Читать онлайн «Вяземская катастрофа 41-го года». Страница 109

Около 4 часов утра русские предприняли атаку несколькими волнами снова в направлении Мартюхи. Но и эта попытка была отбита. Дело доходило до рукопашных схваток с применением ручных гранат <...>. Туда был немедленно направлен резерв в составе 1-го батальона 114-го пп»[312].

При отражении атак наших войск немцы применяли все средства, в том числе зенитные орудия. Особенно уничтожающим был огонь 20-мм счетверенных установок, который в темноте, кроме обычного, оказывал сильнейшее психологическое воздействие на атакующих. Для ликвидации прорывов и вклинений в свою оборону немцы широко применяли маневр силами и средствами вдоль фронта и из глубины. При этом они шли на создание импровизированных групп, не считаясь с оргструктурой частей и соединений. Из содержания приведенных донесений напрашивается вывод, что из задуманной немецким командованием смены частей 6-й танковой дивизии и выводом ее из боя в намеченные сроки ничего не получилось. Практически все ее части, в том числе и выведенные во второй эшелон, были вновь втянуты в бой по отражению атак наших войск.

Чтобы ослабить натиск русских в восточном направлении, немцы усилили атаки с запада силами соединений 8-го армейского корпуса. На один 1284-й стрелковый полк бывших ополченцев наступали части трех пехотных дивизий вермахта.

Рассказывает Вашкевич:

«<...> 1284-й стрелковый полк, оставленный на реке Вязьме для прикрытия прорыва 19-й армии на восток, свою трудную задачу выполнил. Весь день 11 октября он огнем и контратаками отражал попытки крупных сил немецко-фашистских войск переправиться на восточный берег реки Вязьмы. Бойцы мужественно сражались, проявляли стойкость и героизм.

В этом бою, лично ведя в контратаку роту, пал смертью храбрых начальник штаба полка В. Вяжлинский. Стрелковое отделение сержанта И. Дубихина, в котором находился комиссар батальона Н. Сапелкин, героически погибло, уничтожив более двух десятков гитлеровцев, и не уступило врагу своих позиций. Стойко защищали свои позиции пулеметчики пулеметной роты 3-го стрелкового батальона. Командир пулеметной роты лейтенант А. А. Баранов, будучи дважды ранен – в ногу и в руку, продолжал вести пулеметный огонь, пока не потерял сознание (А. А. Баранов был взят в плен, выжил, оставил воспоминания. – Л.Л.). Героически погибли на своих позициях пулеметные расчеты сержанта Иконникова и старшины Тащалова».

Из воспоминаний участников этого боя:

«Лейтенант Вяжлинский схватил ручной пулемет и поднял бойцов в контратаку. Отважный командир, участник Гражданской войны, был сражен автоматной очередью. Но атака не захлебнулась. Командование батальоном в ходе боя принял на себя лейтенант Гребенюк. Вместе с политруком Терехиным они увлекли бойцов и отбросили фашистов от реки.

В ночь на 12 октября оставшихся в живых командиров подразделений собрал помощник начальника штаба полка капитан Ундмунт.

– У кого сколько осталось бойцов? – спросил он.

Ответы были неутешительными.

– Слышите, там идет тяжелый бой. Это части нашей армии прорывают кольцо окружения. Вы храбро дрались, понесли большие потери. Но нам предстоит выдержать еще один бой. Скоро должна начаться эвакуация раненых и тылов. Мы должны обеспечить их выход. Никто из нас не оставит рубеж без приказа.

Капитан Ундмунт каждому командиру поставил задачу и указал рубеж обороны. Командиру пулеметного взвода младшему лейтенанту Баранову было приказано занять оборону севернее деревни Нечаево и не допустить немцев по дороге Нечаево – Буханово. Во взводе было двадцать семь бойцов. Баранов рассредоточил пулеметные расчеты. На фланге он выставил пулеметный расчет Иконникова.

Только небольшой части полка удалось выйти из окружения и присоединиться к своим войскам»[313].

Из оперсводки 9-й армии противника:

«11.10. 8-й ак: ближе к вечеру силами 8-й пд прорваны позиции противника на р. Вязьма вблизи Брюхово и силами 28-й пд – восточнее Лопатино. Перед 87-й пд позиции по обе стороны автострады оказались не заняты врагом

Отбиты попытки противника вырваться из «котла». 8-й ак прорвал укрепленный вяземский рубеж, занял Буханово (6 км восточнее противотанкового рва, в 7 км юго-западнее Богородицкое. – Л.Л.) и сжал «котел». Но уже на следующий день полки 28, 8 и 87-й пехотных дивизий снова натолкнулись на сильное сопротивление сжатых теперь в узком кольце русских ... Количество пленных, которое до сих пор было незначительным, увеличилось» [46].

