Читать онлайн «История России. XX век. Как Россия шла к ХХ веку. От начала царствования Николая II до конца Гражданской войны (1894–1922). Том I». Страница 110

Историческая справка

Григорий Ефимович Распутин (1869–1916) сумел проникнуть в царский дворец и приобрести колоссальное влияние прежде всего на Императрицу Александру Федоровну и (более опосредованное) – на Царя. Протоиерей Сергий Булгаков писал в автобиографических заметках, что в том роковом влиянии, которое приобрел Распутин на царскую чету, «более всего сказался исторический характер, даже значительность последнего царствования. Царь взыскал пророка теократических вдохновений… Его ли одного вина, что он встретил в ответ на этот свой зов, идущий из глубины, только лжепророка? Разве здесь не повинен и весь народ, и вся историческая Церковь с первосвященниками во главе?». Сергий Булгаков полагал, что если и считать Распутина грехом, то тогда всей России и всей Церкви.

Григорий Распутин родился в Тобольской губернии, в традиционно православной крестьянской семье. Никакой школы не оканчивал, грамоте научился самостоятельно уже будучи взрослым. До двадцати восьми лет крестьянствовал, работая в хозяйстве отца (даже после того, как женился); затем стал странником. Странствия Григория по различным монастырям православной России продолжались, видимо, несколько лет. Этот исключительно важный период жизни и духовного становления Распутина известен недостаточно. Нет информации о том, кто был его духовным наставником, с кем из священнослужителей он в то время поддерживал контакты. Несомненно только, что в годы странствий Распутин научился читать, ознакомился с Библией, стал пытаться толковать ее тексты. Будучи цельным и по-крестьянски умным человеком, имея сильную волю, он мог производить впечатление своими речами и завоевывать доверие людей. Видимо, этим можно объяснить, что «духовно утешенная» им богатая купчиха Башмакова решила отвезти 33-летнего «старца» в Казань, где познакомила в том числе и со священнослужителями. В Казани началась подлинная слава Распутина. «Старец» приехал к викарному епископу Казанской епархии Хрисанфу (Щетковскому), который рекомендовал его ректору духовной академии Санкт-Петербурга епископу Сергию (Страгородскому), будущему патриарху. Появившись в столице, Распутин был радушно принят епископом Сергием. Причины подобного радушия, а в дальнейшем также и слухов о выдающихся способностях Распутина стоит искать в религиозной атмосфере того времени.

Епископ Сергий познакомил Распутина с архимандритом Феофаном (Быстровым) и тогда еще молодым профессором-стипендиатом, иеромонахом Вениамином (Федченковым). Некоторое время спустя Феофан познакомил с Распутиным Саратовского архиерея Гермогена (Долганева). Все это происходило в 1903 г., хотя первые слухи о «чудотворце и подвижнике из Сибири» стали распространяться в духовной академии еще раньше – уже в конце 1902 г.

Близкий ко Двору архимандрит Феофан (Быстров) познакомил Распутина с дочерьми черногорского князя Николая Негоша – Милицей и Анастасией (обе замужем за братьями – внуками Императора Николая I – Николаем и Петром Николаевичами), которые, в свою очередь, осенью 1905 г. представили его Императору Николаю II и Императрице. Так Распутин попал в царскую семью. Старец казался подлинным представителем народа перед престолом. «А что он происходил из мужиков, – писал много лет спустя митрополит Вениамин (Федченков), – так это придавало ему особенную привлекательность – „сам народ“ в лице Григория Ефимовича говорит непосредственно с царем народа!» Учитывая, что у Императора никогда не было особых доверительных отношений с кем-либо из православных иерархов, факт приближения к трону простого мужика кажется еще более важным.

