в назначенные районы, так как мосты через реку Солотинка оказались взорваны саперами. Бригадам пришлось строить переправы из подручного материала, развертываться и вступать в бой с ходу. Вечером части генерала Черниенко оставили Большие Маячки.

В результате левый фланг 1-й танковой армии был отброшен на северо-запад, а фронт ее обороны растянут на 45 километров. Для усиления угрожаемого направления из состава 38-й и 40-й армий Катукову были переданы 309-я стрелковая дивизия, три истребительно-противотанковые бригады, гаубичный, минометный и танковый полки. Сюда же были перегруппированы части 9-й зенитной дивизии. Несмотря на мощный нажим, эсэсовцы не смогли продвинуться дальше на северо-запад. Дивизиям «Дас Рейх» и «Мертвая голова» удалось сомкнуть фланги и оттеснить советские части на восточный берег Липового Донца. Однако попытки противника выйти к реке Псёл и с ходу форсировать ее были отбиты. На левом берегу реки занимали оборону части 52-й гвардейской стрелковой дивизии, командование которой принял подполковник Г.Г. Пантюхов.

7 июля в журнале боевых действий корпуса СС было отмечено: «Главной особенностью дня стала остановка продвижения всех частей, для того чтобы сомкнуть боевые порядки и отразить сильные атаки с обоих флангов».

Генералу Шумилову удалось приостановить продвижение 3-го танкового корпуса группы «Кемпф». 7-я танковая дивизия Функа была скована боями в районе совхоза «Батрацкая дача». 106-я и 320-я пехотные дивизии сдерживали контратаки 7-й гвардейской армии.

Тем временем Ватутин, получив в подарок еще 400 танков, продолжал действовать в духе пожеланий Манштейна и принял решение нанести контрудар по правому флангу 4-й танковой армии. К участию в нем привлекались 2-й и 5-й гвардейские, 2-й и 10-й танковые корпуса — около 600 боеготовых танков против 306 исправных машин корпуса СС, — 89-я гвардейская, 183-я и 375-я стрелковые дивизии, 6-й танковый корпус и другие соединения армии Катукова, а также левофланговые дивизии 40-й армии.

Замысел состоял в том, чтобы одновременным ударом пяти танковых корпусов при поддержке стрелковых соединений окружить и разгромить Гота. При этом 10, 2-й и 5-й гвардейский танковые корпуса должны были ударом с рубежа Васильевка — Беленихино расчленить основную группировку корпуса СС и во взаимодействии с Тацинским корпусом завершить ее уничтожение. Далее предусматривалось развивать наступление в тыл 48-го танкового корпуса навстречу соединениям Чистякова и Катукова.

Вот только времени на подготовку явно недоставало, взаимодействие не было отработано (правду сказать, и не было у наших генералов такой привычки), в воздухе господствовала немецкая авиация, и по организации все очень напоминало судорожные контрудары 1941 года.

К тому же противник не стал ждать, когда его начнут громить. Прикрывшись со стороны выдвигавшихся танковых корпусов, перемещение которых четко отслеживалось авиаразведкой, частью сил и противотанковыми средствами, он с утра 8 июля возобновил наступление в полосе 1-й танковой армии.

Бригады Гетмана и Кривошеина отразили атаки и в основном удержали занимаемый рубеж. Однако в полосе 31-го танкового корпуса обстановка значительно ухудшилась. Обергруппенфюрер Хауссер нанес удар на север и северо-восток боевыми группами «Лейбштандарт» и «Дас Рейх». Как водится, фашисты нащупали самое слабое место в советской обороне. Подготовленных рубежей в междуречье, как уже упоминалось, не было. Ввиду отсутствия локтевой связи между корпусом генерала Черниенко и армией Крюченкина, до самой реки Псёл здесь не наличествовало и наших войск. Лишь мотопехотный батальон 237-й танковой бригады успел окопаться «в нитку» на рубеже Грёзное. Подразделения, спешно перебрасываемые с других участков, зачастую не подозревали о существовании друг друга.