По свидетельству немцев, им удалось в течение 11 октября форсировать р. Вязьму без оказания какого-либо сопротивления со стороны противника. Затем они прорвали оборону 1284-го стрелкового полка на рубеже противотанкового рва и, продвинувшись на 10—12 км, вышли в тыл русским. Возникла угроза расчленения и уничтожения группировки генерала Лукина. Здесь, на оставшемся крошечном островке, больше не было тыла. Все, кто мог, даже женщины – санитарки, связистки, – взяли в руки оружие. Днем и ночью шел тяжелый бой. Нельзя было разобрать, кто наступает, а кто обороняется.

Немецкое командование с удовлетворением констатировало, что 11 октября на восточном участке фронта окружения все попытки крупных сил русских вырваться из котла были отбиты и что прорвавшиеся части уничтожаются резервами.

Выдержки из немецких документов:

«11.10 20.20. 5-я пехотная дивизия в 12.00 приняла участок 6-й танковой дивизии. Перед дивизией противника нет. К полуночи несколько подразделений танкового полка будут сменены. 7-я танковая дивизия отразила отчаянные попытки противника вырваться из окружения»[314].

«12.10. 8-й ак, преодолев неорганизованное сопротивление противника, прошел через лесной массив восточнее р. Вязьма. 4.25. Перед 87-й пд противника нет ни на автостраде, ни севернее нее. В лесах восточнее основных позиций 8 пд – появление значительного количества автотранспорта. 17.30. 87-я пд своим правым флангом наступает в северном направлении в районе автодорожного моста через Вязьму между Лисцово и Грязное, удерживаемом противником.

12.10. 5-й ак: противник в первой половине дня у Пекарево продолжал свои отчаянные попытки вырваться из окружения при слабой артподготовке. Временно ему удалось вклиниться в наши боевые порядки. Перед 28-й пд на левом фланге корпуса в районе Парфеново – концентрация противника с танками и тяжелой артиллерией.

С 14.00 продолжаются контратаки 35-й пд, поддержанные танковым полком 7-й тд (к этому времени части 35-й пд развернулись вдоль дороги на Вязьму и уплотнили оборону 7-й тд. – Л.Л.). Из-за наступления значительных сил противника смена 7-й тд произведена только на участке правофлангового полка. Смена всех частей дивизии будет проведена предположительно в ночь с 12 на 13 октября»[315].

Из отчета 3-й танковой группы врага:

«Окруженный противник постоянно предпринимал все более ожесточенные попытки прорыва из окружения, особенно на участке 7-й тд. Все атаки противника были отражены с очень высокими потерями для последнего. После ликвидации местных вклинений противник был отброшен. Нами были понесены также большие потери» [48].

Здесь, на наш взгляд, будет уместно привести признания командира 7-й танковой дивизии генерала фон Функа, которая осенью 1941 г. встала на пути армии Лукина. У него было время в русском плену обдумать свои будущие воспоминания:

«<...> Последовавшие затем (после окружения) дневные и ночные бои, относятся к числу самых тяжелых, какие только приходилось вести дивизии.

Противник, руководимый железной волей своего командования, со все более возраставшим упорством вел энергичные атаки, стремясь вырваться из «котла».

Направление его главного удара находилось не там, где первоначально ожидалось (в районе автострады), а северо-западнее (выделено мною. – Л.Л.). Противник вел атаки под прикрытием ночи и тумана, используя лесистую, поросшую кустарником местность.

Бои изобиловали трагическими эпизодами. Целые гренадерские взводы были уничтожены до последнего человека. Последние резервы быстро таяли, и приходилось неоднократно снимать войска с неатакованных участков (например, из района автострады) и создавать импровизированные резервы. Едва удавалось заткнуть одну брешь, как возникала другая, еще большая.

Танковый полк, лишь часть которого осталась боеспособной, перебрасывался с одного очага боя к другому. Временами противнику удавалось прорываться вплоть до огневых позиций артиллерии<...>» [42]. Позднее командир 7-й танковой дивизии донес, что 11 и 12 октября дивизия потеряла 1000 человек, один батальон был буквально уничтожен.

Известные до сих пор рассказы участников прорыва связаны в основном с боем у д. Богородицкое. Но окруженные войска атаковали на фронте 7 км и более. Обстоятельства боев на участке 7-й танковой дивизии противника изложены в ее истории. Как и в каждой истории любой части, не обошлось без преувеличений, приводятся подробности и называются фамилии участников, которые нам не интересны. Но даже из краткого пересказа можно понять, с каким мужеством отчаяния шли в атаку наши солдаты и какие силы им противостояли.