Читать онлайн «Московское метро: от первых планов до великой стройки сталинизма (1897-1935)». Страница 170

104

То же с бригадиром Смирновой, 2-я дистанция, 3 ноября 1934 г., шахта 9, 1 ноября 1934 г. (ГА РФ. Ф. Р-7952. Оп. 7. Д. 308. Л. 75), которая получала 260- 270 руб. и проживала с родителями. Ср. то же с бетонщицей Занегиной, 1-я дистанция, которая, получая 200-225 руб., жаловалась, что «все деньги уходят» (ГА РФ. Ф. Р-7952. Оп. 7. Д. 301. Л. 154). Ср. то же с бригадиром Сорокиной, шахта 9-9 бис, зарабатывавшей 300 руб. и сетовавшей, что «живется не легко материально, потому что мне приходится помогать своей старшей сестре. Она живет в деревне, у неё 4 ребят» (ГА РФ. Ф. Р-7952. Оп. 7. Д. 308. Л. 27).

Случаев производственного травматизма со смертельным исходом на строительстве метро в этой статистике не при водится. В первом квартале 1936 г. с показателем 108,9 промилле Метрострой даже опередил все прочие отрасли по уровню производственного травматизма.

Проблему, впрочем, представляют вышеприведенные данные за 1932-1933 гг. Если принять индекс производственного травматизма в 99,2 промилле, то на 1932 г. придется около 2,2 тыс. случаев, а на 1933 г. — около 7,6 тыс., что значительно выше официальных данных. Возможно, в 1932-1933 гг. фиксировались только несчастные случаи определенной тяжести.

Colton. 1995. Р. 255 со ссылкой на то, что в 1932-1935 гг. почти каждый протокол Президиума Моссовета о выплате пенсий инвалидам фиксировал пострадавших на строительстве метро. Указанный автор при этом делает ошибочный вывод на основании некоторых протоколов осени 1935 г., в которых эта тема встречалась действительно часто, однако прочие протоколы 1931-1935 гг. крайне редко содержат подобные упоминания (см.: ЦАГМ. Ф. 150. Оп. 1. Д. 367. Л. 452, 522, 639, 686).

Заявление Лукьянова об «антисоветской организации» в московском комсомоле само по себе настолько фантастично, что лишает вся кого смысла указанное им число погибших. Такого рода «признания» и надуманные обвинения являлись типичной чертой допросов эпохи большого террора.

Оба они, Лукьянов и Шаширин, были приговорены к смертной казни и расстреляны (там же).

Комментарий Деппе: «Это сильно преувеличено, но все же имело место чрезвычайно много несчастных случаев с многочисленными жертвами».

Подсчитано по отчетам отдела кадров шахт и дистанций Метростроя за 1934 год (ЦАГМ. Ф. 665. Оп. 1. Д. 225. Л. 1-80; Д. 226. Л. 1 -90). Соответствующие данные не приведены по семи строительным объектам. На кессонную группу пришлось только 47 случаев увольнения по состоянию здоровья. «Передовиками» здесь являлись шахта № 21-21 бис (296 инвалидов, т. е. утративших трудоспособность полностью или ча стично), 1-я дистанция (339) и 6-я дистанция (250).

Музыку на стихи Безыменского написал К. Корчмарев, произведение стало своего рода гимном метростроевцев (ср.: Гл. VII. 4В.).

В противоположность тому Габор Риттерспорн полагает, что применительно к периоду после 1932 г. нельзя больше вести речь о рабочем классе, а скорее о некоей профессиональной группе, имевшей, впрочем, специфические черты, которые отличали ее от других социальных групп. У рабочих, правда, появилось известное групповое чувство, отделявшее их от крестьян, но повседневные напряжения и конфликты в отношениях с «интеллигенцией» они не идентифицировали как антагонизм между собой и элитой. Они приспосабливались к имманентно присущим системе противоречиям, и тем самым, считает Риттерспорн, являлись скорее рабочей массой, чем политическим рабочим классом (Rittersporn. From Working Class. 1994. P. 254, 272).

О проекте «История метро» подр. см. Гл. VII. 4Б. 296

За указание на этот жанр автор выражает признательность Хубертусу Ф. Яну (Кембридж).

См. подр. об этом Гл. V. 1. и Гл. V. 3-4. О литературно-теоретическом анализе (опубликованных) рассказов см.: Aris. 1998. S. 33-58.

О проблеме эффективности труда подр. см. Гл. VI. 8.

Уильям Чемберлен (1897-1969) в 1922-1934 гг. работал корреспондентом газеты Christian Science Monitor в Москве.

Подобное же наблюдение сделал Пелленк (Pellenc. 1936. Р. 124): «Они настолько похожи друг на друга, что можно поверить в существование нового советского человека».

Последующие рассуждения заимствованы из введения к изданию дневника Подлубного, написанного составителем Йохеном Хелльбеком.

См. Гл. III. 2.

По отдельным шахтам и дистанциям в других источниках лишь имеются фрагментарные сведения. Например, на шахте № 17 в мае 1934 г. трудилось 2600 рабочих, из них 423 комсомольца, или 16, 3% (Стенограмма беседы с комсомольцем Хохряковым, шахта 17, 9 мая 1934 г. // ГА РФ. Ф. 7952. Оп. 7. Д. 241. Л. 29).

