Читать онлайн «Вяземская катастрофа 41-го года». Страница 90

Гальдер 9 октября записал в своем дневнике:

«Бои против окруженной группировки противника в районе Вязьмы носят прямо классический характер <...>. 4-я армия, наступающая южнее котла в районе Вязьмы, успешно продвигалась в течение дня, но вечером натолкнулась на упорное сопротивление противника. Севернее котла под Вязьмой наши войска перегруппировываются для дальнейшего флангового наступления на Калинин» [17]. В каждой его фразе звучит упоение достигнутой победой. Гитлеровцам не дано было знать, что их ждет всего лишь через полтора месяца!

Командование вермахта стремилось силами, не задействованными в удержании внутреннего фронта окружения, незамедлительно перейти к преследованию, чтобы не допустить организации русскими сопротивления на новых оборонительных рубежах. 9-й армии была поставлена задача овладеть районом Гжатск – южнее Сычевка и прикрыть фронт окружения с северо-востока. Планировалось собрать на и за этой линией для наступления на Калинин и Ржев все свободные силы 3-й танковой группы. Командование группы армий «Центр», уверенное, что с окруженными будет покончено в ближайшие дни, 10 октября в 10.30 поставило задачу 9-й армии, наряду с захватом пунктов Зубцов и Ржев, как можно быстрее захватить выдвинутыми вперед соединениями Старицу. Одновременно следовало закончить уничтожение окруженного западнее Вязьмы противника, оставив затем в этом районе по крайней мере одну дивизию до окончания его очистки. Первым в наступление должен был перейти 41-й корпус, подвижные дивизии которого понесли потери, в том числе и в артиллерии. Они имели исправных: 1-я танковая дивизия – 13 легких полевых гаубиц, 3 тяжелых, 36-я пд – 6 легких, но только 4 тягача. На это же направление выдвигается артиллерия резерва ОКХ: 2-й дивизион 59-го артполка – 5 тяжелых полевых гаубиц, 611-й адн – 7 10-см пушек, 620-й адн – 9 15-см пушек. Решался вопрос о переподчинении армейскому корпусу минометного дивизиона 21-см шестиствольных минометов с правого фланга армии.

Передовые подразделения 56-го и 41-го ак начали выдвижение в северо-восточном направлении. И уже 10 октября 41-й моторизованный корпус совместно с 1-й танковой дивизией после упорных боев с противником, занимающим полевые укрепления и долговременные сооружения (бункера), овладел Сычевкой. При этом немцы с большим сожалением отметили, что русские при отходе из Сычевки разрушили дорожные и понтонные мосты через Вазузу, а также взорвали железнодорожный мост. Между тем противник продолжал упорно обороняться против частей 6-й и 26-й пд западнее Сычевки. Согласно донесению штаба 9-й армии, части 1-й танковой дивизии находились в 6 км северо-восточнее Сычевки, в самой Сычевке, а также южнее нее, где продолжаются бои. 900-я учебная бригада была переподчинена 1-й тд[267].

К этому времени территория севернее автомагистрали в связи с отходом 2-й стрелковой дивизии с Днепра на реку Вязьму заметно уменьшилась. Район, занимаемый окруженными войсками, имел протяженность запада на восток примерно 18—20 километров и с севера на юг 20—25 километров, окруженные войска еще сохраняли возможность маневра. Но соответственно возросла плотность обороны противника – почти в 3 раза – 3,7 км на дивизию. 11.10 по периметру района окружения северо-западнее Вязьмы действовали 16 дивизий противника, еще четыре находились во втором эшелоне.

Положение войск, окруженных юго-западнее Вязьмы. По-другому складывалась обстановка в южной части котла. Здесь действительно из-за отставания частей 24-й армии и полной потери управления со стороны командования Резервного фронта и генерала Ракутина, отрезанного от своих войск, отход 20-й и 24-й армий проходил менее организованно, чем в 19-й армии и группе Болдина. Несомненно, здесь сказалось то обстоятельство, что эти армии были подчинены разным фронтам, действия которых не были согласованы должным образом. О действиях армий Ершакова и Ракутина известно намного меньше, чем о действиях Лукина и Болдина. И это понятно: оба командующих погибли: Ракутин – при отходе, Ершаков – умер в плену. А все документы этих армий были уничтожены перед прорывом из окружения. Попытаемся восстановить развитие обстановки на основе отрывочных данных.