Удар дивизии «Лейбштандарт» пришелся по позициям 242-й танковой бригады подполковника В.П. Соколова, окопавшейся западнее Малых Маячков, и 154-го гвардейского стрелкового полка в районе Красной Поляны. На помощь гвардейской пехоте подоспели танкисты 100-й бригады полковника Иванова и отбросили противника. Все складывалось неплохо, пока в 10.30 неожиданно для всех участников не появилась 192-я танковая бригада А.Ф. Каравана, посланная на защиту Красной Поляны. Комбриг-100, приняв американскую технику за вражескую, ударил в тыл бригаде Каравана и сжег три ее танка. Разгоряченная боем, палящая во все стороны кавалькада ввалилась на позиции бригады Соколова, расстреляв попутно два грузовика. Там тоже не растерялись и, развернув противотанковую батарею, подбили три танка Т-34 «сотой» бригады. Обрадованные эсэсовцы навалились с фронта. В целом обстановка напоминала слоеный пирог, атакующие и контратакующие группы танков бороздили пространство в разных направлениях, и непонятно было, кто кому вышел в тыл. К такому маневренному бою войска Вермахта были подготовлены лучше советских; к тому же в затруднительной ситуации они всегда могли вызвать воздушную поддержку.

В итоге части 31-го танкового корпуса были вынуждены отойти к Кочетовке, где находился основной командный пункт 6-й гвардейской армии. Начальник связи корпуса с перепугу оповестил всех радиолюбителей открытым текстом: «У Черниенко фронт прорван, войска бегут неудержимо».

Генерал Чистяков, на которого возлагалось непосредственное руководство контрударом, завидев на дистанции прямой видимости танки непонятной принадлежности, с разрешения штаба фронта эвакуировался на запасной КП и пропал из эфира.

Впрочем, в планах Ватутина это ничего не изменило.

Генерал Кравченко, едва успев собрать свои части и сформировать из них две бригады, в 10.30 бросил Сталинградский танковый корпус — все свои 59 танков — в новую атаку против дивизии Крюгера. Танкисты в 15 часов овладели хутором Калинин, после чего получили удар в правый фланг, подверглись беспрерывной многочасовой бомбардировке с воздуха и отошли обратно к линии железной дороги.

«В течение этих дней боев, — доносил Кравченко, — корпус потерял большой процент испытанных в боях командиров, участников разгрома врага под Сталинградом. Погибло два командира полка, тяжело ранено два начальника штаба бригад, тяжело ранен командир 48-го гв. танкового полка прорыва. Убито и ранено 75% командиров батальонов, 70% командиров рот».

За три дня 5-й гвардейский танковый корпус потерял 177 танков; к исходу 8 июля в строю оставалось 39 машин.

Одновременно с корпусом Кравченко по сигналу «три пятерки» перешел в наступление на Лучки 2-й гвардейский танковый корпус, имевший в строю 171 танк и задачу уничтожить дивизию СС «Мертвая голова». 4-я гвардейская танковая бригада полковника А.Г. Бражникова, действуя от станции Тетеревино, попыталась отбить Нечаевку, но немцы шквальным огнем артиллерии и ударами авиации не позволили даже овладеть переправой через Липовый Донец. По наводке «рамы» совершила 53 боевых вылета противотанковая группа Hs-129-B-2, вооруженная 30-мм пушками и доложившая о поражении 105 танков. Батальоны 26-й гвардейской танковой и 4-й гвардейской мотострелковой бригад с частью сил 89-й гвардейской стрелковой дивизии форсировали Липовый Донец в районе села Вислое и повели наступление в направлении колхоза «Смело к труду». Однако на полдороге были контратакованы «Мертвой головой» и отброшены назад. Бой советских частей поддерживали огнем бронепоезда № 737 и № 746, курсировавшие по железной дороге на восточном берегу Липового Донца. Затем в районе Сажного они подверглись налету 30 немецких пикировщиков и были уничтожены. Вообще действия вражеской авиации в донесениях слились в одну «беспрерывную атаку с воздуха».

Кстати, силы 8-го авиакорпуса Люфтваффе к этому времени уменьшились почти вдвое. Ввиду затруднений, возникших у Моделя на северном фасе Курской дуги, генералу Зайдеману пришлось передать группе армий «Центр» семь авиагрупп: «Это перемещение означало сокращение численности истребителей на 40%, на 50% уменьшение штурмовых частей и 30% сокращение численности бомбардировщиков 8-го авиакорпуса».