Некоторые шахты и дистанции не указали, впрочем, количества комсомольцев, так что итоговая цифра удельного веса комсомольцев должна быть несколько выше.

Следует еще изучить, насколько велика была доля таких людей среди членов комсомола и партии, чтобы оценить является ли эта частотность случайной или общим феноменом. Крайне необходимо для дальнейшего исследования создание коллектив ной биографии комсомольских, партийных и профсоюзных функционеров нижнего и среднего звена, причем здесь напрашивается сравнение с национал-социализмом.

Отсутствие поначалу ориентации и поиски опоры в комсомоле отчетливо выражены в некоторых автобиографиях комсомольцев. Ср., напр.: Стенограмма беседы с комсомолкой Соколовой, шахта 16, 11 апреля 1934 г. (ГА РФ. Ф. 7952. Оп. 7. Д. 267. Л. 1-3).

Ср.: Стенограмма беседы с бригадиром Мельниковым, шахта 13-14 (ГА РФ. Ф. 7952. Оп. 7. Д. 316. Л. 291-294): Мельников, сын крестьянина из западных губерний, после окончания школы в 1926-1927 гг. работал кочегаром на фабрике. Затем он был послан комсомолом на курсы «кинофикации» села. В последующие годы он организовывал в различных селах показы кинофильмов и вместе с тем участвовал в коллективизации. В 1933 г. был мобилизован на Метрострой; то же с бригадиром Здоровихиным, шахта 15, 4 октября 1934 г. (там же. Д. 301. Л. 125-132): Здоровихин родился в 1913 г. в Саратовской губернии в семье крестьянина, после смерти родите лей в 1918 г. воспитывался в детском доме, где, по его собственным словам, голодал. В 1924 г. он бежал поэтому из детского дома, уехав на Черное море и Кавказ, «чтобы посмотреть мир». После этого жил у тетки и четыре года ходил в школу. В это время он уже был активным пионером, т. е. членом детской организации комсомола. В 1930 г. вступил в комсомол. В 17-18-летнем возрасте по поручению комсомола совершил многочисленные «командировки» в сельскую местность, где обратил на себя внимание участием в реквизиции зерна и преследованием кулаков (там же. Л. 126-131 с подробным описанием своих действий). После практики в колхозе он работал контролером и позднее освобожденным секретарем комсомольской ячейки на строительстве. В 1933 г. приехал в Москву, приобрел специальность слесаря и электрика, причем прошел путь с самых низов до рабочего пятого разряда. Осенью 1933 г. он был мобилизован на Метрострой.

При указании профессии отца иногда встречаются двойные обозначения, например: «Дьякон, который наряду с этим занимался сельским хозяйством», или «Рабочий, связанный с деревней». Исключены из таблицы те комсомольцы, которые принадлежали к технической интеллигенции, а также комсомольские функционеры, которые уже состояли в партии. Эти группы будут особо рассмотрены в следующих главах.

Стенограмма беседы с ударницей Соколовой, шахта 16, 11 апреля 1934 г. (ГА РФ. Ф. 7952. Оп. 7. Д. 267. Л. 1-3). Соколова приехала в Москву в 1926 г. из села, пару месяцев проработала нянькой, ночевала на вокзалах и жила случайным заработком. Комсомольцы, с которыми она подружилась, устроили ее в 1928 г. на фабрику, где она начинала уборщицей и продвинулась по комсомольской линии до секретаря ячейки. В сентябре 1933 г. ее мобилизовали на Метрострой, где на своей шахте она вскоре стала лидером женской организации («женорг»), членом комитета комсомола и профкома.

Стенограмма беседы с комсомольским секретарем Млодиком, шахта 9-9 бис, 17 ноября 1934 г. (ГА РФ. Ф. 7952. Оп. 7. Д. 305. Л. 41-48). Млодик родился в 1911 г. в Могилеве в семье служащего городской управы, в 1925 г. прибыл в Москву для учебы, но сто никуда не приняли, так как он был слишком молод, и пошел учеником на фабрику. В 1927 г. он вступил в комсомол и вскоре стал членом комсомольского комитета предприятия. В 1930-1931 гг. по заданию райкома комсомола работал секретарем комитета комсомола поочередно на трех заводах. В сентябре 1933 г. был мобилизован на Метрострой. Ср.: Стенограмма беседы с комсомольским организатором Мордвишовым (ГА РФ. Ф. 7952. Оп. 7. Д. 316. Л. 327-337). Мордвишов родился в 1913 г. в Москве в семье каменотеса, после школы работал автомехаником. В 1930 г. он вступил в комсомол, работал агитатором и культоргом на различных предприятиях. В 1931 г. он стал освобожденным секретарем комитета комсомола. В 1932 г. районный комитет направил его в качестве представителя комсомола в Московский трест озеленения. После этого он руководил строительством детского парка на Патриарших прудах. Ра ботал политическим руководителем музыкального поезда Осоавиахима, и затем вновь автослесарем. В 1933 г. он добровольно записался на строительство метро.