К утру 7.10 20-я армия в составе 112, 144 и 129-й стрелковых дивизий находилась на рубеже Черново, Семлево, Усадищи, Красное, Шишково и Холмовая. 229-я сд, которую Конев планировал использовать в районе Вязьмы, вышла в Жажково с задачей с утра 8.10 занять оборону на рубеже Батищево, Чертово, Степанково фронтом на северо-восток. 108-я сд должна была сосредоточиться в районе Щербинино, Чащево в готовности ночью 8.10 выступить на Панфилово (по данным противника, части этой дивизии были уже окружены).

На следующий день в оперсводке к 20.00 8.10 было отмечено, что сведения от 20-й армии не поступили. Проводная связь отсутствовала, радиосвязь работала с перерывами. Посланный на самолете в армию офицер связи не вернулся. В 17.45 8.10 в район действий армии были дополнительно высланы офицеры связи на самолетах У-2 с распоряжением Ершакову – ускорить отход армии на Вязьму для занятия рубежа Шимоново, ст. Угрюмово. Конев пишет, что командующему 20-й армией Ершакову было дано указание пробиваться в юго-западном направлении, с выходом на тылы немецкой группировки, которая к этому времени главными силами выдвигалась в район Вязьмы [43]. В случае если противник упредит в выходе на рубеж, приказывалось отойти на рубеж южнее Гжатска на участке Вешки. В 12.45 9 октября Ершакову повторно было передано требование ускорить отход и вести его с темпом 70 км в сутки. И с этим приказом опоздали... В какой обстановке проходил отход, можно представить по документам противника:

«В полосе 20-го армейского корпуса севернее и юго-западнее Волочек при попытке удержать шоссе Ельня – Вязьма предприняты локальные контратаки при поддержке танков, группами по 10—15 боевых машин... участились случаи деморализации. В нашем тылу <...> встречаются лишь рассеянные вражеские части, некоторые сдались без боя».

И тут же:

«В полосе 20-го армейского корпуса противник оказывает упорное сопротивление, иногда небольшие окруженные группы сражаются до последнего. Вечером 7.10 окруженные части русских попытались атаковать Дорогобуж с запада».

Вот еще один пример самоотверженных действий наших частей, оказавшихся в глубоком тылу противника и руководимых энергичными командирами. Из суточного донесения штаба немецкой 4-й полевой армии за 9.10.1941 г.:

«Командир 5-й советской дивизии с несколькими комиссарами и примерно 600 бойцами совершили нападение на строительный отряд люфтваффе в 12 км юго-восточнее Спас-Деменск. Против них двинута 19-я танковая дивизия. Бой все продолжается»[268].

В донесении речь идет о 113-й сд (бывшей 5-й дивизии народного ополчения Фрунзенского района Москвы). Немцы были вынуждены бросить против ополченцев части резервной танковой дивизии, которую они планировали ввести в сражение для наступления на Москву. Насколько я знаю, этот эпизод не нашел отражения в документах совета ветеранов 5-й дно. Видимо, мало кто уцелел в том бою...

В условиях потери связи и управления частями штабы были вынуждены вести передачи открытым текстом. Ниже приводятся тексты сообщений, перехваченных радиоразведкой противника.

7.10 служба радиоперехвата доложила:

«2-й эшелон штаба 24-й армии в 12.46 доложил, что находится между Вязьмой и Семлево. То, что противник часто передает радиограммы открытым текстом, свидетельствует о его сильной нервозности».

8.10 в 6.40:

«Предположительно штаб Центрального фронта в 21.30 7.10 передал неустановленному штабу, предположительно 24-й армии:

Доложить решение. Установите связь с дивизиями. Связь с нами – авиацией. Быстрее отходите на Волочек – Вязьма – Гжатск – Угрюмово (28 км западнее Гжатск). Жуков. Анисов»[269].

8.10 в 8.00:

«Командующему ВВС Резервного фронта. Связи с частями не имею. В районе Семлево скопление частей Резервного и Западного фронтов. Авиация противника бомбит беспрепятственно. Прошу с наступлением дня прикрыть район Семлево истребителями».

9.10 в 21.15:

«Командующий авиацией 24-й армией в нескольких радиограммах просит штаб ВВС Резервного фронта о помощи горючим. Где командующий армией не знает. Отправка штаба и командующего авиацией без горючего невозможна. Штаб ВВС ответил – в ближайшую и последующую ночь зажигать спецогни для сбрасывания горючего или отправки самолетов с целью эвакуации»[270].

Только позднее из показаний пленных немцы сделают вывод, что перед ними действуют соединения Резервного фронта, а не Центрального, как они считали. Но они не могли даже предположить, что под фамилией Жуков значится известный им военачальник. Зная из перехваченных радиограмм намерения русских, общее направление отхода и район сосредоточения, противник принимал соответствующие меры, чтобы не дать им вырваться из кольца окружения.