До того, как Распутин приблизился к трону, у его подножия успел побывать другой «Друг царей» – Филипп-Низье-Антельм Вашо (1850–1905), получивший печальную известность в качестве «лионского магнетизера». Не имея медицинского образования, в течение многих лет он пытался заниматься врачебной практикой нелегально, за что был трижды судим во Франции. Он обладал какими-то гипнотическими способностями и мог с помощью внушения добиваться результатов. Когда в 1901 г. Николай II с супругой посетили Францию, Милица и Анастасия Николаевны представили им Филиппа. Он произвел отличное впечатление на императорскую чету и получил приглашение посетить Россию. Император добился того, что Филипп получил диплом Военно-медицинской академии и чин действительного статского советника (генерал-майора). Его называли «Другом», верили его предсказаниям и считали посланным семье «свыше». «Раз или два в неделю, – как сообщает Морис Палеолог, – он проводил в присутствии Царя и Царицы сеансы гипноза, занимался пророчеством, опытами воплощения и черной магии… Призрак отца, Императора Александра III, им вызываемый, передавал Царю множество решений». Императорская семья близко общалась и с другом знахаря Филиппа – магом Папюсом (настоящая фамилия – Анкосс). В октябре 1905 г. Папюс был вызван в Россию и совершал спиритические сеансы для Императора в Царском Селе. Через Папюса Николай II желал узнать – стоит ли ему отрекаться от престола или надо подавить бушующую стихию революции. Морис Палеолог пишет, что на спиритическом сеансе в начале декабря 1905 г. Папюс вызвал дух Императора Александра III. Дух сказал Николаю II: «Ты должен во что бы то ни стало подавить начинающуюся революцию, но она еще возродится и будет тем сильнее, чем суровее должна быть репрессия теперь. Что бы ни случилось, бодрись, мой сын. Не прекращай борьбы». Потрясенному Царю и Царице Папюс сказал, что «его логическая сила дает ему возможность предотвратить предсказанную катастрофу, но что действие его заклинания прекратится, лишь только он сам исчезнет физически. Затем он торжественно совершил ритуал заклинания». – Палеолог. Дневник Посла. М., 2003. – С. 636. Маг Папюс «исчез физически», т. е. умер, 26 октября 1916 г. Следует помнить, что вне зависимости от того, действительно ли Папюс и Филипп вызывали какие-то «силы» или они были простыми шарлатанами, вымогавшими деньги у Императора Всероссийского, само обращение к магам, колдунам, вызывателям мертвых – есть тягчайший смертный грех по учению Православной Церкви. За попытку вызова духа пророка Самуила древний израильский царь Саул (Х век до Р.Х.) был лишен Богом и жизни, и царства. Его дети погибли вместе с ним. [1 Цар., 28].

Лишь в результате придворных интриг и давления на Николая II, которому секретной полицией был представлен неблагоприятный отзыв о Филиппе, «магнетизер» покинул Россию. Однако мистические настроения Царя и Царицы с его отъездом не исчезли, тем более что Филипп предсказал им появление нового «Друга». Этим новым «Другом» и стал представленный самодержцу в ноябре 1905 г. Распутин.

Распутин остался бы таинственным частным делом узкого семейного круга Царя и Царицы и вопросом их христианской совести, если бы «старец» не стал заниматься политикой. Дело в том, что спаситель сына стал восприниматься Царицей как человек Божий, как благодатный «старец», каждое слово которого является дыханием Святого Духа. Императрица Александра Федоровна весь мир стала делить на две части – на друзей её «Друга» и на его врагов. «Влияние Распутина на царицу было неограниченным. Тут всякое его слово было всесильно» (Шавельский). Враги, кто бы они ни были – Председатели Совета министров, аристократы, генералы, старые друзья Государя, митрополиты, духовник царской семьи, ближайшие родственники Императора, даже мать, дядя, сестра – все изгонялись из дворца с глаз долой и, по возможности, увольнялись со службы. Стать же врагом «старца» было очень просто – достаточно было не принять к действию его безграмотную записочку – ходатайство за какого-нибудь просителя. А если «старца» спускали с лестницы или выталкивали взашей из того или иного приличного дома – репутация его хозяев была навсегда перечеркнута в глазах Царицы и, соответственно, Императора, который чем дальше, тем больше находился под полным влиянием супруги. «Таков был наш Государь: добрый, деликатный, приветливый и смелый – без жены; безличный и безвольный – при жене», – вспоминал протопресвитер Георгий Шавельский.

Честные люди, будь то обер-прокурор Св. Синода Александр Дмитриевич Самарин или митрополит Санкт-Петербургский Владимир, премьер-министр Коковцов или начальник полиции, генерал-майор Владимир Федорович Джунковский, увольнялись и отставлялись, а на их места приходили распутинские ставленники – бесталанные люди и циничные карьеристы. «По-моему, Распутин типичный сибирский варнак, бродяга… По внешности ему недоставало только арестантского армяка и бубнового туза на спине. По замашкам – это человек способный на всё», – характеризовал «Друга» Владимир Коковцов.

Свидетельство очевидца

Убитый в 1918 г. большевиками знаменитый протоиерей Иоанн Восторгов взывал в августе 1915 г. к митрополиту Макарию Московскому: «Вы, Владыко, – инок, Вам некого кроме Бога бояться, Вам нечего терять и достигать. Всё земное Вы уже заслужили, заслужите же подвигом спасения отечества славу небесную, вечную. Ради спасения души своей, ради страха перед Судом Божиим, ради блага царя и родины, которые Вам, более чем кому-либо дали земного благополучия, пронесите по стране свой мужественный, правдивый, святительский глас против Распутина и всех распутинцев, не взирая на лица их, станьте достойным подражателем святителя Филиппа, самоотверженного обличителя опричнины (Ивана Грозного), и Господь Вас благословит, Россия Вам будет вечно благодарна». Но поставленный по ходатайству Распутина митрополит переправил письмо протоиерея Иоанна в полицию.